Патрик Уикс – Тевинтерские ночи (страница 43)
Она услышала удар кремня и, повернувшись, увидела, как Антуан поджигает один из кунарийских цилиндров. Из трубки вырвался сноп белых искр.
– Работает! – Тревога Антуана мгновенно сменилась восторгом. – Ай! – Искры стали ярче, и он отбросил цилиндр.
Тот укатился в туман и на миг осветил большой силуэт. Потом искры погасли.
– Мальчик выдал нас. Как предсказуемо. – Голос шел прямо из тумана: холодный, рождающий гулкое эхо. Тот же голос, что звучал рядом с мертвым бараном.
– Считай, что тебя призвали. – Эвка метнула в туман нож, но тот безобидно звякнул о каменный пол.
– Вы оставили мальчика в живых? – Теперь голос донесся слева.
– Он не поддался твоему проклятию, – сказал Антуан.
– Проклятие овладеет им, – ответил голос. – И он захочет есть. Кто тогда окажется у мальчика на пути? Может быть, сестра?
– Ты знаешь этих людей, – констатировала Эвка.
Проклятье не само пало на Айхвайль – его кто-то наслал, и, учитывая невезучесть деревни, Эвка не знала, плохо это или хорошо.
– Да, – ответил голос, и из тумана выступил оборотень.
Он был огромен – вдвое больше тех зверей, что уже встречались Стражам. Мех был угольно-черным, а из пасти капала пена.
Эвка успела увернуться, когда монстр бросился на нее, разбив одну из скамей в щепки.
– Кто ты? – спросила она.
– Они выгнали меня из своей мерзкой деревни. Будто я что-то от нее хотел! – Ответ прозвучал чуть тише, хоть и с прежней злобой.
Антуан выстрелил, но оборотень скользнул в сторону и исчез в тумане.
– Он хотел. Хотел ее всю. – Голос вновь стал низким, глубоким; нечто зловещее зазвучало в нем.
Антуан тряхнул головой, словно отмахиваясь от чего-то.
Оборотень вновь выскочил из тумана и врезался в Эвку, опрокинув ее; гномка выкатилась из-под мощных лап и поднялась на ноги.
Антуан осыпал зверя стрелами, но тот как будто не чувствовал боли. Эвка мысленно выругалась: кем бы ни было это существо раньше, сейчас его подпитывает сила демона.
Оборотень устремил на Антуана взгляд желтых глаз и завыл; звук отразился от стен Разрушенной Церкви. Эльф попытался выстрелить, но следующий прыжок зверя сбил его с ног, впечатав в скамью.
Антуан выронил лук.
– Кто ты? – выкрикнула Эвка, пытаясь отвлечь оборотня.
Голоса зверя больше не создавал эха.
– Они бросили меня умирать. Я взял то, что мое по праву.
– Ренке! – Она вспомнила прогулку по Айхвайлю и историю о молодом дворянине, убившем церковного брата.
Звучание собственного имени отвлекло монстра. Он неспешно двинулся к Эвке; голос вновь раздвоился.
– Это было зимой. Он не знал, как выйти из леса. Он хотел есть. А потом захотел большего. Мы поглотим жителей Айхвайля. – Второй голос опять пропал. – Но прежде я наслажусь их страданиями.
– Кем же ты стал?
Эвка поудобнее перехватила топор. Демоны бывают разные – Гордыня, Желание, Ужас, – но все любят поговорить о себе. Что овладело дворянским сыном? Пока она размышляла, позади чудовища, в которое обратился дворянин, поднялся на ноги Антуан.
– Ренке хотел есть, – прорычал оборотень. – И пришел я.
– Кто ты? – выкрикнула Эвка.
– Голод, – произнес Антуан.
Прежде чем Эвка успела среагировать, Ренке прыгнул на нее и поймал зубами топорище. Затем он резко дернул головой, и гномка вместе с оружием полетела через весь зал. Ударившись о стену, Эвка услышала хруст – и сгнившая балка рухнула, прижав ее к полу.
– Эвка!
Антуан бросился к ней, но оборотень развернулся и прыгнул. Лежа на полу под тяжеленным зверем, Антуан ощутил, как темные клыки впились в плечо, прогрызая кожаный плащ и угрожая разорвать плоть. Он не знал, достаточно ли этого для передачи проклятия – и не хотел узнать на себе.
– Значит, ты способен угадать имя.
Демон, овладевший Ренке, попытался проникнуть в мысли Антуана; голова эльфа раскалывалась от боли. Когда Антуан чувствовал порождений тьмы, в их песне было обещание грядущей гибели – но демон уцепился за воспоминание о смерти, которой эльф едва избежал в прошлом.
– О да! Тебе знаком голод. Когда ты умирал… Скажи, каково это было…
Кровь порождений отравляла тело, жгла изнутри так, что Антуан не мог ясно мыслить. А иногда он не чувствовал ничего – и это было так же ужасно…
– Это в прошлом, – процедил эльф.
Он сосредоточился, вспоминая голос Эвки, ее рассказ о случившемся с ним.
Сейчас он Серый Страж. Герой.
Демон расхохотался:
– Думаешь, тебе удалось спастись?
Антуан заметался под лапами Ренке. Он должен выбраться, должен придумать план…
– Твои мечты не сбылись, верно? Тебя лишили славы, тобой не восхищаются…
Нет! Неправда! Смысл вовсе не в этом!
Антуан попытался высвободить руки.
Смысл их дела не может быть таким!
– Насытят ли тебя слава и восхищение?
Пальцы Антуана скользнули по концу лука: оружие слишком далеко, не дотянуться.
– Ты присоединишься ко мне. И пожрешь все, что хотел спасти.
Другой рукой Антуан выбил из пояса серебристый цилиндр. Тот покатился по неровному полу, тихо позвякивая. Эльф снова потянулся к поясу, ладонь сомкнулась на стеклянной поверхности…
Ренке приблизил пасть, полную зубов, к уху Антуана.
– Скажи мне, эльф, ты хочешь есть?
Эвка выбралась из-под балки, схватила топор и бросилась к Антуану. Оборотень на миг приподнялся, раскрывая пасть, и гномка поняла, что не успеет добежать. Антуан заметался и вскинул руку.
Пасть Ренке захлопнулась.
Церковь заполнили клубы темного дыма.
Ренке взревел.
– Что это?.. – прошептала Эвка, совершенно сбитая с толку.
– Отвлекающий маневр!
Рядом просвистела стрела, и Ренке взвыл снова.
– Предупреждают не так! – крикнула она.
Сквозь завесу дыма они заметили, как убегает оборотень. И прежде чем дым рассеялся, Ренке скрылся.