Павел Барчук – СМЕРШ - 1943. Книга 3 (страница 12)

— Труп Мельникова забрали, — продолжил Котов, — Стилет нашли. В рукаве гимнастерки майора действительно обнаружили мастерски вшитые ножны. Дальше — больше. Подняли на уши инженерное управление. Саперы подтвердили два приказа Мельникова. Первый — заминировать квадрат. Тот самый. Второй поступил вчера днем. Мельников велел убрать из сектора все патрули, якобы по причине секретной операции СМЕРШа.

Котов хмыкнул, посмотрел на нас с гордостью.

— Ну и самое главное. Истопник Пашка. Мы показали ему фотографии нескольких человек. Он без раздумий ткнул пальцем в морду Мельникова. Именно майор его вербовал и обещал должность старосты при немцах.

— Значит, мы чисты, товарищ капитан? — спросил Карасев.

— По линии борьбы с диверсантами — абсолютно, — кивнул Котов. Он был искренне рад, что его опера оказались невиновны. — Ликвидировали крысу. Молодцы. Хотя… Сами понимаете, было бы гораздо лучше, возьми вы его живым. И взяли бы!

Капитан погрозил кулаком.

— Но вам пришла в голову идиотская мысль заниматься самодеятельностью. Как так? Вот за самоуправство — по башке еще получите. Не знаю, что решат там, — Котов многозначительно ткнул пальцем в потолок, — Сейчас как раз и решают. Если бы не спасание группы Левина, уже под трибунал пошли бы. Но… Почти отряд бойцов жив благодаря вашим действиям. Имейте в виду, еще раз исполните нечто подобное… — Капитан тяжело посмотрел сначала на меня, потом на Карасева, — Собственноручно выдеру обоих. Так, что месяц сидеть не сможете. Не посмотрю на возраст. Ясно? А потом погоны сниму. Тоже собственноручно. Усвоили?

— Усвоили. — Хмуро согласился Мишка.

Я уже собирался задать вопрос про Михалыча, как лицо Котова внезапно помрачнело. Улыбка испарилась, словно ее и не было.

— Но радоваться рано. Во-первых, Пророк по-прежнему на свободе. И мы не знаем, кто он. Во-вторых… — Андрей Петрович тяжело вздохнул, покачал головой, — Мельников — инспектор Главного управления контрразведки. Его коллеги, второй майор и подполковник из комиссии, сейчас изолированы. Они под жесточайшим подозрением. За то, что не смогли раскусить предателя в своих рядах. Москва в бешенстве. Из-за убийства Мельникова и вскрывшихся фактов сюда срочно выехала новая группа проверяющих. Это уже не просто инспекция. Едут люди куда более серьезные. С особыми полномочиями. Тяжеловесы.

Капитан снова многозначительно посмотрел на меня.

— И тут, Соколов, придётся тебе поднапрячься. Старшим этой группы назначен комиссар госбезопасности Белов. По-нашему — генерал-майор

Котов сделал паузу, видимо, ожидая с моей стороны какой-то реакции. Я в ответ молча таращился на капитана и не знал, что сказать. Фамилия Белов мне совершенно не знакома. А судя по тому, как себя сейчас ведет Котов, должна быть.

— Что за надежда? — осторожно спросил я.

— Лейтенант, ну ты чего? Генерал-майор Белов Никита Львович лично знал твоего покойного отца, — Котов понизил голос. — Они вместе служили еще в двадцатых. Именно Белов дал характеристику, когда тебя решили перевести в контрразведку. Это даже в личном деле указано. Ты что, не знал о его протекции? Думаю, он проверку эту не просто так возглавил. Готовься, Алексей. Генерал первым делом захочет с тобой пообщаться наедине. Узнать, как сын старого друга докатился до того, что начал стрелять в инспекторов ГУКР. Ну и конечно, от того, насколько ты сможешь быть убедительным, зависит итог проверки. У нас предостаточно фактов, доказывающих, что Мельников предатель, но…

Котов посмотрел на меня, на Карасева.

— Не маленькие, сами все понимаете.

Мы с Мишкой несколько раз кивнули. Старлей от переизбытка эмоций. Он был рад, что нас вывели из статуса подозреваемых. А я… Я — тоже от избытка эмоций, но совсем других.

Зашибись! Теперь еще со дня на день здесь появится какой-то Белов. Генерал из НКГБ, который знал настоящего Соколова с детства.

Что я буду ему говорить, если ни черта не знаю о жизни настоящего Соколова? Одно дело — вешать лапшу на уши местным чекистам, и совершенно другое — сидеть лицом к лицу с человеком, который начнёт вспоминать то, о чем я не имею ни малейшего понятия.

Поплыву на первом же вопросе. На первой же фразе вроде: «А помнишь, Алеша, как мы с твоим отцом на рыбалку ездили?» или «Как там поживает тетя Валя?».

Может, не Валя. Может, Таня. Или вообще нет никакой тети. Не важно. Суть в том, что я спалюсь в первые же десять минут беседы с генералом.

Котов вытащил из кармана пачку «Беломора», чиркнул спичкой, прикурил.

— Но и это еще не все, парни. — Капитан усмехнулся, подмигнул мне, — Ты, Соколов даже в «одиночке» спокойно сидеть не можешь.

Карась быстро зыркнул в мою сторону. Взгляд у Мишки был очень выразительный. Что-то типа:«Видишь, не я один считаю тебя занозой в заднице! ».

— Говорил со мной сейчас один обходчик железнодорожный, — продолжил Котов, — Михалычем представился. Сначала упорно плел какую-то чушь про государственную тайну, но потом признался, лейтенант, что по твоему совету явился.

Капитан быстро, в двух словах обрисовал всю ситуацию, чтоб ввести Карасева в курс дела. Повторил слово в слово, что рассказал Михалыч.

— Информация про церковь и радиста — это, конечно, настоящая бомба. Но у меня созрел вопрос, лейтенант. Почему ты отправил его напрямую ко мне? Строго ко мне. И ни к кому больше.

— Потому что никому не верю, — честно ответил я.

Котов прищурился. В его глазах мелькнуло какой-то странное выражение. Не понятно, осудил он меня или одобрил.

— И майору Назарову не веришь?

— Никому, Андрей Петрович. Слишком погано все выглядит с этим Пророком. Даже идиоту понятно — утечка идёт с самого верха. И Пророк где-то там. На самом верху.

— А мне? — капитан подался вперед,— Мне, значит, веришь?

— И вам не верю, — я выдержал его взгляд, не моргнув. — Но тут чистая математика. Судя по той информации, которой обладает Пророк — точная дислокация танковых резервов, графики радиосеансов штаба фронта — он сидит очень высоко. А вы, товарищ капитан, всего лишь старший оперуполномоченный. У вас просто нет такого уровня допуска. Извините, но мелковаты вы для Пророка.

Карась подавился воздухом и закашлялся. Он явно охренел от моей наглости и душевной простоты. Сказать старшему оперу СМЕРШа в лицо, что он «мелкая фигура» — это надо иметь либо стальные яйца, либо напрочь отбитый мозг.

Котов усмехнулся. Несколько секунд сверлил меня взглядом. Потом вдруг коротко, глухо рассмеялся.

— Ох и борзый ты, Соколов. По тонкому льду ходишь. Но… логика железная. Принимается.

Капитан резко посерьезнел, придвинул к себе чистый лист бумаги, взял карандаш.

— Возвращаемся к церкви. Радист прячет свой сигнал в тени наших передатчиков. Гениально и просто. Значит, брать его надо ночью. Прямо во время сеанса связи.

— Как? — тут же подключился Карасев. — Засада? Тогда необходимо организовать все заранее. Иначе он нас срисует.

— Ты что думаешь, Соколов? — капитан вопросительно кивнул мне, — Ведь сто процентов анализировал информацию, пока куковал в одиночестве.

— Срисует, — согласился я. — Если пойдут люди в форме, украдкой, с автоматами наперевес. А вот если в церковь по привычке явится местный любитель выпивки… Совсем другой расклад. Михалыч туда шастает регулярно. Радист к нему привык. Он не видит угрозы в обходчике, иначе давно бы его ликвидировал. Михалыч для него даже… как сказать…предупредительная система. Если патруль все же появится, они в первую очередь заметят обходчика. Займутся им. Это гарантия для радиста, что он успеет спрятаться или вообще уйти.

— Предлагаешь переодеть кого-то под обходчика? — Котов мгновенно уловил суть моей идеи.

— Именно.

Капитан задумчиво потер подбородок, машинально принялся карандашом выстукивать нервный ритм по столу.

— План рискованный. Но рабочий. К тому же, — Андрей Петрович усмехнулся. — Проверить колокольню мы можем сами, без утверждения операции со стороны начальства. Потому что это вовсе не операция. Поступили сведения от местного жителя. Вот мы их и отрабатываем. Значит так…один пойдет под видом Михалыча. Двое страхуют за пределами церкви, но с удобной позиции. А теперь шустро привести себя в порядок. Опять как черти немытые выглядите. И одеться в гражданское.

Капитан посмотрел на часы.

— У нас времени — всего ничего, чтоб подготовиться.

Глава 7

Шикарная возможность взять человека, который может оказаться Крестовским, меня, конечно, весьма радовала. Даже, если передачу ведёт не сам Крестовский, один черт это — шанс выйти на шизика.

Еще больше радовал энтузиазм Котова. Капитан реально планировал провести нашу скромную операцию в строжайшей секретности ото всех. Даже если потом Назаров оторвет ему голову. А Назаров непременно оторвет. От итога вылазки зависит только одно. Всё закончится удачно — отрывание головы пройдет менее безболезненно. Снова обосремся — нас ждёт казнь в особо извращенной форме.

Однако, при всей радужности перспектив, пока слушал рассуждения Андрея Петровича, в башке без перерыва зудела одна мысль. Как застрявшая под кожей заноза, которая начала нарывать.

Докладная записка Мельникова. Вот «скромная» деталь, которая не давала мне покоя.

Сволочь московская не блефовал, когда говорил, что подстраховался.

Лежит не совсем на виду, но найдут быстро…