Папа Добрый – Да будет тень. Чародеи. Курс пятый (страница 7)

Подождать вышло недолго. Через день, вечером, сова прилетела на карниз. Поохала с краю, покряхтела, уставилась в окно янтарными глазами. Пришлось встать и открыть, закуривая трубку. Вечер выдался прохладный, девки стали возмущаться, но скоро успокоились. Лапы кедров приятно шуршали, почти убаюкивали, где-то вдали устроили вечернюю поверку птицы, гортанно переклёкиваясь.

Взял ломтик копчёной оленина с блюдца, накрытого салфеткой. Хотелось отблагодарить сову, ведомую чужой волей. Та приняла подать с превеликим удовольствием. Прижала к карнизу могучей лапой, разодрала на несколько кусков, с аппетитом проглотила. Только после этого позволила снять со второй лапы записку, привязанную небольшим шнурком. Два раскуроченных мною глифа ослабили защиту окна, и пару пальцев просунуть стало возможным.

«Сегодня ночью – готовься».

Что ж, лаконично. Вопрос только – к чему? К взрывам? К потопам и ураганам? Или к налёту драконов?

Где-то в час ночи прозвучал сигнал, да такой, что его никак нельзя было с чем-то перепутать. Несмотря на то, что до поселения метров триста, плотный лес и подлесок хорошо крадут звуки, звон колоколов донёсся до нас вполне отчётливо. Тут же, этажом ниже послышался топот и перекрикивание охраны. Из рваных фраз понял, что на поселение напали вуны.

- Вуны? В это-то время года? – не поверил один из охранников.

- Вера велела подняться на крыши, – передал распоряжение другой голос.

- А эти?

- Куда они денутся из башни? В отличие от нас, они в самом безопасном месте.

Потом всё стихло, и какое-то время я просто прислушивался. Наше окно выходило в лес, и мы ничего не могли видеть.

Мимика сидела прижавшись к скучающей Яшме. Мне казалось, что в её скуке есть толика досады. Где-то бьются с вунами, а мы сидим тут – взаперти. И только умничка Самандари, несмотря на то, что нежить, проявила смекалку. Извлекла из нашей импровизированной кровати свой рюкзачок и водрузила себе на спину, старательно расправляя лямки.

Чем дольше мы сидели, тем больше вата леса делилась с нами звуками. Всё больше доносились крики, а порою и истошные визги ужаса, лязг металла и крепкая брань, но… не хватало криков боли. Каждый приход вунов – это мясорубка, особенно когда те вооружены. А уж как они умеют применять оружие мне и Яшме хорошо известно.

Яшма не выдержала – встала и подошла к двери.

- Эй, охрана! Мы можем помочь! Мы боевые маги! – крикнула она. Но дождалась только тишины в ответ.

Я попробовал выглянуть в окно, насколько это позволяла непроницаемая преграда. На мгновение мне показалось, что на самый угол крыши, что был доступен моему обзору, скользнула невесомая и проворная тень.

Экипировка Маздута, полученная от директора Муссабада, помогала перемещаться по хрустким веткам и палой хвое почти бесшумно, к тому же она неплохо его маскировала. Притаившись за стволом исполинского кедра, под разлапистыми веерами папоротника, он внимательно осматривал стены лесной усадьбы. Лучшего места для скрытого подхода не найти. Узкая готическая башня имела всего два окна на верхних этажах, остальные уровни были глухими. Где-то там, под самой кровлей, находилось помещение, в котором заперли девчонок. В свете окна иногда мелькали их тени.

Благодаря сове Асафа Маздут знал расположение всех ловушек, отчего заранее наметил узкую тропу к стенам. Внутренний угол, где суровый камень башни срастался с резным бревенчатым срубом, казался идеальным местом для подъёма. Маздут перебежал пятьдесят метров открытого пространства, пригибаясь к земле, и прижался к стене. Сверху, со стороны терема, доносился топот по черепице. Охранники сначала проверили лесную сторону, затем их шаги сместились к воротам — туда, где просека уходила к поселению. Лязг металла, доносившийся оттуда, радовал ухо. У Асафа всё шло по плану.

Броня почти лишила Маздута веса. С проворством паука он поднялся по стыку камня и дерева на крышу пристройки, прижался к скату, выждал несколько секунд и переместился к коньку, украшенному резным гребнем, чтобы осмотреться.

Шестеро вооружённых кри рассредоточились по трём сторонам фасадных стен, спустившись по скатам ближе к уличному краю, отчего были видны только их головы. Они всматривались в темноту, перекрикивались. Маздут замер, прислушиваясь. Бой на крыше с шестью вооружёнными кри - штука заманчивая, но совсем ненужная в их ситуации. Он обернулся, глянул наверх. Окно, выходившее над крышами, было приоткрыто, однако, скрип, что расслышал Маздут, издала не створка.

Скрип повторился - это звук грузного тела, поднимающегося по ступеням деревянной приставной лестницы. Маздут скользнул по черепице туда, где в край кровли упирались её вертикальные жерди. Вовремя. Появившаяся зелёная голова тролла не успела издать и звука. Удар в кадык, следом удар в переносицу, и захват шеи. Ещё удар - и с неимоверным усилием он втащил тяжёлого обмякшего тролла на крышу. Вслед за ним втянул туда же и лестницу.

Маздут осмотрелся – вроде тихо сработал.

Опасный, конечно, шаг оставлять за спиною шестерых вооружённых бойцов. Руки, можно сказать, чесались, но с другой стороны – крыша открытое пространство, а балансировать на самом краю, чтобы избежать окружения, тактика ещё более сомнительная. Маздут ещё раз глянул на окно. Два с половиной метра. Не так уж и высоко, если разобраться. Ещё один беглый осмотр крыши – потенциальный противник занят происходящим в поселении. Кошачьим рывком к стене, подъём, и сразу, без промедления, в окно.

Перемахнул через подоконник, присел, осмотрелся, бесшумно вынул клинок из нагрудных ножен.

Комната оказалась пуста, только напольные часы нарушали тишину сумрака этого помещения. Маздут переместился к двери, удары сердца совпали с мерным тиканьем. Осторожно приоткрыл створку двери, осматривая доступную часть коридора. Где-то справа слышен разговор - такое ощущение, что даже этажом ниже.

Ночной гость вышел в коридор и направился в сторону звуков. Асаф предупреждал, что в особняке постоянно находятся около десяти человек охраны. Некоторые с семьёй, что плохо. В основном это кри, и очень вероятно, что придётся применять силу против женщин. Тренер этого не хотел, но был готов, ведь женщины-кри почти не уступают своим мужчинам в силе и ловкости, а четыре руки, вооружённые короткими мечами – это вполне реальная угроза.

Маздут добрался до лестницы и аккуратно заглянул через перила. На первом этаже разговаривали две женщины, как раз кри. Разговор тихий и совсем не взволнованный. По обрывкам догадался: женщины судачат о причинах переполоха.

Вернулся в противоположный конец коридора, туда, где была вторая лестница, ведущая как раз в башню. Внезапно одна из дверей открылась, и прямо к Маздуту вышла женщина-кри. Рефлексы сработали. Как по писаному. Мощный апперкот, выбивающий дух и сознание. Маздут ввинтился в дверной проём, и уже там подхватил под плечи падающее тело.

- Ты уж не сердись, дорогуша, - произнёс одними губами, - но вот так вышло, я не только бью женщин, я их ещё и связываю.

Уложив женщину за кроватью, Маздут крепко связал ей все четыре руки и ноги удобными шнурами, имевшимися в его арсенале. Кляпом послужил фартук горничной, которой с чего-то вдруг вздумалось проверять комнаты среди ночи.

- Ты полежи, родная, - Маздут похлопал тело по плечу. – Завтра придёт доктор, даст тебе неболейку.

Лестница была пуста, однако, на предпоследнем этаже Маздут заглянул в комнату, в которой горел свет. А вот и развлечения. Двое стражей – кри и тролл, и бой в замкнутом пространстве, правда, тут уже без шума не обойдётся.

Не дожидаясь окончания реакции удивления, Маздут приступил к фазе принятия. И первым, кто принял его удар, оказался тролл. Мощный хук справа повалил его через край стола, преградив путь для броска кри. Маздут вскочил на лавку, получив в своё распоряжение доминирующую высоту, и оттуда нанёс удар ногой в лицо четырёхрукому, тянувшемуся через стол. На пол полетела посуда, загромыхав по доскам. Кри отбросило к стене, и тот гулко приложился о неё спиной. Тролл очухался и успел развернуться, вынимая длинный нож, но броня Маздута легко позволила принять удар клинка и переместиться противнику за спину. Артефактная перчатка потяжелела, и удар в печень для тролла оказался более чем болезненным.

Маздут не ставил себе задач калечить, и уж тем более убивать. Однако в доставлении нестерпимой боли он ограничивать себя не стал.

Стон от проникающего удара сменился хрустом сломанной переносицы, когда тролл, получив пинок в коленный сустав и ускорение в поясницу, встретил своим героическим лицом край массивной деревянной столешницы. Тело его грузно свалилось под лавку, а на столе остались тягучие капли крови.

В руках пришедшего в себя кри блеснули два клинка и два шипастых кастета.

- Да так даже интереснее, - злорадно усмехнулся Маздут, - вот только и больнее.

Маздут чувствовал свое превосходство во всём. Его подготовка бойца специального отряда Гильдии магов на порядок превосходила выучку даже лучших воинов кри. Артефактная броня способна защитить от самой жуткой магии, и сокрушительных ударов боевых металлических големов. Он мог бы использовать её потенциал на полную, но… это неизбежная смерть визави. Что ж, придётся чуть поиграть, не играя в поддавки. Перчатки лязгнули металлом, на них появились опасные выступы, грозящие серьёзными травмами.