Павел Кузнецов – Защита авторских прав в Интернете: от претензии до блокировки сайта (страница 11)
То же регулирование в полной мере распространяется и на переводы. Законодатель приравнивает перевод и переработку, считая первый частным случаем второго (п.1 ст. 1260 ГК РФ). В настоящее время суды даже краткий пересказ считают частным случаем переработки: «При отсутствии согласия правообладателя литературного произведения… размещение в сети «Интернет» краткого пересказа содержания произведения является незаконным использованием произведения посредством его переработки» (п. 4 «Обзора судебной практики рассмотрения гражданских дел, связанных с нарушением авторских и смежных прав в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.05.2024).
Однако здесь есть важный нюанс. Фанфик фанфику рознь. Есть один случай, когда разрешения автора на переделку его книги не требуется. Этот случай – её величество сатира. Вот что на этот счёт установил законодатель: «Создание произведения в жанре литературной, музыкальной или иной пародии либо в жанре карикатуры на основе другого (оригинального) правомерно обнародованного произведения и использование этих пародий либо карикатуры
В заключение следует упомянуть такой вариант объекта авторских прав, как составное произведение. Законодатель определил их как «произведения, представляющие собой по подбору или расположению материалов результат творческого труда» (пп.2 п.2 ст. 1259 ГК РФ). В качестве примера приводятся сборники, «антологии, энциклопедии, базы данных, интернет-сайты, атласы» (п.2 ст. 1260 ГК РФ). В таких объектах творчеством считается не тот или иной фрагмент произведения, не его язык, а общий подход к компоновке. Часто в этом случае вставляют заграничное слово «дизайн». Вот он-то и оказывается здесь результатом творческого труда. И, разумеется, он вообще лишён смысла без согласия авторов исходных произведений, ведь очевидным образом служит целям представления, доведения до всеобщего сведения разрозненных произведений через придание им упорядоченной логии. Логики автора составного произведения, то есть его творческого подхода. Отсюда сложно воспринимать всерьёз этот продукт как что-то самостоятельное, тем не менее, законодатель посчитал иначе. Не исключаю, что не последнюю роль в этом сыграла необходимость защиты составителя от авторских претензий. Если автору исходного произведения не понравится способ компоновки, он может создать составителю массу проблем – а таких авторов, на секундочку, могут быть десятки! И каждый имеет своё видение. Поэтому и пришлось признавать труд составителей особым видом творчества, «выключая» через это из творческой работы поставщиков исходников. Ведь законодательство – это всегда баланс интересов. Порой и одних авторов приходится защищать от других…
Авторские права и нейросеть
Последнее время всё чаще авторы используют нейросети для создания иллюстраций для электронных книг. Встаёт закономерный вопрос: как это соотносится с авторским правом на те же изображения? Прошлая глава, если на неё взглянуть под несколько иным углом, даёт исчерпывающий ответ на этот вопрос.
Давайте для начала разложим процесс создания продукта с помощью нейросети на компоненты. Первое слагаемое – это картинки, которые служат для обучения нейросети под ваши конкретные цели. Их отчасти закладывает создатель нейросети, а отчасти – конечный оператор. Следующий этап – это текстовое описание, которое нужно преобразовать в картинку. Его тоже задаёт оператор. Иными словами, нейросеть производит некоторые изменения картинки под нужды оператора. Получается – что? Нейросеть – не что иное, как инструмент труда оператора.
Соответственно, всё упирается в степень вложенного оператором творческого труда. Не просто труда, а именно
Другая ситуация, если в результате творческого труда оператора возникает новый объект. Тут мы имеем дело с классическим случаем переработки. Переработка допустима, её оператор вполне может произвести. Вот только пользоваться результатом не может без согласия автора изначального изображения.
Учёные-правоведы сейчас активно обсуждают суть ИИ, ломают копья о неурегулированность вопроса авторских прав на продукты нейросетей, но упускают банальнейшую суть: нейросеть суть инструмент человека. Как «Фотошоп», только более навороченный. Станет ли такой человек автором или тем, кто просто изменяет изначальную картинку, зависит от степени вложенного творческого труда.
Но самое интересное даже не это. Проверять нарушение авторских прав на исходники для работы нейросети будет не ИИ. При подаче соответствующего иска будут привлечены судебные эксперты, которые сделают заключение о степени «вмешательства» оператора в авторскую работу истца. Иными словами, оценивать это будет не ИИ, а вполне конкретный человек, имеющий опыт оценки подобных вмешательств. И то, с помощью каких средств произошло вмешательство, для него не так уж важно. Человек будет определять судьбу результата работы оператора, вооружённого нейросетью. Интересно, что именно этот самый человек – эксперт – тем самым вынесет вердикт, является ли продукт работы оператора самостоятельным авторским трудом, и, соответственно, является ли такой оператор автором применительно к результату этого самого труда. Отсюда возможны вполне конкретные результаты, которые применительно к каждому случаю работы нейросети будут складываться из следующих вариантов:
– продукт является самостоятельным авторским трудом и никак не связан с исходным изображением;
– продукт является самостоятельным авторским трудом, но при этом произошёл благодаря переработке исходного изображения;
– продукт не является самостоятельным авторским трудом, он представляет собой лишь незначительное изменение исходного изображения, то есть не может существовать независимо от прав на исходное изображение;
– никакого изменения исходного изображения не было, оператором лишь взяты его фрагменты или оно само в целом.
И, разумеется, во всех случаях определяющим будет обращение автора исходного изображения за правовой защитой. Нет обращения – оператор может спокойно пользоваться результатом работы нейросети. Есть обращение – он рискует потерять серьёзные деньги на присвоении чужого авторского труда. Иными словами, бездумное использование нейросети сродни таким же экспериментам с «Фотошопом», то есть создаёт постоянно действующие долгосрочные риски. И даже больше того, работа с нейросетью таит в себе совершенно непредсказуемые для оператора последствия – в отличие от «Фотошопа», в котором он хотя бы знает, откуда взяты исходники.
Тут читатель может сказать: а как же все эти разговоры про ИИ? Но читатель должен при всех обстоятельствах понимать, что любое нарушение авторских прав подпадает под правовую защиту. Вчера придумали «Фотошоп», сегодня изобрели его продвинутый вариант – нейросеть. Новый инструментарий не даёт индульгенции. Всё это – ухищрения, игры в месте сшивки правовых норм. У ИИ нет своей воли, своего эмоционально-волевого аппарата, его волей является оператор. Поэтому ИИ здесь ничем не отличается от любого другого орудия преступления или правонарушения. Возможно, когда-нибудь законодатель решит иначе, но в отсутствие специального регулирования действуют общие нормы, не исключающие продукт нейросети из единой системы авторского права. Именно так будет думать разобравшийся в вопросе юрист, к которому обратится художник, посчитавший свои права нарушенными. И точно так же будет думать эксперт, оценивающий нарушение. И тем более так будет думать суд, выносящий окончательное решение. А учёные-правоведы, журналисты и обыватели могут спорить дальше. Их спор не несёт правовых последствий, в отличие от поступков оператора нейросети, действующего на свой страх и риск.
Однако не стоит впадать и в другую крайность – с порога отказывать оператору в праве на признание результата работы с нейросетью объектом авторского права. Мол, это не человек работал, а ИИ, а потому человек не внёс свой творческий труд в процесс. Напоминаю, что без человеческой воли нейросеть не создаст вообще ничего, ибо волей не наделена. И если уж существует такой продукт творческого труда, как составное произведение, то уж кропотливая работа с нейросетью всяко подпадает под понятие творчества. Так думает автор настоящей работы, но так же, что куда важнее, полагает и суд: «Судам при разрешении вопроса об отнесении конкретного результата интеллектуальной деятельности к объектам авторского права следует учитывать, что, по смыслу статей 1228, 1257 и 1259 ГК РФ в их взаимосвязи, таковым является только тот результат, который создан творческим трудом. При этом надлежит иметь в виду, что, пока не доказано иное,