Папа Добрый – Да будет тень. Чародеи. Курс пятый (страница 15)

- Северного сияния не хватает, - ляпнул я. – Пойдёмте жрать, при таком раскладе нам ещё чапать и чапать до потёмок.

Когда мы вернулись, что-то изменилось. Все, кто не ходил к кромке леса, вели себя абсолютно нормально, хотя по нашим взглядам поняли, что что-то не так. Они осмотрели себя и друг дружку, и только потом насмелились задать всеобъемлющий, выражающий всё глубину жажды познания вопрос:

- Чё?

- Трава стала выше, - пояснил Агамемнон.

- Да вроде такая же, - небрежно не согласился Ид, разводя под котелками магический огонь.

Налупившись и ещё раз перекурив, мы двинулись дальше, уже в высокотравные луга, где свежий ветерок смешивал запах горячей земли и разноцветия.

Пройдя метров триста, мы полностью отказались от щитов. Почему-то Роши перестали жечь.

Поднявшись на небольшой холм, впервые осмотрелись. Местность здесь холмистая, однако, прослеживается общий уклон, ведущий к центру долины.

- Вот тебе и новый ориентир, - подметил Агамемнон. Указывая на уклон, а потом на одно из светил. – Это настоящая.

- Почему? – спросила Яшма.

- Вон то, - он ткнул пальцем, - пытается сесть на востоке.

Пройдя километров пять, встали как вкопанные. Внезапно стало темно, словно кто-то просто выключил свет. Оба светила, и реальное, и мнимое, даже не достигли горизонта. Зашуршали завязки рюкзаков, и над нашими головами закружили шары магических фонарей.

Небо, как всегда, было черно и без единой звезды. Чанан не появился. Впрочем, после двух Роши, не было смысла удивляться.

Земля под ногами стала как будто мягче, а запах луга сменился прело-кислым запахом болота.

- И какие будут предложения? - спросил кто-то из наших, по голосу вроде как Ид.

- Даже и не знаю, - неуверенно ответил я. – В любом случае, идти ночью через болота не вижу смысла: «слабоумие и отвага» - не наш девиз.

- Согласен, - поддержал меня Агамемнон.

- Прикиньте, а если не рассветёт? – подкинул херовых перспектив Икар.

- Тогда и голову ломать будем. Думаю, пока надо вставать на ночлег, организовать дежурство.

- О, ужин – это правильно, - повеселел Икар.

Огня разводить не стали. Воду для чая разогрели в котелках прямо руками, ну а бутерброды - это продукт такой: кому надо, тот сам себе разогреет.

Несколько фонарей пустили вокруг себя на расстоянии метров двадцати, чуть добавив им яркости. Три фонаря освещали одно и то же место, примерно, три раза в минуту. И каждые двадцать секунд пред нами представало что-то новенькое. Вот только в свет фонаря попал куст, следующий уже освещал крупный камень, а четвёртый проходил у самого ствола массивного дерева. Радовало одно – в кругу света изменений не происходило.

- Это же не только я заметил? – многозначительно, и ни у кого конкретно не спрашивая, проговорил Икар.

- Что именно? – сразу отозвались несколько голосов.

- Долина меняется, когда мы её не видим.

- Значит, нужно бдить и бдеть, - согласился с его выводами я.

- Вот и будете бдеть первыми, - предложил Ид.

- Правильно, пусть девчонки первыми отдежурят, пока спокойно, - согласились наши парни.

Ну, раз девчонки дежурят первыми, я принялся забивать трубку. Развязал кисет, с жадностью опустил в него девичий носик. Внутренняя Сирена всегда противилась моей привычке, хоть здесь табак и не вредит здоровью, но запах самих листьев ей нравится. Придавив табак, прикурил от пальца, выпуская струю густого дыма кверху. Лёгкий ветерок подхватил его, превращая в туманную поволоку.

- Чего спать не укладываешься? – спросил у подошедшего Икара.

- А смысл? – он тоже достал трубку. – Моя смена сразу после вас. Что, как думаешь, сильно местные управители жестят?

- Пожуём – увидим, - ответил, вновь затягиваясь. – Обещали, что всё будет как в жизни, а жизнь - штука сложная, от неё умирают.

- Не думаю, что тут будет жёстче, чем на Сойян, - присоединилась к беседе Яшма. – Всё же тут испытание, а не дикие прайды вунов.

Глава 88. Игры разума

О местной жести мы узнали в эту же ночь.

Не знаю, сколько мы проспали после нашей вахты, но очнулись от рёва, криков и звона стали. Лагерь наш стоял на ушах, и только Агамемнон призывал к порядку.

- Все в центр! – совершенно справедливо кричал он.

Однако кто-то упорно не давал нам собраться вместе.

Нас однозначно атаковали животные, чьи свирепые морды то и дело попадали в свет магических фонарей. Казалось, какой-то умник собрал вокруг нас все самые агрессивные формы со всех миров. Я видел волков, вунов, замши (болотного кота Далдал). Где-то за нашими спинами рычали борши, а справа Яшма видела песчаных львов. А ещё она чувствовала огромное количество змей.

Кое-как нам удалось собраться вместе, организовав круг, прикрывая друг другу спины. Фонари светили во всю мощь, едва сдерживая наших врагов.

- Ну, как, жёстко?! – спросил кто-то, за моей спиной.

- А то, - отозвался Агамемнон, морщась от боли. – Сирена, как там у вас, у моряцких, говорят – пистесь?

- Пиздец! - поправил я. – Что с рукой?

- Да то же самое, что и вокруг.

- Все живы! – раздался голос Ида.

- Вроде все!

- Арчи нету!

- Арчи! Арчи! – заорали мы в темноту. - Арчи не отзывался.

- Мужчины, а ведь они сейчас дух переведут, - сообразил я, - и тогда нам придёт полная жопа.

- Это страшнее, чем пиздец? – разряжая напряжение, уточнил Агамемнон.

- Это взаимозаменяемые понятия, - ответил за меня Икар.

Даже пара смешков раздалась, а потом… а потом началось мясо. Звери кинулись со всех сторон, не обращая внимания на встречающие их клинки и магию. Единым натиском они раскидали нас, как кегли, и мир вокруг превратился в персональный ад для каждого. Клинок летал аки вспышки молнии, магические стрелы сменяли друг друга с частотой пулемёта. Я бил льдом, огнём, и своим любимым всепроникающим воздухом, возводил щиты от групп и жёг под собой землю. Все звуки слились в единую какофонию. Воздух пах сырой землёй, медно-сладкой кровью, и отвратным зловонием выпущенных кишок. Каким-то образом я до сих пор не получил повреждений, хотя, может, я на то и боевой маг, чтобы именно так и было.

А потом всё внезапно прекратилось. Все звуки исчезли, фонари перестали метаться над нами, словно умалишённые, и в нескольких метрах от себя я увидел Яшму. Маг огня была цела, и как подобает - в копоти.

Глотая воздух, мы постарались осмотреться.

Даже не помню, до кого первого из нас дошло, что вокруг нас не было трупов, словно только что мы сражались не с монстрами, а с тенями.

Мы медленно, пятясь спинами друг к другу, вновь собрались в круг. Быстрая перекличка показала, что мы недосчитываемся ещё троих. Первой пропажей стал Арчи, теперь не отзывались Ланк, Мит и Чи. Несколько минут кричали их имена в пустоту, но та отзывалась тишиной.

- Это что, морок какой-то? – спросил кто-то из сокурсников.

- Морок не оставляет ран, - подметил Икар.

- А куда всё делось? Где трупы, где кровь? Я лично убил с десяток всякого, - не унимался Агамемнон.

- И где всё-таки парни? – присоединилась к вопросам Яшма.

- Отдыхают где-то, - буркнул я, и ко мне обернулись. – Здесь, возможно, всё действительно как в жизни, но не думаю, что кто-то намеренно станет гасить наглухо магов с высоким даром.

А потом стало резко холодать и повалил снег. Крупные хлопья почти мгновенно укрыли землю, а воздух превратили в звуконепроницаемую вату.

Мы развели огонь и ещё какое-то время спорили о пропавших, разделяясь во мнениях. Безусловно, отвергать версию того, что однокурсников утащило зверьё, было нельзя, но я не верил в такое чудовищное приближение к реальности. Как-то не было известно нам о погибших учениках Квадим Ахад.

Естественно, до самого утра мы не сомкнули глаз, да и утра как такового не было. Светло стало резко – кто-то добрый щёлкнул выключателем. Роши вспыхнуло сразу в зените, отчего мы даже пригнулись и тут же возвели над собой щиты.