Павел Булах – Город людей. Воздушный замок из песка (страница 23)
На импровизированном ложе «Хранительницы» сидела какая-то лысая особа с дикой злорадной ухмылкой. Неизвестная гостья сидела в окружении зажжённых свечей и пристально разглядывала застывшую возле входа гостью. Эли хотела что-то сказать, но внезапно её взгляд выхватил что-то очень странное, неестественное. Слова застыли, мысли умчались куда-то прочь, комната пошатнулась и начала кружиться. Напрягая все силы, чтобы не упасть в обморок, Эли поняла, что у странной особы слишком большое количество лишних рук. С ужасом и отвращением женщина узнала конечности своих коллег и подруг. Это были их руки, покрытые слишком знакомыми рисунками и узорами. Места соединений рук и торса выглядели мерзко и очень болезненно. Невероятно толстые вены сшивали окровавленные конечности с тощим торсом, словно жирные пульсирующие нити. Тело Эли в очередной раз похолодело, кровь перестала течь по её организму и превратилась в лёд. Ей хотелось закричать, упасть в глубокий обморок, никогда не просыпаться и не видеть этих странных блестящих глаз. Словно прочитав мысли белой от страха женщины, странная гостья улыбнулась и закивала головой. Её глаза при этом начали неестественно сверкать ледяным холодным огнём.
– Не пытайся убежать от меня, это бесполезно. Зайди ко мне и присядь, – проговорил насмешливый женский голос. – И да, их ровно шесть! Я про мои новые руки, разумеется. К ним нужно немого привыкнуть, но я с этим справлюсь со временем. А ног только две. Зачем мне привлекать лишнее внимание, верно?
– Что? Что ты? – едва смогла выдавить из себя Эли и рухнула на пол. Она почти была готова потерять сознание, но чёткий свежий запах крови, врезавшийся в её ноздри, не дал ей это сделать. – Я не в себе… Я просто устала. И меня терзают галлюцинации…
– Я не иллюзия и не галлюцинация, не мираж и не морок! – радостно рассмеялось странное создание милым и почти ласковым голосом. – Я более чем реальна. Поверь мне, что скоро ты сможешь убедиться в моей абсолютной реальности.
– Кто ты?
– Ты меня не узнала? Нет? Это не удивительно. Но должна сказать, что висеть у вас было довольно скучно. До сегодняшнего дня, разумеется. Да, да! Я ваш неумирающий экспонат! А твои приятели с радостью поделились со мной всем необходимым! – Существо указало куда-то в сторону, и Эли, проследив за указанным направлением, увидела новое украшение комнаты. В небольшой нише, загороженной занавеской, мирно стояли, истекая тёмно-багровой жижей, оторванные головы её бывших компаньонов. Они были насажены на импровизированные колья и с нескрываемым недоумением смотрели на происходящий разговор. – Надеюсь, ты не сильно к ним привязалась?
– Я… Нет… Просто… – прохрипела что-то невнятное Эли, но в этот момент на её лоб и лицо упали какие-то резкие капли. Женщина машинально смахнула капли с лица, а затем подняла голову вверх. Из её рта невольно вылетело ругательство, а голова закружилась так сильно, что Эли пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть. Под самым потолком висели обезображенные изувеченные туши её бывших знакомых. Тела были подвешены за ноги и лишены рук и голов. После обнаружения трупов «Хозяйка» Эли поняла, почему так странно блестит пол в этой комнате. Он весь был залит тонким слоем крови, которая совсем недавно текла в жилах её знакомых.
– Дольше всех пришлось возиться с первой жертвой, – беззаботно и слегка хвастливо произнесла странная женщина, придирчиво разглядывая свои новые руки и кисти. – Желаешь подробностей? Я подманила к себе беспечного глупца, а затем натянулась ртом на его руку. Очень странно! Он начал кричать только тогда, когда было уже поздно! Очевидно, он тоже думал, что я галлюцинация! Ну а дальше я обзавелась первой конечностью, и всё стало намного легче. Слабые, жалкие люди с нежными тканями и хрупкими конечностями. Но признаю, что с вами весело. – Существо кокетливо повернуло голову на бок и вытянуло все конечности в стороны.
– Не убивай меня. Я могу быть полезной!
– Что за женщина тут была? Та, что оставила эту мерзкую сумку? От этой особи исходил очень странный запах. И я узнала его!
– Клариса! Она сказала, что её зовут Клариса!
– Куда её увели?
– Она сказала, что хочет примкнуть к «Бестиям»… Я больше ничего не знаю, мы не знакомы! Это правда!
– Клариса! Клариса? Клариса, – задумчиво пробормотало создание, наклоняя голову в сторону под жутким, практически невозможным углом. – Сейчас она похожа на надкушенное, но недоеденное блюдо. Очень интересно. И как только ей удалось сбежать от него? Может быть, она…
Странное создание пошатнулось и грациозно слезло с кровати, плавно покачивая шестью окровавленными конечностями. Во все стороны полетели мелкие чёрные брызги, злобно зажужжало сжимаемое в руках холодное оружие, которое несколько минут назад сменило хозяина. Женщина с шестью руками подошла к крошечной, аккуратно убранной раковине и повернула громко скрипящий вентиль. Журчание воды казалось дико неуместным на фоне оторванных агонизирующих голов бывших обитателей этого помещения. Она набрала воду в четыре подставленные ладони, дождалась, когда вся кровь смоется с рук, а затем невероятно громко и отчётливо понюхала воду. От этого звука по спине Эли побежал дикий холод, а сознание в очередной раз захотело покинуть тело и эту жуткую комнату. Создание снова понюхало воду, затем выпрямилось во весь рост и невероятно звонко рассмеялось. Смех был вполне человеческий и задорный, но сердце единственной зрительницы этого хохота сжалось от ужаса.
– Итак, я поняла, что здесь происходит. Он опять что-то сделал с водой! Мне нужно двигаться дальше, а ты присоединишься к своим друзьям. Подойди ко мне, – произнесла мерзкая женщина, быстро подходя к лежащей на полу собеседнице. Она подняла её, словно пушинку, и развернула спиной к себе, позволив Эли увидеть своё отражение в старом зеркале, которого она обычно не замечала. – У тебя красивые нательные рисунки. Да и у меня тоже, не находишь? Что они делают? Зачем они?
– Открывают доступ к некоторым районам… – Дрожащая от ужаса «Хозяйка» Эли ощущала на себе знакомые, но очень жёсткие прикосновения холодных, сильных рук. – Чтобы пропустили и не…
– Ясно, ясно… – промурлыкала многорукая женщина, удобнее обхватывая тело собеседницы. Верхние руки схватили голову, другие конечности железной хваткой вцепились в нежные плечи жертвы и развели руки в стороны. – Ты очень красивая. Очень, очень! – нежно зашептало чужеродное создание, всё плотнее и плотнее прижимаясь к собеседнице. – А я красивая?
– Да! Да, конечно! Очень красивая! – зашептала в ответ Эли, чувствуя, как подгибаются её ноги, а по щекам бежит неконтролируемый поток слёз.
– Смотри на себя… Смотри… – еле слышно бормотало создание, держа голову жертвы двумя руками. – Меня зовут Анса… И сейчас я вырву тебе язык.
Буднично огласив приговор, Анса дождалась крика своей жертвы и проворно ухватила язык чужими ледяными пальцами. «Хозяйка» Эли не успела ничего понять, как что-то острое и быстрое нырнуло ей в рот. Резкий всполох боли врезался в челюсть, а после пронзив весь организм. Отрезанный язык женщины оказался перед её глазами, зажатый в двух пальцах, словно дорогое редкое лакомство. Кровь стала обильно заливать рот, из глаз лился непрекращающийся поток слёз. Анса проворно проглотила чужой язык и схватила жертву за голову, одновременно зажав ей рот противной ледяной ладонью. Через миг один из глаз Эли перестал видеть.
– Ну как? Теперь я тебе кажусь реальной? Ответь мне!
Эли предприняла отчаянную попытку вырваться, но палач резко отреагировал на это. Раздался хруст, пленница перестала чувствовать свою ногу, а взгляд её единственного глаза вонзился в подвешенные под потолком тела. Эли почувствовала зависть.
– Ты для меня всего лишь букашка. И я могу делать с тобой всё, что захочу. Но не подумай, что ты станешь для меня единственной или запоминающейся. Как только я с тобой закончу, ты для меня исчезнешь. Ты хотела быть для меня полезной? Я слишком долго была взаперти, я хочу услышать хруст сухожилий и звук рвущихся жил. Будь для меня полезной и подари мне всё это!
Огласив приговор, Анса убедилась, что жертва всё ещё видит своё отражение в мутном зеркале. Затем она схватила Эли шестью конечностями и потянула руки добычи в разные стороны. Раздался треск: конечности были оторваны от плечевых суставов и безвольно повисли. Хруст исковерканной плоти мощно проехал по сознанию Эли, она почти лишилась рассудка. Жертва хотела закричать, чтобы хоть как-то облегчить свои страдания, но её горло держали стальные пальцы, а сознание все ещё не решалось помочь своей хозяйке и закинуть её в блаженный обморок. Она взглянула на себя в зеркало и почувствовала, как её голову поднимают вверх чужие ледяные руки, а тело, наоборот, тянут вниз, прижимая к полу. Эли увидела своё обезображенное болью лицо, красный, почти закатившейся глаз. Рот все ещё наполнялся чем-то горьким и горячим, дыхание вырывалось с дикими хрипами. Шея Эли безобразно вытянулась, поддавшись мощному напору рук, а затем лопнула, подарив на прощание женщине хруст ломающихся позвонков и треск лопающихся жил. Анса сдержала угрозу, но не стала насаживать оторванную голову на кол, а пронесла её через помещения, торжественно держа на вытянутой руке.