Павел Кренев – Добрые люди (страница 18)
Такие вот сцены повторяются всякий раз, когда Митя приходит из школы.
Я учусь на класс ниже – в седьмом – и вполне осознаю отсталость, никчемность и ущербность перед Митиным совершенным владением техническими вопросами.
– Вот они, эти придурки, тройки мне ставят, – так оценивает он уровень компетентности своих учителей, – а могут они, к примеру, электричество на поветь провести? Хрена с два! Физ-зики! А я, нате вам, взял да и провел.
В самом деле, на повети у них туалет, и теперь на входе в него висит лампочка.
Пошла, допустим, Митина матушка, Анна Кирилловна, посреди ночи туда по делам, и не надо по стенам шарить, путь искать: в коридорчике щелк тумблерочком – и вот они, пожалуйста, перед вами, необходимые удобства, и делай нужные дела при ярком освещении.
Даже газету можно прочитать при желании. Опять же не так страшно ночью на повети.
С некоторых пор я частый ходок в дом, где живет Митя.
Дело в том, что моя мама любит выписывать всякие журналы, а я люблю их листать, и в журнале «Юный техник» я нашел описание изготовления детекторного приемника. Принес журнал Мите. Вдруг это заинтересует его техническую натуру, да и поговорить будет о чем. В общем, принес просто так, без дальних планов.
Результат превзошел ожидания. Он распахнул сонные свои глаза, муть, вечно висящая в них, вдруг размылась, вспыхнула радужная оболочка, маленькие зрачки в мгновение расширились.
Митя долгонько водил пальцем по прямоугольным линиям схемы, бормотал:
– Ага, вот конденсатор, вот сопротивление… Ага, вот-вот… Тэк, тэк, тут сорок пикофарад, тут двадцать пять ом… А не маловато будет? Надо покумекать, должны где-то быть эти самые… Ага, вот и они… А вот и сам детектор, вот он, голубчик…
Он задрал подбородок и сказал потолку:
– А вот это, брат ты мой, проблема. Где же нам его найти-то, этот самый детектор? Может, на радиоузле? Да там этот злыдень сидит, не допросисся у него… Ну ладно, посмотрим…
Злыднем Митя называл, знамо дело кого, Николая Буркова, начальника деревенского радиоузла. Тот, вызнав его нездоровую страсть к радиодеталям, близко не подпускал Автономова к этому самому узлу. А там много чего имелось для Мити интересного… Бурков считал, что эти долбанутые радиолюбители – первейшие воришки, и они только и зыркают своими бессовестными глазами, что и где плохо лежит. Я думаю, он плохо знал Митю, который если и тянул что, то только с мусорной свалки.
Я стал соображать: чего же он так загорел ся-то, Митя Автономов? Неужели решил сам приемник мастерить? И что, он будет разговаривать, этот приемник, и всякие новости нам в деревню из Москвы передавать?
И я высказал сомнение, стоит ли браться за такое серьезное дело? Но в Митиных глазах уже стоял ястребиный блеск, душа его только начинала обретать смысл жизни. И он поднял на меня эти наполненные смыслом прояснившиеся глаза и сказал на выдохе:
– А чево тут такого? Делают же люди…
Вникая в хитросплетения схемы, Митя начинал порывисто дышать, технические детали его возбуждали.
– И что же, братцы вы мои, где же у нас с вами антенна? Вот она, дорогая, все правильно, – переходит в катушку, все верно, так и должно быть… Это диод…
Пухлые губы Мити то выпячивались, то втягивались обратно, шлепали друг о друга, издавая странные причмокивающие звуки. «Надо же, – шептал он громко, как бы заговорщически, – куда же наука шагнула, елки-моталки».
И вдруг Митя оторвал от схемы и переместил на меня ошалелый взгляд физика, впервые внедрившегося в миллиардную частицу нейтрона и теперь незнающего, что ему делать со своим открытием? Потом снова вгляделся в схему:
– Я не вижу здесь главного, – сказал он сдавленным шепотом, голосом человека, погрузившегося в скрытую от людей тайну. – В этой схеме не обозначен источник питания!
И Митя заволновался.
– Они что, совсем за дураков людей держат? – спросил он меня с вытаращенными глазами. – Ведь это устройство не сможет работать, в принципе не сможет!
Я глядел на Митю с интересом, на его вспыхнувшее волнение, на его загоревшиеся глаза. Передо мной подпрыгивал на стуле настоящий ученый. Правда, я никогда не видел в жизни настоящих ученых, но, наверно, так волновался бы наш земляк Ломоносов, когда что-то там открыл.
– Ты представляешь, чего они предлагают в журнальчике этом? – спросил Митя меня дрожащим голосом. – Они хотят нарушить все законы физики, абсолютно все… Охренели совсем…
Я тоже начал маленько волноваться. Ничего себе, журнал принес, показал… А тут переворот в целой науке.
– Да они, эти балбесы, приемник решили сделать без питания. Ну, придурки! Вот как народ болванят! Они не понимают, что ли, что без энергии никакой механизм работать не может? Кул-либины, елки-моталки! Опять решили вечный двигатель изобрести! Вы гляньте на этих умников! Конечно, теперь он вечно и будет работать, если им батарейки не нужны. Зачем нам теперь аккумуляторы завозить на Северный полюс, если и так можно…
Митя махал перед моим носом журналом «Юный техник», маленькие глазки его были распахнуты и искрились. А я ничего не понимал. Да и не было для меня никакой разницы в том, есть в приемнике батарейки или нет их совсем.
– Вот так, Павлик, и выращивают у нас радиолюбителей. Что из него вырастет, если сама схема – вранье сплошное! Вот так и гробим мы нашу советскую науку и страну всю гробим!
Вот такое вышло в тот вечер крупное волнение. Но на следующий день Митя сам нашел меня в школе и, потупясь и как бы оправдываясь, пробурчал:
– Не прав я вчера был. Там совсем другое решение. Все работает за счет энергии радиоволн. Заходи сегодня, обсудим.
Я, конечно, опять ничего не понял, но дома, едва перекусив, помчался к Митьке.
Нашел его в дровянике. Он складывал дрова, наколотые намедни. Поленница получалась ровная, аккуратная, линеечка в линеечку. Чтобы так сложить, мне бы пришлось долго тренироваться, да и то потом поленья торчали бы невпопад. Культурный он, Митька…
– Я тут в одной книжке ночью вычитал интересную вещь, – рассказывал он мне, похлопывая запястьем о торцы поленьев. – Оказывается, радиоволны сами обладают энергией. Вот откуда она и берется в приемнике. Это же интересно: какой-то передатчик за сотни километров, может быть, создает звуковой импульс и запускает его в эфир, как выстреливает, а тот и летит со страшной скоростью в разные стороны, как круги на воде, когда камень бросишь, и может даже Землю обогнуть. Это и есть радиоволна. А люди сидят с приемниками в разных точках планеты и ловят эту волну с помощью антенн, как мы, например. Волна в антенну ударяет, а та ее хоп – и поймала, и тут же отправила на приемник. Она же под напором летит, эта волна, вот она тебе и энергия. Значит, можно без батарейки ее ловить. И пожалуйста: «Га-ва-рит Ма-асква!»
Митька произнес это голосом Левитана. И вправду, похоже. Как будто радио включилось.
Вроде все срасталось. И просто, и ясно. Даже я теперь понял, что такое радиоволна.
Не каждый учитель смог бы так толково объяснить. Способный он, Митька. Да, далеко мне до него.
Поленница была сложена.
Митя оглядел ее с разных сторон, кое-где похлопал еще по торцам и приказал:
– Пошли в дом.
Мы прошли в переднюю горницу, там на столе лежали какие-то детали, провода, деревяшки, бумаги…
– Я ночью не спал и все продумал, – сообщил Митька. Оказывается, он всю ночь изучал схему и читал инструкцию по сборке детекторного приемника. – Если все сделаем правильно, то будет работать.
Я вглядывался в схему – какие-то квадратики, треугольники, линии. Я ничего не понял. Предстояла серьезная работа, и я робко поинтересовался:
– Митя, а ты правда во всем этом разобрался?
– Пришлось, – ответил он хмуро, и я понял, что Митя действительно вник во все тонкости. Такие, как он, слов на ветер не бросают.
– И тебе тоже придется, – сказал он, въедливо на меня взглядывая. – Ты же не попка какая-то, тоже должен соображать, что к чему.
На это я согласно закивал головой. Хоть я и не такой продвинутый, как Митя, но тоже не хотелось быть истуканом или этой самой попкой.
Перво-наперво он решил обучить меня читать схему радиоприемника. Мне это далось тяжело: я не мог представить, как эти прямоугольно-квадратные линии с какими-то вкраплениями нарисованных штучек могут быть механизмом приемника.
– Это что, провода? – спрашивал я, показывая на прямоугольники. – Они что, так и должны быть расположены?
– Да нет, это схематичное изображение устройства. Главное здесь – не расположение на рисунке, а принцип соединения частей и деталей в самом приемнике, – терпеливо толковал мне Митька. – Видишь вот эту разлапистую штучку?
– Угу.
– Это антенна. Она здесь маленькая и рядом с самим устройством. А вообще, она устанавливается на крыше и должна быть как можно длиннее. Тогда захват радиоволн будет шире. – Он вел пальцем по схеме вниз. – А вот это, брат ты мой, катушка начинается, катушечка, видишь, завиточки пошли, пошли. Это важный предмет. Считай, каждый новый виток – это и есть новая волна. Ее еще называют колебательным контуром. Ты потом сам увидишь при сборке…
Нижний контакт катушки уходит вот сюда, вниз. А куда вниз, ты и не знаешь, а уходит он под землю. Это заземление. Ты хоть знаешь, зачем заземление?
– Каждый дурак знает. Чтоб молния не шарахнула.
– Ну-с, правильно, молодец.