Павел Барчук – СМЕРШ - 1943. Книга 3 (страница 32)

— Свои, говорите? — переспросил командующий артиллерией. — А ну-ка, ребятушки, посветите мне на того, что представился старшим оперуполномоченным.

Один из автоматчиков охраны послушно вскинул трофейный фонарик. Желтый луч ударил капитану прямо в лицо, высветив перемазанные грязью скулы и жесткий, упрямый прищур глаз.

Казаков сделал шаг вперед, вглядываясь.

— Ба… Котов! — Генерал удовлетворенно «крякнул», — Точно, ты. Хотя, не удивительно. Кто еще мог такую бойню устроить? Засада, так понимаю. Верно? Опускай фонарь, сержант, это действительно наши из СМЕРШа.

— Так точно, товарищ генерал-лейтенант, — вытянулся Котов. — Проводим оперативное мероприятие по ликвидации вражеской диверсионной сети.

Казаков подошел еще ближе. Внимательно оглядел склон. Естественно, заметил трупы фрицев.

— Оперативное мероприятие, значит… — генерал усмехнулся краешком губ. — Вовремя вы со своим мероприятием здесь оказались, товарищ капитан. Спасибо, сынки. Артиллерия вам этого не забудет.

Казаков поправил фуражку, кивнул на свои машины:

— Едем в штаб. Думаю, вашему начальству будет очень интересно послушать доклад о том, как трое оперов в одиночку целый элитный отряд Абвера перебили. Да еще «языка» прихватили.

Карась тихонько толкнул меня локтем. Я покосился на него. Физиономия у старлея была донельзя довольная. Мишка явно предвкушал реакцию Назарова, когда мы заявимся в Управление в компании спасенного генерала Казакова. Ради такого стоило рискнуть.

Глава 16

Наш грузовик трясся по разбитой дороге, пристроившись в хвост генеральскому кортежу. Впереди, разрезая предрассветную серую дымку узкими полосками светомаскировочных фар, шли ленд-лизовские внедорожники и тяжелая «эмка» Казакова. Командующий артиллерией решил перед возвращением в штаб, завернуть в Управление СМЕРШ.

Вообще, конечно, забавная история. Даже здесь, на фронте, армейские и контрразведка живут и работают порознь. Хотя, вроде бы, цель у нас одна. Выбить врага.

Наверное, дело в том, что СМЕРШ — структура обособленная, чужих глаз не терпит. Поэтому контрразведка расположилась в здании школы,а основной штаб обустроился по соседству, на территории бывшего мужского монастыря, от былого величия которого практически ничего не осталось.

Главные храмы были взорваны еще в двадцатые. Сохранились только колокольня и та церковь, в которой мы взяли Воронова. До войны здесь устроили то ли санаторий, то ли профилакторий. А когда началась Великая Отечественная, выяснилось, что братские корпуса весьма крепкие и идеально подходят для нужд Ставки.

В бывших кельях монахов теперь находились оперативное управление штаба фронта во главе с генералом Малининым, армейская разведка, политуправление. В подвалах, подземельях и вырытых прямо во дворе блиндажах — укрылись связисты. Там же хранились все документы.

А вот сам Командующий фронтом в монастырских палатах не ночевал. Одна шальная фугаска с «Юнкерса» — и фронт обезглавлен. Инженеры выстроили для Рокоссовского подземный бункер.

Видимо, Казаков ехал в штаб, чтоб встретиться с Константином Константиновичем. Другой вопрос, как об этом узнали фрицы? Не думаю, что командующей артиллерией направо-налево кричал о своих планах наведаться в Ставку. Он, возможно, сам принял такое решение только утром. Если не за пару часов до выезда.

Информация пришла от Крестовского? Неужели он и эти сведения раскопал в будущем?

Я так и сяк покрутил возникшую идею, но тут же отбросил ее как бредовую. Ни в каких архивах, ни в каких мемуарах не фиксируют поминутный хронометраж и лесные маршруты спонтанных генеральских поездок. Писарь в штабе просто отмечает факт прибытия. Крестовский при всем желании не мог вытащить из двадцать первого века данные о том, что Казаков поедет именно в эту ночь, именно в этот час и именно через Глухой яр. Физически невозможно.

А если Крестовский тут ни при чем… Значит, немцы получили информацию здесь и сейчас. В реальном времени. Кто-то узнал о решении Казакова и успел передать сигнал по рации. Вот сука! Выходит, рядом с командующим артиллерией ошивается предатель. Настоящий, местный, нынешний.

До линии фронта — северного фаса дуги, где окопалась армия Моделя — отсюда километров семьдесят, не меньше. И это не пустая степь, а сплошные минные поля, замаскированные танковые армии, траншеи и патрули. Восемь вооруженных до зубов немцев не могли проползти этот путь на пузе. Значит, их либо сбросили десантом, либо они нагло приехали на машинах с идеальными документами, в нашей форме. Это, конечно более сложный вариант. Но вполне реальный. В любом случае группу закинули раньше. Они просто ждали каких-то указаний.

Что в первом, что во втором случае, фрицам нужен был проводник или помощник. Тот, кто подготовил «окно», кто подал сигналы на зону высадки или обеспечил их железобетонными аусвайсами для блокпостов. «Крот» не просто разово слил маршрут Казакова — он выстроил Абверу логистику.

Я покосился на Котова, который сидел рядом и всю дорогу без перерыва курил. Молча.

Думаю, конкретно в данный момент Андрея Петровича беспокоят мысли вовсе не о диверсантах. Он догадывается, что ждет нас после возвращения в Управление. Да, чисто теоретически, должны чуть ли не наградить. Так-то мы спасли целого генерала. Да еще какого. Победителей, как говорится, не судят. Однако сам факт, что Котов забил на распоряжения Назарова и молча укатил с двумя операми, прихватив Сидорчука с машиной, один черт может иметь для него последствия. Пока не известно какие.

Думаю, капитан прекрасно понимает, просто так засада на Казакова появиться не могла. Вот только скорее всего и он, и Назаров подумают снова на Пророка. Тем более отвлекал нас от южного тракта именно Воронов. И это будет большой ошибкой. В погоне за Пророком майор и капитан упустят реального предателя, не имеющего отношения к шизику.

Единственный нюанс… Какого черта именно Воронов устроил весь этот цирк с отвлечением Назарова? Если маршрут слил обычный штабной «крот» в реальном времени, при чем тут гость из будущего?

Хочешь понять мотивы шизика с манией величия, думай как он…

Я мысленно представил себя на месте Крестовского.

Многоходовочка. Идеальная шахматная партия.

Если Воронов и есть Пророк, он прекрасно знает настоящую историю. Генерал Казаков благополучно прошел всю войну, сыграл ключевую роль под Курском и дожил до преклонных лет. Пророку же нужно эту линию событий сломать. Вырвать стержень из нашей обороны накануне главной битвы.

Допустим, Крестовский, имея доступ к немецким каналам, узнает, что штабной предатель слил спонтанный маршрут генерала, и в Глухом яру спешно готовится засада. Но шизик знает — Казаков живым и здоровым дойдет до конца войны, значит засада сорвется. Случайный летучий патруль, бдительность охраны или резервы СМЕРШа — что угодно может помешать.

Чтобы Казакова убили наверняка, Пророку нужно полностью зачистить шахматную доску. Убрать любые помехи и преграды. Он отправляется в церковь, собираясь связаться с немцами и, возможно, подсказать им, как на сто процентов провернуть убийство генерала. А тут — мы. Со своей ночной операцией.

Тогда шизику в голову приходит отличная идея. Он решает сдаться, но для нас это выглядит как сопротивление. Типа мы взяли диверсанта силой. Потом в Управлении Воронов-Крестовский поднимает бучу и добивается, чтобы Назаров снял патрули, отправив их нас север. В принципе, это заняло бы час, ну, может, два. Не больше. Имею ввиду, вся суматоха. Потом стало бы известно, что с командующим фронтом все хорошо и бойцы вернулись бы на свои позиции.

Я усмехнулся, покачал головой. Очень похоже на правду. И это снова подтверждает мои мысли о том, что Воронов и есть шизик. Вернусь в Управление, вытрясу из гниды всё дерьмо. Чего бы мне это не стоило. Но первым делом надо убедить Котова, а потом Назарова, что конкретно к этой ситуации Пророк имеет очень условное отношение. Пусть ищут предателя рядом с Казаковым.

Расплодились эти предатели, суки…

Мой взгляд переместился на пленного снайпера, который лежал здесь же, в кузове, на расстеленной плащ-палатке, под бдительным присмотром Карасева. Глаза у фрица были закрыты, похоже, он что-то кубаторил в голове. Во рту — кляп. Вернее ИПП Котова вместо кляпа.

Когда капитан взял его на склоне, сразу сунул снайперу в зубы перевязочный пакет, вогнал по самые гланды. Чтоб немецкая сволота не смог раскусить крохотный флакон с ядом, зашитый в воротнике. И это, кстати, как оказалось, вовсе не киношный штамп. Карась, прежде чем загрузить пленного, вскрыл ножом шов, вытащил малюхохонький флакончик с цианидом. Больше у фрица с собой ничего не было. Ни документов, ни даже смертного медальона.

Пожалуй, снайпер может мне здорово помочь. Ясное дело, рядовой стрелок — это только мускулы, а не мозги операции. Он понятия не имеет, как зовут агента и откуда территориально прилетела шифровка. У любой разведки с секретностью строго. Радист принял, командир прочитал и приказал выдвигаться. Но фриц точно знает другое — время. Если выбью из него информацию о том, в какую именно минуту у них запищала рация и поступил приказ, этой информацией можно будет воспользоваться.

Машину в очередной раз подкинуло на ухабе. Я поморщился от резкого импульса боли, прострелившего затылок. Похоже, слишком перенапряг голову, пытаясь сложить разрозненные кусочки в единую картину.