Патрик Уикс – Тевинтерские ночи (страница 42)
Виллем зарычал, и его сестра отскочила назад.
– Ты… убежала…
Мина сглотнула. Она сделала шаг к брату, но тот отпрянул, обнажая клыки, и девушка застыла.
– Я… встретила Стражей. Если ты слышал тот голос, то должен им рассказать.
– Нет… Я не…
Проигнорировав взгляд, который послала Антуану Эвка, эльф непринужденно прислонился к воротцам стойла.
– Плохо, когда никто не отвечает на вопросы. Сейчас все, что мы имеем, – слышанные мною когда-то сказки. На них и строим наш план. Не очень-то он хорош, правда?
Эвка нахмурилась, Виллем ничего не ответил.
– Любые твои слова будут полезнее наших догадок, – продолжил Антуан. – Можешь не говорить много, если не хочешь. Но все, чем поделишься, очень нам пригодится.
– Церковь, – прохрипел Виллем.
– Церковь сейчас не поможет, – пробормотала Эвка.
– Нет… замок…
Мина подошла к воротцам, у которых стоял Антуан.
– Разрушенная Церковь. Мы так прозвали руины в лесу, к северу от деревни. На них мы с братом построили себе замок… что-то вроде крепости, чтобы никто не мог нас найти. Но не были там с тех пор, как… – Она махнула рукой, словно отгоняя непрошеные мысли. – Тридцать лет назад случился пожар, и с тех пор это место заброшено. Ни церковных сестер, ни братьев. Туда ходили только мы.
– Ну конечно! – просияла Эвка.
– Спасибо, Виллем, – добавил Антуан.
– Ладно, как бы ни был плох этот план… Что там дальше в сказках? – спросила гномка.
Антуан улыбнулся:
– А ничего. Герой убивает демона, проклятие спадает, все живут долго и счастливо.
Это звучало довольно обнадеживающе.
– А я? – спросил Виллем.
Антуан глубоко вдохнул, прежде чем повернуться к мальчику:
– Ты останешься здесь и дождешься конца сказки.
– Антуан, – негромко произнесла Эвка.
– Снова за работу, да? – Эльф улыбнулся напарнице.
У конюшни собрался народ. Некоторые разглядывали Стражей, остальные делали вид, будто не подслушивали. Антуан улыбнулся жителям. Похоже, тучи немного расступились и у Стражей наконец появился план… или хотя бы некое подобие ориентира. Осталось спасти деревню, даром что местные не верят в успех.
– Мы намерены прикончить парочку оборотней, – заявил Антуан. – Или умереть, пытаясь это сделать. Если убьем, считайте, что вам повезло. Если умрем, хуже не станет.
Толпа смотрела на него, лишившись дара речи. Эвка хмыкнула, и улыбка Антуана растянулась еще шире.
– Ну ладно, – сказала гномка. – Пойдем.
Тропа, ведущая к развалинам церкви, за тридцать лет успела зарасти и теперь была едва различима. Что хуже, поднялся туман, который, по мнению Эвки, был ничуть не лучше дождя. Антуан же заявил, что погода «добавляет атмосферы». Эльф немного обогнал свою спутницу; казалось, он вполне готов к подвигам. По крайней мере, сам он был в этом уверен.
– Антуан, – окликнула его гномка.
– Да? – Поняв, что отвлекся, он смущенно улыбнулся.
Эвка застигла его врасплох, и это было ей на руку.
– Когда найдем виновника – никакой пощады. Мы не можем себе этого позволить.
– Я понимаю.
Была еще одна мысль, которая ее беспокоила.
– Если Виллем не излечится…
– Мы пока не знаем, как все сложится, – сказал Антуан.
Его пальцы подрагивали, будто он что-то подсчитывал. Может быть, строил очередные планы. Может, гадал, чем окончится дело.
– Стражи не могут спасти всех.
– Да, не можем. Но стараемся.
Эвка глубоко вздохнула:
– Ты справишься?
Не то чтобы она не доверяла Антуану. Он всегда прикрывал ей спину… Просто дело было не в этом.
Лицо эльфа исказилось от обиды. Эвка знала, как сильно Антуан хочет стать настоящим Стражем. Но ей хотелось, чтобы в нем была хоть капля невозмутимости, которой так славятся члены ордена. Эльф ушел на несколько шагов вперед, затем развернулся и вновь приблизился к спутнице.
– Нам нужно спасти Виллема, – сказал он.
– Если будем пороть горячку, в опасности окажется не только он.
– Ты не хочешь, чтобы я…
– Я не хочу, чтобы ты погиб.
Антуан замер, глядя на нее. Эвка нервничала, когда он так делал – это означало, что напарник обдумывает сотню идей одновременно; и сейчас вся сотня относилась к ней. Вокруг было очень тихо. Где же демонов ворон, когда он так нужен? Внезапно выражение лица эльфа изменилось.
– Почему ты улыбаешься? – спросила Эвка.
Он рассмеялся:
– Ты не хочешь, чтобы я погиб.
– И это весь ответ?
Он вновь застыл:
– Эвка, я сделаю все, что смогу…
– Я знаю. – И она зашагала дальше, прежде чем он успел продолжить разговор.
Стены Разрушенной Церкви поднялись из тумана неожиданно. Эвка хлопнула Антуана по плечу и указала на заросли диких роз. Пригнувшись, Стражи пробрались сквозь кусты. Гномка осмотрела развалины: в трещинах вьется плющ, боковая стена рухнула, провалилась крыша. Главная дверь сгнила, но каким-то чудом сохранилось витражное солнце, тускло поблескивающее над ней.
Можно было обойти здание кругом, но туман скрывал его истинные размеры, и Эвка сомневалась, что впереди найдется подходящее укрытие.
– Главный вход не хуже любого другого, – прошептала она.
Пройдя через арку, они ступили на усыпанный листьями каменный пол. Сквозь туман виднелось несколько почерневших скамей, напоминая о верующих, что здесь собирались. За каменной кафедрой, где сестры когда-то пели Песнь Света, лежало упавшее дерево.
– Ты думаешь, он…
Слова Антуана прервал низкий вой.
– Нужно выманить зверя, – сказала Эвка.
– Понял тебя.