Павел Попов – Листья (страница 3)

– Что, каррр, букашки, мы должны делить хлеб с букашками, каррр? – с возмущением закаркала Урса.

– Эти букашки такие же живые существа как, и ты Урса, и не ты ни кто-то другой не вправе ставить себя выше их, раз они меньше тебя.

– Дедушка ясень, чик-чирик, но ведь мы питаемся жуками, и разными там букашками, чики-рики чик, разве нет? – спросил Тови.

– Да, ты прав Тови, если ты поймал на охоте жука это твоя добыча, но это не значит, что ты не должен его уважать.

– Уважать жука, бред, каррр! – крикнула Урса, начиная злиться все сильнее.

– Люди тоже охотятся на птиц, тебе конечно повезло Урса, что на ворон никто специально не охотиться, но ты, наверное, встречала тех людей, которые ради удовольствия убивают, и ворон.

Урса замолчала, видно в жизни ей пришлось с этим столкнуться.

– Нужно уважать каждую Божью тварь, ибо не мы ей дали жизнь, и ни нам её забирать, поэтому мы должны смириться, и считаться с её существованием.

– Друзья, мы отвлеклись от вашего спора, муравьи нашли хлеб раньше вас, и поэтому это их добыча, а не считаться с их мнением из-за их размера это недопустимо, – спокойным голосом рассудил ясень.

Урса ничего не ответила, но слова ясеня запали в нее, она молча слетела с веток, и улетела прочь, остальные вороны последовали за ней. Воробьи, оставив хлеб на ветках, с недовольным видом улетели, остался только Тови. Муравьи, поблагодарив ясеня за справедливый суд, взяли остатки хлеба, и поползли назад вниз по дереву. Тови с расстроенным видом наблюдал за этой длинной вереницей муравьев, несущих кусочки хлеба. Муравьи добирали последние крошки, только около Тови осталось лежать несколько кусочков хлеба, но муравьи не подходили, и не брали их. Тови решил, что они просто бояться его, и лапками откинул хлеб муравьям.

– Не бойтесь, забирайте, чири-чик-чик, это же ваша добыча.

– А с чего ты решил, что мы тебя боимся, – тонюсеньким голоском пропищал один из муравьев, – Мы забрали хлеба более чем достаточно, так что можешь тоже немного перекусить, глядишь, и повеселеешь, – задорным голоском пропищал муравей.

Тови так был удивлен, что не нашел что ответить муравью, ведь до этого букашки никогда с ним не разговаривали, а уж тем более он с ними.

– Чири-чиричик, – возбужденно зачирикал он, – как тебя зовут?

–Меня зовут Сигма две тысячи двести шесть, а тебя как?

– Я Тови, ну и странное у тебя имя Сигма две ты.., – начал говорить Тови, и сбился так, и не сумев произнести полное имя муравья.

Муравей рассмеялся: – Да, имена у нас длинные, да и ещё с цифрами, а иначе, где наберешь столько разных имен, нас ведь тысячи, и тысячи.

– Ой, я отстал, – засуетился муравей, – Мне пора, пока Тови, – сказал он, и побежал догонять свой отряд, которой уже практически спустился на землю.

– Пока, – ответил Тови, и долго смотрел вслед муравью.

– Ха-ха, – рассмеялся ясень, – вижу у тебя Тови появился новый друг.

– Что, друг, чири-чик, вздор, птицы не дружат с букашками! – возмущенно ответил Тови.

– А разве деревья дружат с птицами?

– Не знаю, чирик-чик, – смущенно ответил он.

– Дружба Тови, не зависит от того большой твой друг или маленький, дерево это или муравей, основа дружбы – это любовь.

Слова ясеня про дружбу окончательно смутили Тови, и он, быстро склевав крошки, простился с ясенем и улетел.

– Дружба, дружба, – задумчиво повторил про себя ясень, он вспомнил мальчика, который осенью гулял по парку, и собирал листву, опавшую с деревьев. В тот день в парке было много детворы, мальчишки, и девчонки весело играли в парке собирая опавшую с деревьев листву, видимо это было их школьным заданием, и они с удовольствием выполняли его, попутно играя друг с другом в догонялки, они смеялись, швыряли друг в друга охапками листьев, а кто-то даже пытался зарыться в листву. Только один мальчик не смеялся, и держался от всех в стороне, он не спешно бродил по парку, подбрасывая листья ногами вверх, и лишь время от времени наклонялся вниз чтобы выбрать себе подходящий лист. Мальчик подошел к ясеню, и посмотрел вверх, на ветвях дерева было еще много листвы, и она плавно раскачивалась на ветру, переливаясь янтарным цветом в лучах вечернего солнца. В глазах мальчика заблестели слезы, он молчал, но ясень слышал его слова, которые исходили из самой его души.

«Мне так одиноко милое дерево, я так устал от вечной боли, что хочу умереть», – эти слова пронзили ясеня, он не знал что ответить мальчику, и как ему помочь, но в тоже время он никак не мог поверить в то что действительно слышал эти слова.

Хохочущая детвора, играя в догонялки подбежала к ясеню, и мальчик резким движением руки быстро вытер слезы, и пошел домой.

– Прощай, – услышал ясень, и понял, что слова мальчика не были грезами.

– Прощай, и приходи снова, ты не один и не думай о смерти.

Дойдя до конца парка мальчик обернулся, и ясеню показалось, что на его лице блеснула робкая улыбка. После этой встречи он видел мальчика ещё один раз, это было в начале зимы, когда выпал первый снег. Был поздний вечер, вокруг парка на столбах горели фонари, несмотря на вечер в парке было ещё много людей. Ребятня резвилась на ледяной горке, они смеялись, кувыркались, и бросались снегом, словно хотели досыта насытиться первым снегом. По тропинкам, проходившим через парк, не спешно прогуливались люди, кто-то гулял один, а кто-то с семьей. Ясень увидел мальчика, идущего через парк с дедушкой, который был уже в преклонных годах. Мальчик выглядел всё таким же грустным, и отстраненным, он посмотрел на ясень, но ничего так, и не сказал. Ясень тоже не решился что-то ему сказать. Потом наступила зима ясень уснул, и больше не видел мальчика. Но слова, тогда сказанные им, не давали ему покоя, он чувствовал тревогу за мальчика, и считал себя ответственным за его судьбу. Эти странные чувства прежде никогда не знакомые ясеню все больше, и больше не давали ему покоя. Он очень хотел помочь этому мальчику, хотя и не знал как, но внутренний голос говорил ему что этого мальчика нужно найти как можно скорее, пока не случилась беда. И сейчас он очень жалел, что тогда не попросил деревья проследить за мальчиком, чтобы узнать, где он живет.

Глава 2: Новая жизнь

Последние несколько дней лили проливные дожди, погода была пасмурной, и в тоже время теплой. По мокрому стволу ясеня, и ветвям бежали вниз капельки воды, они несли с собой живительную силу, которую впитывало в себя дерево, и сразу отдавал новой жизни. На одной из верхних ветвей ясеня, почти у самой кроны, распустилась почка, из неё появился маленький листочек, и на тёмной ветки дерева загорелся светло-зеленый огонек. А затем ещё один, и ещё, и вот уже все ветви ясеня горели нежным зеленым огнем. И как крик новорожденного младенца озаряет мир, так и крики листьев в этот миг наполнили собою воздух. Их тонюсенькие голоски, словно звон тысячи колокольчиков, звенели радостную мелодию в благодарность за своё рождение. Ясень был умилен, и растроган, хотя его ветви приносили листья десятки лет подряд, все равно, каждый раз для него был особенным, и неповторимым. Каждый раз он отдавал листьям часть себя, часть своей внутренней силы, и поэтому каждый листок был чем-то особенным, ни на кого не похожим. Листья – это дети дерева, оно растит их с любовью, и они радуют его своей любовью. Листья отдают дереву энергию солнца, а дерево питает их силой земли, в этом союзе любви, и самопожертвования рождаются семена, которые уносит с собой ветер. И попав в добрую землю они приносят свои плоды, порождая новые деревья. Сейчас в парке по всюду доносился веселый перезвон, листочки весело покачиваясь на ветвях деревьев пели и кричали, а деревья напротив молчали и дремали в сладком полуденном сне, восстанавливая свои силы после рождения листвы. Их песни, и крики на первый взгляд казались бессвязными, но если долго вслушиваться, то вырисовывалась отдельная мелодия. В этой мелодии не было какого-то особенного смысла, но в ней звучала радость, она исходила из крошечных сердечек юных листиков и это был настоящий гимн жизни.

Ясеню снился приятный сон, он чувствовал себя совсем юным ростком, растущим посреди бескрайней равнины, и внезапно порыв ветра сорвал его, и понес над землей. Но ему не было страшно, он с неописуемым восторгом наблюдал как под ним мелькают деревья, поля, холмы, реки, и озера. В какой-то момент он летел вместе со стаей стрижей, планируя в потоках ветра, а затем ветер опустил его в рощу, в которой росли сотни молодых ростков деревьев. Ясень огляделся по сторонам, совсем рядом с ним рос тонкий, и совсем юный росток тополя, это был его друг.

– Здравствуй, друг, – сказал тополь.

– Приветствую тебя, друг тополь.

– Я нашел его, – ответил тополь.

– Кого ты нашел? – переспросил ясень, и в этот момент его охватило сильное волнение.

– Он, здесь посмотри сам.

Неожиданно ясень услышал звонкий детский смех, который доносился откуда-то из далека. Он осмотрелся, пытаясь разглядеть источник смеха, но никого не было кроме других деревьев.

– Расцвел, расцвел, – звучал голос, и вновь раздался звонкий смех. Ясень посмотрел вниз к своим корням, вновь он видел себя большим деревом. Внизу вокруг ствола дерева бегал мальчишка, тот самый кого он так долго искал. Мальчик хохотал, и кружился вокруг ствола. Теплотой наполнилось сердце старого дерева, и он от нахлынувших чувств тоже рассмеялся. Ясень проснулся, пробуждение его было очень чувственным, с одной стороны его охватывала любовь и нежность, с другой стороны он чувствовал боль и горечь, от осознания того, что это был сон. Ясень посмотрел на парк, окрашенный зелеными цветами, а затем посмотрел на свои листья, задорное пение листочков его немного успокоило, но сон оставил рану на его душе.