Павел Крапчитов – Цена выбора. Обыкновенные чудеса (страница 1)

Павел Крапчитов

Цена выбора. Обыкновенные чудеса

Предисловие

Вы держите в руках первую книгу из пяти. Ее герои не избранные и не супергерои. Это обычные люди, которые в какой-то момент оказываются на развилке. Куда пойти: налево или направо? Сказать правду или солгать? Помнить или забыть?

Это сборник о тех, кому выпал шанс. О шаге в неизвестность и неожиданном выходе. Я не знаю, согласились бы вы с решениями героев. Но знаю одно: выбор, который мы делаем, — это не точка. Это линия, которая тянется дальше.

Добро пожаловать.

Раздел 1. Границы

Рассказы о тех, кто стоит на границе — между мирами, временами, состояниями. О выборе, который нельзя отменить. И о тех, кто все же делает этот шаг, чтобы найти себя или потерять все.

Детские игры

— Нет. Мне это неинтересно, — сказал я.

— Но почему? Ты же этим столько занимался. Все эти тарелочки, «зеленые человечки».

— Неинтересно, — я еле сдерживался, но голос оставался ровным, и Тайка ничего не заметила.

— Но почему? Что тебе стоит? — моя бывшая одноклассница была, как всегда, настойчивой. Не было в школе случая, чтобы это не срабатывало, чтобы кто-то ей не уступил. Вот только мы уже давно были не в школе.

— А ты могла бы меня научить драться? — выдал я то, чего Тайка явно не ожидала.

— Ты? Драться? Зачем?

— Как же так? — съязвил я. — Ты же этим столько занималась?

Тайка была инструктором по карате, тхэквондо и прочим восточным единоборствам в модном сетевом фитнесе. Представить, как я, высокий и тощий, в непафосном прикиде из «Декатлона» махаю ногами под ее руководством, было нереально.

— Придурок! — сказала Тайка и исчезла из моего смартфона.

Тайка некоторое время бездумно двигала по экрану смартфона иконки.

— Попрощаемся? — спросил ее стоящий у дверей мужчина. Рядом с ним стоял большой чемодан на колесиках.

— С чего бы? — огрызнулась девушка.

— Ну как? — не обиделся мужчина. — Все-таки прожили вместе два года.

— Проваливай, — не повелась Тайка.

Она понимала: немного слабины — и она расплачется.

— Удачи, — сказал мужчина.

Щелкнул дверной замок.

Тайка сделала пятьдесят ударов цуки, а потом двадцать ударов мае-гери. Настроения это особо не улучшило, но угроза расплакаться отступила.

Тайка оторвала меня от созерцания цифры 3246. Именно столько было подписчиков у моей страницы «Паранормальные явления. Путешествия и расследования» в ВК. Еще минус двадцать человек. А когда-то эта цифра была больше десяти тысяч и каждый день росла.

Появилась иконка мессенджера. «Когда будет новое расследование?» — спрашивал подписчик с длинным ником NonameNobrain.

«Новое расследование ведется. Скоро размещу», — ответил я.

Этот словесный пинг-понг между настойчивым и непонятно откуда взявшимся «безмозглым» подписчиком продолжался уже дней десять. Получив первый раз от него вопрос, я был максимально вежлив и даже подумал, что, может быть, действительно стоит что-нибудь расследовать. Но эта мысль, как пришла в голову, так и ушла. А вопрос все в том же виде, от того же «безмозглого» подписчика приходил каждый день. Мои ответы становились все короче. В один из дней я уже собирался его грубо послать, но сдержался. Ведь я и так его посылаю. Если вам в течение десяти дней отвечают «расследование ведется, скоро размещу» — это означает, что нет никакого расследования и никогда не будет. Если у этого NonameNobrain действительно нет мозгов, чтобы это понять, то это его проблемы.

Я закрыл ВК и выключил компьютер. Утренний ритуал был закончен.

Я прошел в ванную, постоял перед зеркалом, рассматривая глаз. Пока не особо заметно, хотя под глазом уже начал появляться отек и синева.

«Не заметит», — подумал я и подошел к маминой комнате.

Дверь, как всегда, была открыта. Мама сидела в кресле перед телевизором и смотрела новости. Когда-то они меня сильно бесили. Но я разделался с ними с помощью прогресса. Купил новый телевизор и беспроводные наушники. Труднее всего было убедить маму, что так слушать новости гораздо удобнее и приятнее.

Я достал из старого серванта упаковку со шприцом и помахал ею в воздухе. Мама правильно поняла мой жест, выключила телевизор и освободилась от наушников.

— Я понимаю, что тебе это неинтересно, но… — она сделала попытку приобщить меня к новостному фону.

— Мам, не надо, — помотал я головой, и она смирилась.

Я протер спиртовой салфеткой икроножную мышцу и сделал укол. Надо было бы делать его в коленный сустав, но я этого не умел. Мышц на ноге у мамы оставалось мало, и в момент укола она вздрогнула.

Уколы были дорогими и, как мне казалось, бесполезными. Но после каждого укола мама говорила, что ей стало легче ходить.

— Сегодня было совсем не больно, — сказала она, когда я прижал салфетку к месту укола и выдернул иглу. — Тебе надо было стать врачом.

Я улыбнулся.

— Но зато ты стал финансистом, — продолжила мама.

Она вовсю пользовалась сеансами уколов, чтобы пообщаться с сыном.

— Мам, я — не финансист, — возразил я. — Я тебе уже объяснял.

— А кто? Ты же работаешь в этой… — она не смогла подобрать слово. — Как называется твоя компания?

— Инвестиционная.

— Тогда, значит, ты инвестор?

— Нет, мам, — улыбнулся я.

Такая, наверное, у меня судьба: изо дня в день отвечать на одни и те же вопросы.

— Инвестор — это тот, кто покупает акции на свои деньги.

«А я на свои деньги покупаю уколы», — добавил я про себя.

— А как же называется то, чем ты занимаешься?

— Я просто общаюсь с клиентами.

— Но это важно? — не успокаивалась мама. — Они не могут без тебя обойтись?

— Нет, не могут, — ответил я, хотя сам в этом не был уверен.

Но мой ответ маму удовлетворил.

— А что у тебя под глазом? — она все-таки заметила изменения на моей физиономии.

— На утренней пробежке в лесу на сучок напоролся, — соврал я.

— Степушка, осторожнее надо, — заволновалась мама. — Приложи бодяги.

— Хорошо, мам, — надо было заканчивать наш утренний митинг. — Я так и сделаю.

— На обед будет борщ, — услышал я вслед.

После укола мама всегда старалась быть бодрой, активной и полезной.

С глазом действительно надо было что-то делать, ведь завтра на работу.

Я покопался на кухне в специальном отделении, превращенном в аптечку, нашел пакетик бодяги, развел его содержимое в густую кашицу, которую положил под глаз. Держать руками лепешку из расползающейся травы было невозможно, поэтому я лег на диван в своей комнате. Редкие капли стекали по моей щеке. Я их промокал предусмотрительно взятыми бумажными салфетками.

«Как же ты докатился до такой жизни, Степушка?» — возник в голове вопрос.