Патрик Уикс – Тевинтерские ночи (страница 44)

– Мы придумаем план, – пообещал эльф.

Стражи сидели в трактире вместе с Вершелем, Миной и местными жителями, пришедшими услышать об успехе – или провале – их дела.

– Мы ждали приговора короля, посадив Ренке под замок, но негодяй сбежал, – сказал Вершель. – Была метель, и мы решили: оно и к лучшему. Посчитали, что он погиб.

– Он был близок к смерти, – ответил Антуан. – Но кое-кто нашел его.

– Я думала, вы убьете оборотней или сами погибнете. А вы не смогли ни того, ни другого, – заявила женщина, делавшая свечи.

Некоторые из присутствующих согласно кивнули.

– Если хочешь управиться самостоятельно, могу одолжить топор, – сказала Эвка.

Свечница насупилась, но промолчала.

– Мы придумаем план, – заявил Антуан в четвертый раз и двинулся к двери.

– Куда ты? – спросила Эвка.

– Проведаю Виллема.

Антуан больше не мог оставаться в трактире – он должен был предпринять хоть что-то.

Не успев войти в конюшню, эльф услышал нечеловеческий рык. Виллем расхаживал взад-вперед на четырех лапах. Изо рта капала пена. Иногда оборотень останавливался – лишь для того, чтобы подергать толстые цепи.

– Виллем, ты можешь рассказать что-нибудь еще?

– Антуан!

Как оказалось, Эвка шла следом. С ней была Мина, нерешительно застывшая у входа. Антуан не откликнулся.

– Хотя бы словечко, – продолжил он. – Нам нужно остановить демона.

Но ласковые слова и дружелюбная улыбка больше не действовали на оборотня.

– Ты попытался. – Голос Мины звучал так же, как голоса других – разочарованно, тускло.

Девушка развернулась и пошла прочь. По ее лицу струились слезы.

– Я все еще пытаюсь. – Антуан не отошел от стойла.

Виллем бросился на воротца – вернее, на самого Антуана. Изумленный эльф отпрянул; цепи натянулись, остановив Виллема, – но они не смогут удерживать его долго.

Эвка коснулась руки Антуана.

Ему не хотелось думать о том, что произошло с Виллемом. Не взглянув на гномку, он вышел из конюшни и побрел к главной улице. Взгляд эльфа метался от домов к боковым улочкам; пальцы подрагивали, а мысли роились в голове. Он подошел к колодцу и замер.

Все пошло не так.

«Твои мечты не сбылись, верно?»

Эти слова оплетали разум, как ни старался эльф их гнать. Он в растерянности пнул стенку колодца.

– Сожалеешь об этом? – тихо спросила Эвка.

Антуан невольно рассмеялся:

– Да.

Он несколько раз взрыл землю носком сапога, затем сел, привалившись спиной к колодцу, и вгляделся в заколоченные окна дома Ренке.

– Я едва не погиб, – произнес он.

– А я предупреждала.

– Не хотел, чтобы так вышло. Если бы демон добрался до меня, я бы стал… – Эльф указал на дом Ренке.

– Он не добрался, – ответила Эвка. – Остальное не имеет значения.

– Я жив; я получил второй шанс. Если упущу и его, то в чем тогда смысл?

«Насытят ли тебя слава и восхищение?»

У Антуана задрожали пальцы. Он вновь сбивчиво заговорил:

– Если мои поступки не… Может быть, и сам я…

Он не знал, как закончить мысль.

Эвка села на землю рядом.

– Вот что я знаю о Серых Стражах: мы сражаемся с самыми страшными чудовищами Тедаса, снова и снова идем в бой, а большинство людей о том и не ведает. Взять хотя бы эту деревню. Что у нас тут? Неблагодарные селяне, практически неуязвимый оборотень…

– …И демон, способный залезть мне в голову, – невесело подсказал Антуан.

– Верно. Вот так и живут Стражи. Мы сталкиваемся с подобными проблемами и решаем их. Потому что кто-то должен это делать. В тот миг, когда все покатилось к демонам, ты сумел выжить – и потому стал Серым Стражем. – Эвка ткнула его в плечо и улыбнулась. – Все, что нам нужно, это план.

Все, чего хотел он сам, это посидеть с ней еще немного. Но надо было возвращаться к делам, обдумывать дальнейшие действия. Эльф вскочил на ноги, сделал несколько шагов по направлению к дому Ренке, затем вернулся к колодцу.

Неблагодарные селяне, практически неуязвимый оборотень…

– У тебя есть план? – спросила Эвка.

– Не слишком хороший.

– Это уже что-то.

Антуан расплылся в улыбке.

Эвка стояла у колодца в одиночестве.

Было темно. Луна истаяла до тончайшего серпа, но по крайней мере была видна. Позади Эвки в доме Ренке мелькнул свет. Она медленно выдохнула.

Затем услышала Виллема: его искаженные стоны доносились со стороны таверны.

И кто-то завыл в ответ.

Эвка крепче сжала топорище.

– Ренке! – позвала она.

На миг воцарилась тишина, а затем во мгле раздалось:

– Ждете меня?

Других звуков, кроме завываний Виллема, не последовало. Троих оборотней Стражи убили в лесу, а в церкви встретили одного Ренке.

– Ты один? – спросила она небрежно.

– Это ненадолго.

Значит, сейчас здесь только он. Возможно, это единственное преимущество Стражей – но Эвке показалось, что в одиночку Ренке становился еще опаснее.

– Где твой друг?

– Мне не нравится, как ты с ним разговариваешь, – ответила гномка.

Холодный смех Ренке был прерван стуком ставней. И когда оборотень вновь заговорил, его голос как будто утратил часть своего эха.