Павел Иванов – После полуночи (страница 6)

– Да. Без скидок.

Я подаюсь ближе, но фиксирую границу.

Смартфон подаёт сигнал и снова молчит.

На обратном пути мы в машине на красном светофоре. Лампы тёплые, но в груди от этого не спокойнее.

Чай, бумага и табак смешиваются в густой тёплый запах. Он убирает часы, будто освобождает руки для серьёзного разговора.

Мы садимся рядом. После такого дня притворяться уже нечем.

– Чёрт, мне страшно.

– Я тоже боюсь.

Я почти дохожу до двери и снова иду назад.

– Тогда будь здесь.

– Не спрячусь.

Я скидываю пиджак на спинку кресла и остаюсь в рубашке.

Я ставлю стакан на стол с коротким сухим стуком.

Перед самым закрытием мы в гримёрке за сценой. Низкий свет не снимает остроту момента.

Батарея отдаёт железом и тёплой краской. Замок щёлкает негромко, но по нервам проходит остро.

– Не молчи.

Я делаю шаг ближе и останавливаюсь.

– Я пытаюсь сказать аккуратно.

– Ты опять закрылась.

Я подхожу к двери, касаюсь ручки и возвращаюсь.

– А ты опять давишь темпом.

– Хорошо, идём медленнее.

Я снимаю пиджак и кладу его на кресло сзади.

– Идём.

Стакан глухо ударяется о стол.

Через час мы у пруда во внутреннем саду. Окно бросает на пол узкую световую дорожку.

Сухой древесный запах сталкивается с прохладой с улицы. Снаружи кто-то смеётся, но звук быстро тонет.

– Дальше вместе?

– Да, слушаю.

Я ухожу к двери и тут же возвращаюсь в комнату.

– Даже если снова будет трудно?

– Даже тогда.

Я стягиваю пиджак с плеч и вешаю на спинку.

Она уходит первой и даже не оглядывается.

У двери, уже на пороге, бросает через плечо: «До завтра, Артём».

Впервые моё имя звучит так, что обычное «завтра» кажется угрозой.

Глава 3. Пять минут тишины

Лента неона моргает с неприятным ритмом.

Дождь и парфюм смешались в один резкий запах.

Снаружи давит страх показаться слабой.

Я вижу Артёма в конце коридора, и под рёбрами сразу стягивает тугим узлом.

Ближе к полуночи мы в машине на красном светофоре. На полу лежит прямоугольник холодного света.

Артём смотрит прямо и ждёт, пока я начну.

– Стартуем?

– Да.

Я стискиваю ремешок, ловлю себя на этом и отпускаю.

Ещё шаг – и назад идти будет труднее. Ставлю стакан на стол слишком резко.

Ещё позже мы в гримёрке за сценой. Пол рассечён полосой холодного света.

– Стоп.

– Принято.

Я делаю один шаг в его сторону и замираю.

– Ты прячешься в ровном голосе.

– А ты жмёшь на газ.

Я кручу стакан пальцами, чтобы не сорваться в жесткость.

– Тормозим.

– Тормозим.

Я шагаю к нему и тут же останавливаюсь.

Рука срывается, и стакан звенит о край столешницы.

На обратном пути мы у пруда во внутреннем саду. Тёплый свет только подчёркивает, как всем не по себе.

Сбоку в разговор врезается чужой голос.

– Здесь больше личного, чем дела.

– Здесь всё сказано вслух.

Я касаюсь стены плечом и отсчитываю три удара пульса.

– После события все смелые.

– После события обычно лгут. Мы не лжём.