Павел Майоров – Вольные города: Ольховая пуща. Книга 1 (страница 5)

– Было бы неплохо чуть отогреться да обсохнуть! – радостно закивал козлобородый.

– Мула своего заведи под крышу.

Клаус непонимающе воззрился на говорившего.

– Чтобы не мокла скотина на улице! – повышая тон, пояснил Ройтер.

– Да не впервой ему, – хихикнул дьяк.

– Болван! – стиснул зубы Фалько и вышел на улицу сам. Взял под уздцы неказистого полуконька-полуосла и завёл его в дом. Солома фыркнул, воззрившись на далёкого собрата.

Дьяк скинул плащ и уселся на скамью, поближе к очагу, и вытянул руки к огню.

А импровизированный хозяин лачуги принялся смотреть, что в мешках. Там был хороший кусок солонины, свежий хлеб, сырная головка, запечатанная крынка молока, небольшой горшочек мёда да свеча. Фалько удовлетворённо осмотрел лежавшую перед ним еду, но прежде, чем приняться за ужин, подошёл к мешку побольше и, развязав, подтвердил собственную догадку, там был овёс. Взяв пару горшков с полок, он вышел на улицу и вымыл их под струёй дождя, стекающей с края крыши. Затем наполнил до половины оба. Тот, что поменьше, поставил перед мулом, а второй перед своим мерином. Тот благодарно фыркнул и, склонив голову, принялся за вечернюю трапезу. После этого Фалько уселся есть сам. Дьяк хотел было присоединиться, но передумал, не получив приглашения. От хозяина исходила неприязнь, и он это чувствовал. Посему решил не засиживаться. Дождавшись, пока мул доест, он распрощался, взобрался на свой транспорт и исчез в чаще ночного леса.

Долгое время Фалько Ройтер не мог уснуть. Чувство тревоги одолевало его. Причём безосновательное. «Или не совсем», – подумал он, а затем поднялся с кровати. В его тёмных глазах поигрывали огоньки. Выудив из своего мешка купчую и кошель с деньгами, он взял небольшой горшок и поместил их туда, затем закрыл горшок крышкой и плотно завернул в среднего размера мешок, в котором дьяк привёз ему продукты. Дождь стих уже более часа назад. Поэтому он не стал надевать плащ. Выйдя на улицу, он вдохнул свежий прохладный воздух. Птицы начали петь, хотя было совсем темно. Это не стало удивлением для Фалько, не впервой он оказывался посреди леса ночью, и это явление перестало его удивлять. Обойдя хибару, он достал из пристройки лопату и двинулся к ручью. Пройдя вдоль него, он поднялся на возвышенность, где росла великовозрастная ольха. Некогда зелёные листья встречали осень новым рыжим окрасом. «Пожалуй, здесь», – выбрал место Фалько и принялся усердно копать яму. Когда дело было сделано, он погрузил горшок в яму и засыпал влажной землёй. Затем вернулся к ручью и нашёл там увесистый булыжник. Утоптав землю под ольхой и водрузив туда камень, он зажёг свечу и осмотрелся. Неудовлетворённо хмыкнул и принялся закидывать землю вокруг камня валежником. Когда место стало выглядеть дико, как и весь остальной лес, Фалько Ройтер потушил свечу и побрёл к своему временному жилищу. Утро начинало вступать в силу, когда он улёгся на кровать. Тревога не уходила, он вспоминал вышибалу из корчмы, того самого, который узнал его. Угольки тлели в очаге. Фалько укрылся своим дорожным плащом и вскоре захрапел.

Глава 3

Утром дождя как не бывало. Выглянуло по-летнему тёплое солнце. Его луч и разбудил Фалько. Он поднялся и вывел коня на улицу. Вместе они направились к ручью. Напившись, мерин принялся щипать траву, отмахиваясь хвостом от назойливого комарья. А Ройтер, собрав хвороста и сухих веток, уселся неподалёку и принялся жечь костёр.

Зайдя в избу, он прихватил из своего мешка небольшую поясную кожаную сумку. В ней хранились сухие травы, которые обычно собирал и сушил сам Фалько, но конкретно эти он купил на рынке в Ольхове. Как раз накануне того дня, как отправился в трактир к южанам.

В качестве тары он использовал один из горшков, найденных в доме. Вскипятив воду, Фалько накрошил в неё листья и стебли кипрея, в простонародье – иван-чая. От напитка валил густой пар. Наёмник закрыл крышку и дал ему немного настояться. Затем налил жидкость в свою деревянную походную чашку и понемногу, чтобы не обжечься, принялся отхлёбывать ароматный напиток.

Его душа пела, он наслаждался уединением с природой. Одолевала лишь тоска по ушедшему лету. Он терпеть не мог дождливую осень, а зимой и вовсе был готов не выходить из дому. Настолько она была ему не мила. Хотя мать Фалько имела северные корни, в Фалько возобладала имперская кровь отца.

Его дед и мать прибыли в большую деревню под стенами замка Тиль, покинув северные княжества, где жили доселе. Они бежали от нескончаемых междоусобиц, которые не прекращались многие годы. Матушку он помнил плохо, она умерла, когда Фалько был совсем маленьким. Дед в одиночку воспитывал его. Отца своего Фалько видел всего несколько раз.

Старый барон Грегор Мюллер фон Тиль всё свободное от войны время проводил в пирах и блуде. Человеком он был весьма любвеобильным и заделал множество бастардов, помимо трёх законных сыновей. После смерти двух старших он зачах и вскоре скончался сам. А на его место сел старший сын, Карл Мюллер фон Тиль. Он и стал причиной скоропостижного бегства бастарда Фалько Ройтера из родной деревни.

В подобных размышлениях он провёл весь день. Уснул рано, ночью спал беспокойно, то и дело пробуждаясь от мучивших его кошмаров. Успокаивал он себя молитвой, которую украдкой шептал себе под нос, сжимая распятие в кулаке.

Следующим утром его разбудил стук. Наёмник торопливо поднялся и, подойдя к двери, тотчас отпер её. К его немалому удивлению, пришедших было шестеро, и среди них ни одного знакомого лица. Фалько тотчас пожалел о своей беспечности.

– Кто вы, добрые люди? – не выдавая волнения, заговорил он.

Хлопцы были при оружии. На разбойников не похожи, больно опрятный внешний вид. Стража? Нет, ближайшая застава в десяти милях на запад. Деревенская милиция? Больно хорошие доспехи были у старшего из присутствующих.

Он-то и стоял на расстоянии вытянутой руки от двери. Был то воинского вида человек. Лысый с бурыми усами и густыми спутанными бровями. Таких Ройтер встречал в своей корпорации, обычно в чине сержанта или ротмистра.

– Мы прибыли расплатиться за работу с Фалько Ройтером, – отчеканил он по-солдатски.

– Вот как? – поднял брови наёмник. – Отчего же его преподобие не приехал сам, как мы условились?

Пришлые принялись переглядываться меж собой, Фалько увидел недопонимание в их лицах. В его горле возник неприятный комок. Он перевёл взгляд на рассёдланного Солому, привязанного под козырьком, слева от двери.

– То нам не ведомо, мы лишь передать плату, – после небольшой заминки продолжил усатый.

– А отчего вы при оружии да в таком количестве? – не унимался Фалько, разглядывая дубинки пришедших.

– Велено так, – буркнул усатый себе под нос.

– Велено кем? – чувствуя неладное, Фалько положил руку на рукоять тесака, висевшего на поясе.

– Без глупостей, Ройтер! – подал голос один из людей, молодой и наглый, с серебряной серьгой в левом ухе. Он стоял, широко расставив ноги, и поигрывал в руках дубинкой.

Ситуация Фалько совсем не нравилась, поэтому он решил действовать без промедления. Было очевидно, что незваные гости имеют не самые добрые намерения. Удивляло его только, что они не вломились в дом сразу, а зачем-то решили почесать языками.

Захлопнув дверь и быстро заперев засов, он рванулся к столу и, опрокинув его на пол, принялся двигать к входной двери. На улице послышалось шевеление и перебранка. Фалько рванулся к мешку и, перекинув его через плечо, услышал голос:

– Мы спалим хибару, если ты сейчас же не выйдешь к нам! – голос принадлежал молодому с серьгой в ухе.

Ройтер решил не тратить время попусту, посему не ответил. Судорожно соображая, он подошёл к единственному окну и увидел, что дом берут в кольцо. Окошко совсем маленькое, в него пролезть разве что ребёнку. «Остался один вариант – крыша!» Оттолкнувшись от пола, Фалько ухватился руками за край открытого люка. Подтянулся, закинул один локоть наверх, затем второй и выпрямил руки. Вскарабкавшись на чердак, он снова услышал насмешливый голос молодого:

– Меринка твоего я себе заберу!

Фалько зло оскалился и, высунув голову из отверстия в потолке, крикнул:

– Для своей матушки жениха нового приглядел? Так он к этому не годен, лучше коня поищи!

Кто-то из окруживших дом людей рассмеялся его шутке, а молодой загорланил с ноткой обиды в голосе:

– Вылазь из своей конуры, Ройтер, я тебе язык укорочу!

В эту же секунду послышались удары в дверь.

– Прости Солома, не много нам времени судьбинушка отпустила, – пробубнил Фалько себе под нос.

И после этих слов выбил ногой дыру в деревянной крыше дома, засыпанной гнилой соломой. Протиснувшись в импровизированную дверь, он увидел внизу одного из своих злопыхателей.

Фалько не раздумывая прыгнул вниз и перекатился через себя.

– Он тут! – загорланил близстоящий мужик, и фраза его резко оборвалась.

Ройтер сбил его с ног и помчался вниз, вдоль ручья. Вдыхал он носом, выдыхая через рот, стараясь не сбить дыхание. Земля просохла, посему Фалько бежал, не опасаясь поскользнуться. Сзади слышались крики. Он мельком обернулся и увидел пять преследующих его фигур.

– Стой! – орал молодой.

«Кричи, кричи, курва!» – целеустремленно рвался вперёд Фалько. Погоня длилась около двух минут. И тут, когда показалось, что он начал отрываться, нога соскользнула в небольшую канавку, наполненную водой, и беглец плашмя повалился на землю. Крики ликования послышались где-то сзади.