Павел Купер – Пути Империи. Мирный Исход (страница 5)
– А меня, признаться, больше раздражает то, что я в очередной раз вынуждена поддерживать вашего супруга, – раздражённо ответила светловолосая баронесса.
– Лучше бы вам следить за своим благоверным. Сколько у него наложниц? Десяток? И вы, вместе с ними, после публичных домов вынуждены его лечить…
– Мой супруг, по крайней мере, трезвенник, а сколько бутылок в вашем сейчас плещется?
– Ыбырвалг, – невнятно пробормотал захмелевший господин, устремив взор в небеса, споткнулся и едва удержался на ногах. Дамы прекратили перебранку и с удвоенной силой подхватили его под руки.
– Долго ли ещё нам идти до вашей кареты?
– Она стоит там же, где и ваша, нам положено одинаковое место по имперскому протоколу.
– В таком случае, позвольте передохнуть. Остановимся на минутку, прошу вас, – с нажимом произнесла светловолосая дама.
– Извольте. Я не возражаю, всё равно раньше этих трёх гордячек нас с территории дворца не выпустят, – темноволосая дама указала в сторону парадного подъезда.
Со временем просто стоять, поддерживая пьяного барона, дамам наскучило. Завязался куртуазный разговор:
– Говорят, что в главном зале принцесса Миланта изрядно перебрала, до беспамятства, даже лекаря пришлось вызывать, – сообщила темноволосая дама, перехватывая руку шатающегося супруга.
– Неудивительно, мне рассказывали, что принцесса несколько месяцев провела на лечении. Подхватила какую-то заразу, – светловолосая дама прильнула к уху подруги и тихо проворковала, лукаво улыбаясь. – Ходят слухи, что она была замешана в скандале в институте благородных девиц. Всем посвящённым в нашей провинции известно, чем там занимались воспитанницы. С тех пор принцесса, наверное, и лечится, эти самые… заразные, как говорила мне знахарка. А потом ещё и история с Ковеном Ведьм…
Дамы перешли на шёпот, а хмельной кавалер поддержал их весьма своеобразно – испустил оглушительный шептун.
Мимо пьяной троицы прошли двое мужчин, бросив на барона и баронесс неодобрительные взгляды. Отойдя на почтительное расстояние, тучный мужчина сказал худому:
– И вот чем они лучше нас честных торговцев? Пусть Святых Сил у меня нет, но эти пьянчуги… опора империи, так их и этак… а мы нет.
– Да ты сам видел, опору и оперу эту, император такое написал. Какой император такая и знать.
– Что правда, то правда. Насмотрелись на сие творение императора благородные, воспылали, знаю я их… А потом…
– Что потом? – Худой торговец заговорил тише.
– Этот… как его… косой из наших, что за соседним столом выпивал. Как же его?
– Понял, о ком вы… – Худой сплюнул на ходу. – Неважно, как его зовут, тоже запамятовал, что он там?
– Так вот, он говорил, что видел, как правящий князь, насмотревшись на эту любовную оперу, начал принцессе глазки строить, в обход её супруга. А та ему даже кивнула в ответ.
– Неужели? Хотя… – Мужчина смачно высморкался в кусты и продолжил. – Всё сходится! Вот почему её супруг, этот Лавр, как слуги шептались, до полусмерти избил.
В этот момент они заметили фигуру, присевшую на корточки в кустах у ограждающей парк стены. В полумраке они разглядели, как рука отбросила смятый лопух. Фигура покряхтела, поправила длинные одежды и встала, одёрнув рясу. Неведение длилось недолго, им навстречу, немного пошатываясь, вышел знакомый настоятель храма.
– Господа, прошу прощения. Но подобные сплетни противны учению Единого Бога, – священник откашлялся. – Завтра вечерком жду вас в храме, всё мне на исповеди доложите. Так будет угоднее Богу и вернее!
– Слушаемся, преподобный, – ответил тучный мужчина.
– Я это… не только из любопытства… То есть, я не из любопытства вас зову, а дабы души ваши спасти. Грехи отпущу, а вы, в свою очередь, внесёте пожертвование в общину.
Вскоре кареты разъехались, и даже последние из гостей, как бы соблюдая приличия, покинули дворец.
Тринадцатый день первого месяца весны, 1126 год от образования империи.
Провинция Ахарнес, город Ахарн.
Два пьяных конюха, что до петухов развозили малозначительных гостей княжеского приёма, размахивали увесистыми бутылями. Приятели хлестали сивуху, а между этим важным делом шли и горланили во все глотки по кривой да поганой улочке на задворках Ахарна:
– Не, ну ты слыхал, а? Князь наш цапнул эту принцессу и прямо на сцене, средь бела дня, на глазах у муженька рогоносца…
– Да не, он свою наложницу заставил с принцессой непотребства всякие творить! На глазах у купчины, которого мы везли, всё и было. Эта княжеская мамзель такие штуки откалывает, оперные извращения, любит их до усрачки! А принцесса мужу в процессе лишь кивала, будто так и надо.
– А тот что, тряпка, молчал?
– Ну, тот известный рукоблуд-дрочила…
Внезапно путь мужикам преградили три городских стражника, здоровый детина-десятник махнул дубиной:
– Так, алкашня, чего тут мелете про князя да господ благородных?
– Ничего не говорили, клянусь Богом Единым! – мигом протрезвел один из возниц, но второй, от страха, выронил глиняную баклагу, которая, упав, разлетелась на черепки, залив мостовую брагой.
– Придурки. – Десятник беззлобно выругался, глядя на растекающееся пойло.
Два стражника погрозили извозчикам деревянными палицами, а десятник с вызовом уставился в лицо более трезвого выпивохи:
– Щас вы мне все свежие байки про дворец расскажете, и если мне будет не смешно, я вас сначала отметелю! А потом, уже по закону княжескому, на конюшне плетьми отхожу, за клевету порочащую князя. За дискредитацию власти. Поняли, шкуры?
Лавр встал поздним утром, он с женой остановился в императорской резиденции5, такие казённые дворцы располагались в каждой провинции. В них по случаю, останавливался сам путешествующий государь и члены его семьи. Но, чаще там гостили высокопоставленные чиновники.
Посетить Ахарнес требовали обычаи, Лавр должен был представить семье жену. Она совсем недавно пострадала во время демонического нападения и почти месяц пролежала в коме. Но применение в ходе лечения Святых Сил, лучшими дворцовыми лекарями, сохранило ей жизнь и поставило на ноги.
Лавр хорошо служил в Приказе Тайных Дел6 на Севере, уничтожал демонов и следил за дворянами. Но после женитьбы на принцессе покинул пост командующего в провинции Халкидосс. Нового назначения он ещё не получил и от безделья исполнял все формальные обычаи знати, связанные с женитьбой.
Лавр поглядел на рабочий стол, в его центре разместилась большая стопка бумаг, в ней лежали десятки документов, касающихся целой череды нападений демонов на императора, и на всю его политическую фракцию. Случилось всё это совсем недавно, а ему казалось, что прошёл год или два, столько событий произошло в его жизни.
В дверь постучали, Лавр не был стеснительным, оставаясь в пижаме, он громко сказал:
– Войдите.
Миг спустя, массивная дворцовая дверь растворилась.
– Ваше Высочество, позвольте доложить, – в спальню вошёл личный секретарь, за коим слуги поспешно затворили дверь. – Принцесса Миланта чувствует себя превосходно. Рано утром она посетила оранжерею дворца и грот в парке. Сейчас же она жаждет видеть вас за обеденным столом.
– Странно, не похоже на неё. Если она хочет, я буду. – Лавр стал серьёзнее. – Какие новости?
– По городу поползли слухи о вчерашнем приёме…
– Мне это не интересно. Важное для меня, ты как всегда в конце расскажешь?
– Ваше высочество, это традиция Ахарнеса, доносить правителю вести по порядку… – Секретарь заметил злой взгляд Лавра и чётко проговорил. – Пятый Герцог прислал вам мгновенное сообщение. Его агент выследил демона-жабу, тварь сия участвовала в нападении на наших соратников.
– Неужели? – Лавр окончательно проснулся. – Прошу вас, без присущей этому почтенному старцу витиеватости, изложите суть послания.
– Ваше Высочество, Герцог пишет, что тварь скрывается в окрестностях Ахарнеса и требует от местного Приказа Тайных Дел немедля её изловить. Вас же он просит взять под контроль действия сих бездарей. По заверениям Герцога, Государь Император осведомлён о ситуации.
– Ясно. – Лавр усмехнулся. – Жаба, конечно же, отыскала приют на болотах?
– Как вы догадались? – Секретарь изобразил на лице комическое удивление. – Герцог указал точное местоположение.
– Начинаем подготовку к экспедиции. Отдайте распоряжение о сборе провизии и подборе отряда. Я же, тем временем, отобедаю с супругой. О ваших успехах доложишь мне вечером. – Лавр почесал подбородок, поросший лёгкой щетиной. – Зовите служанок, мне надлежит побриться, принять омовение и облачиться в пристойное одеяние.
Глава 3. Страх
Сказано Единой Церковью, что ведьмы есть суть греха. Это самые падшие женщины из диких племён, которые черпают свои силы из мерзости и порока. Сторонитесь их, боритесь с их колдовством, приворотом и сглазом. Тогда, может быть, окажетесь счастливыми. Ничего хорошего от них быть не может, даже лечебные снадобья из их рук к горю приводят. Цель их одна – срамное блаженство.
Все бабы эти опасные, хоть и красивые, на кострах свой покой найдут. Во имя справедливости от Единого Бога.
Умные и благостные слова эти записаны в семисот пятом году от образования империи.
Главная столичная летопись.
Неустановленный летописец.
Восемнадцатый день первого месяца весны, 1126 год от образования империи.