Павел Данилов – Аркус. Некромант Зот (страница 3)
Давно не испытываемая ярость потоком вливала в него свежие силы. Зот вышел из шатра и разбил о землю банку с черной солью. Черви с перепончатыми крыльями, змеи с углями горящих глаз, бесформенные сгустки тьмы – твари, подвластные лишь некромантам, прибыли в мир живых.
Зот шел, словно окруженный сворой преданных собак, спешащих на кормежку. Руководить ими помогала Валерия, летающая над полем боя, как безумная.
Сотни желтых и оранжевых браслетов высвечивали своих хозяев в ночи. Людей Зота теснили, убивали, сжигали. Лагерь будто попал под раскаленный пресс.
Наконец очнулись лучники и пращники, трех Желтых засыпало тяжелыми камнями, выпущенными из баллисты. Щит одного устоял, двое других закончили жизнь под звук ломаемых костей. Что-что, а защищаться в Аркусе научились: почти каждый Фиолетовый мог наколдовать простенький щит, а касты повыше шли в бой, влезши в магическую скорлупу. Но когда с неба неожиданно прилетает камень в полцентнера весом – тут и две скорлупы могут не выдержать.
Зот направил тварей в самую гущу, желая посеять страх, неразбериху и смерть. Против нежити есть заклинания, но не все их знают и не каждый умеет ими пользоваться. Черви взлетали, словно курицы с подрезанными крыльями, пролетали сквозь людей и падали на землю с другой стороны, измазанные кровью и ошметками внутренностей. Глаза змей, как палящее через стекляшку солнце, поджигали одежду и выжигали кожу врагов. Сгустки тьмы окутывали жертв и, словно желудок первобытного чудовища, начинали переваривать их живьем.
Пожары, магические всполохи, полная луна – днем бывает темнее. К некроманту подбегали гонцы, солдаты, военачальники – все требовали распоряжений.
– Лучникам, пращникам рассредоточиться и палить по Желтым, пехоту на убой не посылать, пусть помогает на баллистах и прикрывает стрелков. На пожары не отвлекаться, всех магов слать к Илару, – давал распоряжения Зот.
Двое Оранжевых выбрали целью некроманта, но никак не могли нанести удар, Зот засмеялся. Перед их лицами, как взбесившийся маятник, моталась Валерия. Маги так и не смогли прицелиться, Зот запустил в них коронным заклинанием – корнями преисподней. Из-под земли, будто щупальца гигантского спрута, проросли черные лозы и обвили Оранжевых. Жертвы задыхались, бессвязно хрипели заклинания. Браслет первого мигнул и погас – корень обнял его за шею. Второй сопротивлялся, и очень хотел жить. Корни на нем горели, превращались в труху, и Зот отдал щупальцам еще немного силы. Они конвульсивно сжались, обещая встречу ребрам с позвоночником, и оранжевый браслет сына Аркуса погас.
«Не умеете ублюдки без Стены воевать, – со злым удовлетворением подумал Зот. – Хотели развлечься? Пожалуйста!»
Баллисты целились в скопления разноцветных, бойцы не жалели пращи и стрел для Желтых. Маги, под командованием Илара, выбирали целью Оранжевого, уничтожали его, а затем переключались на следующего – словно сорняки дергали.
Бесцветные тоже гибли. Укрывались за щитами, перевернутыми обозами, несгоревшими шатрами, но каждое второе-третье заклинание воинов Радуги все равно приносило смерть в ряды армии Зота.
Минуты, которые никто не заметил бы во время сна, в бою растянулись в вечность. Долго Смерть сидела на диете, а сегодня – сорвалась. Сотни трупов усеяли место стычки.
– Мы победили? Все? Ура? – возбужденные, неуверенные, радостные голоса бойцов Хаоса задавали разные вопросы с одним смыслом.
– Отходим все! – скомандовал Зот. – Стройте укрепления! Баллисты в боевую готовность!
Некромант ничего не видел, но чувствовал впереди, около Стены, огромный сгусток магической энергии. И эта сила приближалась к ним.
– Быстро! Выполняйте! – послышался крик протрезвевшего Бенедикта.
Солдаты переворачивали обозы, вбивали в землю щиты погибших, укрывались за насыпью камней. Несколько человек бросились прочь, когда увидели цвет браслетов приближающегося верхом отряда. Красные не спешили, их кони шли шагом.
Зот подозвал тварей. Половину из них уничтожили, другая половина стала полупрозрачной: еще несколько минут и они исчезнут. Зот направил их навстречу второй волне атакующих.
Бывало несколько Красных командовали отрядом Оранжевых, но сегодняшней ночью от красного света слезились глаза – их было не меньше сотни. Зот и его войско не могли ни заметить среди них Белого жреца. Его плащ сиял белизной даже в ночи, он смеялся над ними, делая себя самой удобной мишенью в мире.
«Тут нас и похоронят, – подумал Зот, – надеюсь, Ника уйдет далеко». Некромант бродил среди тел Желтых и Оранжевых, отыскивая живых. Один из Желтых вскрикнул, когда Зот ударил в ребра носком сапога.
– Не убивайте, – начал умолять сын Аркуса, – мне приказали… вы же знаете…
– Знаю, – согласился Зот. Затем перерезал бедняге кинжалом горло и прокричал: –
Это заклинание редко получалось у Зота, но не попробовать он не мог – слишком в тяжелом положении они оказались.
Появилась огромная серо-красная лужа, напоминающая растаявшее желе. Чудовище росло, принимало форму, плоть становилась осязаемой. Оно с ненавистью уставилось на Зота.
– Че смотришь, урод? Я тебя вызвал! Бегом на моих врагов! Сожри всех!
И гигант побежал. В него полетели заклинания, но они увязали в серо-красной коже, как стрелы в коре векового дуба. Он хватал людей с седла и целиком засовывал в горящую, как жерло вулкана, пасть. Лошадей он не трогал – они были ему не интересны. Кровавый гигант питался только человечиной.
Отряд воинов Радуги рассредоточился, но гигант передвигался быстрее, чем лошади в галопе. Часть Красных атаковали бойцов Хаоса, остальные пытались расправиться с жутким порождением некроманта. Его жгли, морозили, заковывали в цепи, поражали молниями. Зот смеялся в голос, видя, как гигант проглатывает десятую жертву. Голод кровавого гиганта невозможно утолить, и бедняга подох от банального переедания. Он так и упал с раскрытой пастью, из которой торчали ноги последней жертвы.
От солдат и баллист, против Красных, мало толку. Белый для них и вовсе неуязвим. Жрецом Зот решил заняться лично. Отряд магов, во главе с Иларом, колдовали одно щитовое заклинание за другим, но их ряды продолжали редеть – слишком сильны магические удары врага. Каждый бесцветный полагается только на свою энергию, сынам Аркуса дарила силу Радужная сфера – главный артефакт кастового общества.
Некромант крутил в голове три заклинания, которыми он собирался ударить в Белого жреца. Потом сам себя оборвал: «У меня один шанс. Не пробью защиту с первого раза – не пробью никогда».
Зот замер. Он вытягивал силу из каждой клетки тела, из души, брал ее у ночи и запаха крови, заполонившего поле боя. Правая ладонь горела от разрывающей силы. Чтобы не упасть, некромант встал на колени. Сейчас он рисковал не просто осушить сосуд с магической энергией внутри себя, сосуд мог разбиться вдребезги.
И Зот ударил.
Даже издалека некромант увидел, как бок Белого мгновенно потемнел. Все Красные бросились к умирающему жрецу, и бой сразу закончился. Стало тихо.
Зот чувствовал себя голым и беззащитным, горло драло от сухости. Он все-таки воздел себя на ноги и доковылял до укреплений.
– Отступаем в город, – сказал некромант Илару и Бенедикту. – Иначе не сейчас, так завтра убьют всех до единого.
– Будем укреплять город? – спросил Бенедикт.
Зот слабо улыбнулся и рухнул в телегу для раненых.
Глава вторая. Девушка в бочке
Синий тащил ее за волосы. Шикарные каштановые волосы до попы.
После недели дождей впервые вышло жаркое солнце. Стояла духота, а грязь превратилась в липкую, подсыхающую массу. По этой мерзости Киру и волочили. Она не успевала перебирать руками и ногами, подвывала и хрипела, словно собака на коротком поводке.
Возле бочки в два человеческих роста Синий отпустил Киру. Девушка боялась поднять глаза: этому чокнутому ублюдку может сбрести в голову что угодно.
– Вставай, тварь! Не захотела жить у меня, поживешь здесь. Правда, недолго.
– Пожалуйста… я…
– Заткнись!
Кира послушно замолчала. Фиолетовый браслет на левой руке кого хочешь заставит выполнять приказы следующей касты – Синей. Иначе рука превратится в кровавую отбивную.
– Залезай в бочку и сиди там, пока не сдохнешь!
Кира до боли сжала зубы и, рыдая, взялась за ржавые скобы-ступеньки. С ее рук и ног летели комья подсохшей грязи. Убежать или хотя бы просто возразить она не могла. Оставалось плакать и лезть навстречу страшной медленной смерти.
Кира перегнулась через край, в нос ударил запах сырости. В гигантской бочке, тонн на десять, раньше хранил зерно Фиолетовый фермер. Но, после его смерти, здесь задерживалась лишь дождевая вода. Темная поверхность шла легкой рябью от задувавшего ветерка.
Кира нащупала внутренние скобы и забралась внутрь. Приказ наполовину исполнен. Теперь осталась вторая половина – дождаться собственной смерти.
Кира вздохнула, она еще не осознала, в какой ад ее загнал обидчивый господин.
Сидеть на скобах, словно птичка на ветке, было неудобно, и Кира осторожно нащупала ногами дно. Колени скрылись под водой. Кира нагнулась и сделала глоток. Вода еще не успела затухнуть, но болотный привкус ряски нельзя было перепутать ни с чем. Зато пропала сухость, сковывающая рот со вчерашнего вечера.