Павел Купер – Пути Империи. Лисья Охота (страница 5)
– Приношу свои извинения за столь внезапный визит. Обстоятельства сложились так, что я продолжительное время изучал нравы диких горцев. Но всякому благу приходит конец, и ныне я должен держать путь в столицу. Прошу вас просветить меня касательно кончины императора. Осмелюсь предположить, что никто во всей долине не владеет более достоверной информацией. И прошу также оказать мне содействие в другом малом деле.
– Хм… С радостью окажу вам эти услуги по мере сил. Итак, император пал на охоте. Его сразила шальная стрела, он не успел применить Святую Силу для защиты, не ожидая удара в спину. Даже лучшие и сильнейшие воины совершают подобные ошибки. В данный момент ведется расследование, идет поиск виновника. Более ничего не могу вам сообщить, так как сам не знаю. – Епископ на мгновение задумался и кашлянул. – Хотя… Чернь распускает нелепые слухи, будто императора поразила молния. Но сие вздор! Единая Церковь и Империя официально заявляют: это несчастный случай на охоте, без всяких молний!
– Благодарю вас, владыка. Теперь о втором деле. Мне требуется ваша помощь в установлении связи с упомянутой вами моей личной канцелярией. Я заметил, что в городе отсутствует почтовая служба, использующая святую силу для передачи мгновенных сообщений. Прошу вас отправить короткое послание следующего содержания: «Скучаю, выдвигаюсь и жду, пятый». Вот адрес.
Герцог положил на стол записку и продолжил:
– Я видел в храме действующее устройство для передачи подобных писем. Здесь указано, куда следует отправить послание и уже сказанное мною содержание. Это установленная для меня фраза, по которой распознают отправителя. Вам нет нужды подтверждать мою личность.
– Всё устрою. – епископ был удивлён, что отделался так легко. В приподнятом настроении он предложил. – Полагаю, официальная часть нашей встречи окончена. Не соблаговолите ли отведать вина? Я прошу составить мне компанию за ужином.
– Не стану отказываться, но тогда у меня появится еще одна просьба. Не могли бы вы одолжить мне добротной бумаги? Мой управляющий сообщил, что в городе нет качественных бумаги для иероглифов, подходящей для создания высококачественных свитков силы. Я, разумеется, преподнесу храму щедрое пожертвование.
– Сия забота невелика, с радостью исполню вашу просьбу.
Встреча перетекла в ужин, а затем в дружескую беседу, для которой одной бутылки вина оказалось недостаточно.
Второй месяц весны, 1125 год от образования империи.
Провинция Халкидосс, городок Фивин, торговый район.
Харитон шёл за дедом смотря по сторонам непонимающими глазами.
– Оно, конечно, худо. – Вздохнул старик. – Кровиночка ты моя. Да не в рабство я тебя продаю, а по договору на три года уважаемому купцу вручаю. В помощниках у него побегаешь, он тебя уму-разуму научит. Заработаешь больше, чем со мной.
– Дед, да как же так? – Сначала везёшь нас за тридевять земель, деньги от чиновника за меня с сестрой получил, что мы сюда переселились. А теперь я и не нужен?
– Родитель твой от чумы помер, мать твоя за ним. Встречи им благостной в мире теней!
– Благостной, – безвольно повторил Харитон, окончательно потеряв нить разговора.
– Я стар стал, еле-еле о сестре твоей смогу позаботиться. Но и о внуке подумал, пристроил тебя, не просто так, а по договору! Харитон, ну не смотри на старика волком…
– Но, как же так?
– Да вот так, подожди. У купца премудростям обучишься. Три года пролетят быстро, там и мне срок придет в мир иной отправиться. А ты о сестренке заботиться станешь! Она рада будет, что брат не бедняк безграмотный, а почти купец.
Они свернули с рыночной площади, Харитон плёлся за дедом, благо идти оставалось совсем немного.
– Вот мы и пришли, пойдем внутрь, познакомлю тебя с купцом, – дед указал на один из немногих трактиров Фивина.
В грязном заведении было не многолюдно, но в дальнем углу сидела целая ватага, к ней и повёл дед Харитона. Присели, заговорили. Жара от камина окутала их, дед развязал свой тонкий поясок, сбросил дырявый кафтан и показал грязные рукава своей старой серой рубахи. Расслабился.
Купца звали Варсис, был он высоченный, толстый, с пудовыми кулачищами. У него недоставало нескольких передних зубов, зато борода выглядела благородной. Не без седины. Одет богато, но как-то по-походному.
– Старый, держи деньги за внука. А ты малый не бойся, своих я без дела не обижу, – в этот момент Харитон, рассматривающий муху, попавшую в паучью сеть, вздрогнул, а купец продолжил. – Я вот сейчас пожрать куплю, да ещё выпить. За свой счёт! Всем! И деду твоему.
Люди купца обрадовались, стали благодарить хозяина. Впрочем, Харитон даже не замечал их лиц.
Варсис действительно заказал еды, много еды. Принесли колбасу в бараньей кишке, варёные яйца, пареную репу, похлёбку и какие-то местные соленья. Состоялась редкая сытная трапеза.
Больше, чем еды, появилось бутылок как с привычной по деревне брагой, так и с менее знакомой медовухой. Но и это еще не все. В центр стола толстая девка принесла большую бутыль с крепкой, жгучей и мутной водой. Юноша не был приучен к такому пойлу.
Под одобрительные возгласы деда и купца с челядью он через силу принял не более пяти жгучих глотков из заботливо поднесенного глиняного стакана.
Голова закружилась. Он попытался встать, но ноги не слушались. Харитон, сильно шатаясь, сел назад, на свою скамью. Дед дал запить противный привкус брагой из своей кружки. У юноши ещ сильнее закружилась голова, предметы перед глазами начали расплываться.
Последнее, что он запомнил, – надвигающуюся на него глиняную миску с недоеденной кашей и надкусанным куриным яйцом. Резкая боль от удара лбом передалась в висок, и наступила темнота.
Второй месяц весны, 1125 год от образования империи.
Дом Пятого Герцога в провинция Халкидосс, городок Фивин.
Утро в особняке герцога началось странно, встав, хозяин попытался припомнить происходившее под конец ужина у епископа. Он осознал, что много выпил, вино было хорошее, напомнило ему давние южные приключения.
Алкоголь дал почувствовать себя прежним, когда он удивлялся миру и интересовался общением с простыми людьми, а обычные человеческие радости не вызывали тоску. Тогда у него ещё сохранялось общеизвестное имя. Не одно из десятков прозвищ, не титул и не герцогский номер. Он его отчётливо помнил.
Сейчас герцог остался лишь тенью того человека, его интересовали абстрактные логические задачи, познание силы как развлечение, а по необходимости политика и интриги. Впрочем, в двух последних он не считал себя сильным. Часто на целые десятилетия покидал братьев, жил в уединении, оставляя провинцию на помощников. Как сказал один из равных ему:
– Возраст сказывается на поведении, и пусть тело не стареет, от большого объёма духовной силы душа бессмертных похожа на дряхлого старца.
«Странно звучит, даже как сатира выглядит. Много духовной силы, а душа избита, как у старца. С того разговора прошло лет сто? А может, двести?» – размышлял Герцог.
Пытаясь вспомнить былое, он повернулся к свету дня, проникавшему через большое окно. Стала видна копна чёрных волос, девушка спала на другой стороне его гигантской кровати. Он не знал или забыл её имя.
Вчера придя домой, он захотел помыться и приказал готовить ванну. Служить пришла именно эта прислуга. Хотя после произошедшего она стала наложницей. Сам и ввёл такие правила.
Но что его заставило прореагировать на неё? Вероятно, нахлынувшие воспоминания. В прошлой наполовину мифической жизни он влюбился. Эта девушка была похожа на ту единственную из прошлого, кости которой давно лежали в склепе столичного дворца, он боялся их посещать.
Всё в той единственной любви было прекрасно, иссиня-чёрные волосы, чёткие скулы, немного неправильные брови, которые выглядели идеальными под косметикой. Стройные ноги и тонкая талия – им подходила, кажется, любая юбка. Задорная улыбка и противоречиво весёлый характер. Всё подкреплялось ровно тем женским умом, который ожидает от любимой мужчина. Правда ли это, а может обман памяти? Идеальный образ, заменивший истлевшую реальную женщину?
Приглядевшись к лицу спящей, он понял – эта не та и даже не её копия. Не чувствовалось манящего привкуса мощной и возбуждающе странной силы, не мелькал вороной отлив на чёрных волосах, да и скулы, спящей явно острее. Родинки нет, а вот небольшое сходство действительно есть.
Некоторое смущение охватило герцога, он лучше других понимал – владельцы гигантской силы оставляют на любовниках из обычных людей неизгладимый след, меняют их жизнь и характер. Чем дольше он с ними, тем больше меняется их душа. По этой причине он и завязал с романтическими отношениями, найти женщину равную по силе сложно, а испытывать угрызения совести, нанося вред, ему никогда не нравилось.
Да и что он там не видел? Чувств стало мало. Отеческая любовь к простым людям, это, пожалуй, последнее из оставшихся ему развлечений. Впрочем, не всегда приятных.
Бессмертный проверил наличие сил у девушки. Ожидаемое случилось – ни малейшего их проявления. Значит, что? Убийства девочек по такому простому поводу, как делали некоторые его братья, он точно не практиковал. Не кровожаден.
Выход банален и прост – дать ей денег, статус. По местным меркам много денег и очень высокий статус. Никогда больше не видеться. Заплатить за нанесённый вред, за появившуюся у неё странную привязанность.