Ож ги Бесофф – Сказки на ночь (страница 4)

– Милая, прости, – наконец ожил Дмитрий, – какое-то наваждение, что-то психика, прям, сбойнула на ровном месте. Видимо, реально перегруз. Полнейший сюрреализм… Ты права, да – пойдем ужинать, а после еды займемся с тобой выбором направления для отпуска.

Наконец коридорные разборки на этом завершились, и влюбленные релоцировались в кухню-гостиную, где незамедлительно поставили воду на пельмени и стали накрывать на стол.

Здесь, конечно, есть соблазн уподобиться русским классикам и во всей красе описать ужин со всеми явствами, которые не были ограничены одними лишь пельменями. Автор, хоть и является русским, но все ж далеко не классиком, и поэтому ему будет простительно опустить эти гастрономические подробности. Хотя, надо признать, в современном мире космических скоростей, где даже к еде приклеилось несуразное прилагательное «быстрая», старая добрая домашняя кухня с переменой блюд и неспешным общением пусть и отошла на второй, а то и третий, план, но все же сохраняет свою важность для определенного круга ценителей традиций. Современный человек сейчас ест, чтобы жить – быстро-быстро-еще быстрее, запрограммированный на экономию любых ресурсов и издержек, в том числе, и временных. Другое дело – для чего он экономит? В том плане, что экономить время для того, чтобы его было больше – на что? Но это, пожалуй, действительно, другая история, и здесь мы ее опустим.

В общем, парочка благополучно поужинала и, устроившись удобно на диване, начала мониторить все доступные ресурсы в поисках интересных направления для отдыха. Их поиски периодически прерывались телефонными звонками – это Диме звонили – то заказчик, который так и не дождался его на вечернюю встречу, то директор с очередными «умными» мыслями, то логист с проблемой размещения заказа… то… в общем, Диме, как и всегда, звонили обычно, часто и постоянно (прям, четко как Present Simple из учебника по английскому языку). Со всеми пообщался, кого-то успокоил, кому-то отвесил виртуального пендаля, с кем-то просто помолчал в качестве пассивного слушателя – короче говоря, все разрулил. Как и всегда. И даже помог Гале найти подходящие билеты и хороший отель для отпуска на Алтае. В общем и целом, потирая потрескавшийся после общения с директором свой единственный и горячо оберегаемый анус, Дмитрий отправил свою подругу спать, а сам остался в гостиной для завершения мысленных медитаций уходящего дня. Как он думал – минут на двадцать, не больше. И вновь здесь уместно вспомнить высказывание его университетского преподавателя по психологии – «очень интересное заблуждение».

***

Интересный период времени, когда старый день уже угас, а новый еще даже не народился, и еще даже не зачат. Пересменка. Полночь. Почему-то именно в такой момент сознание человеческого индивидуума особенно подвержено разного рода страхам, темным мыслям, переживаниям… но только до первых петухов – как только горластые твари разорвут ночную тишину своими криками, и первые лучи солнца скромно и, как бы, нехотя мигнут из-за горизонта – все фобии моментально улетучиваются, радость нового дня вселяется в сердце и все мрачные мысли автоматически перекрашиваются в яркий и ослепительный цвет щенячьего оптимизма. Может, поэтому ночью и надо спать? Уйти из реальности в параллельный мир сновидений и просто переждать пересменку дней? Не зря же говорят – утро вечера мудренее.

Но Дима любил именно это время, когда ночь опускала на город колпак, который глушил цвета и краски этого мира, выключал почти все звуки. Можно было просто посидеть и подумать, потягивая в удовольствие горячий черный кофе. Да, Дима пил кофе на ночь – такая вот привычка. Он не мог объяснить как и почему – но кофе на него не действовал возбуждающе, и после кружки кофе он обычно спокойно отправлялся спать и не менее спокойно засыпал. Никогда не страдал бессонницей.

Так и сейчас, удобно устроившись на диване, закинув левую ногу на боковину, он с наслаждением потягивал кофе из яркой красной парной кружки, которую они с Галей купили в прошлом году на рождественской ярмарке в Праге.

Тихо и неспешно ползет время, задавая тон взбудораженным мыслям и осаживая скорость хаотичного метания нейронов по центральной нервной системе. Негромко урчит посудомойка, перемывая накопившуюся за пару дней посуду. На уровне бесшумности работает компрессор нового холодильника. Тишина, почти тишина. Благодать. Мир замер.

Боковое зрение фиксирует движение за кухонные столом. Еще раз и еще… Галя? Нет, она же ушла в спальню. Что-то забыла и вернулась? Дима медленно повернул голову в сторону кухни.

За кухонным столом сидел бомж. Тот самый, из перехода, с бородой.

– Ночи! – проскрипел он.

– Что – «ночи»? – не понял Дима. Он еще даже не успел удивиться происходящему. Как ни странно, но даже не испугался.

– Ну, просто ночи – прилагательное подставь сам. Что вы там обычно говорите – спокойной, доброй… Сам выбери.

– Какой спокойной? Какой такой доброй? – Дима накручивал себя, начиная понимать происходящее.

– Вот и я говорю – зачем желать доброй ночи, если вы в это время все равно спите? – прервал его, как бы нехотя, гость. – да и вообще, а что такое «добрый» – это какой? Чем он отличается от злого?

– Какого чёрта??? – громкость голоса хозяина квартиры начал расти по экспоненте.

– Да, в общем-то, разные они бывают… Могу ответить, но ты их разве всех знаешь? Маммон, Аббадон, Асмодей, Левиафан, Бельфегор… продолжать?

Раздался скрип открываемой двери. Дима понял, что его угораздило разбудить спящую подругу. Через несколько секунд на кухне появилась Галина.

– У тебя все хорошо, милый?, – она смотрела заспанными глазами прямо на Дмитрия. – Что за шум такой?

Дима пытался понять, как вырулить такую абсурдную ситуацию. Хотя, в принципе, он-то здесь ни при чем – ничего предосудительного не делал, просто тихо и мирно пил свой кофе.

– Видишь ли, милая, – сквозь силы выдавил он из себя, – я, конечно, понимаю твое состояние, но объяснить, как этот человек оказался здесь, тоже не могу. Пока.

– Мить, какой такой человек? – девушка обвела кухню своим взглядом, – уже 2 часа ночи, ты сидишь с пустой кружкой в полном одиночестве и кричишь… Ты закемарил и что-то приснилось? Что происходит?

Тут пришло время удивляться Диме.

– Да как же… вот же, – он показал пальцем в сторону незваного гостя. Тот ответил ему кривой улыбкой, обнажая два ряда зубов под названием «ужас стоматолога». Точнее, полтора. – вот же он сидит!

– Кто?

– Бомж.

Повисла тягостная пауза. Все замерли. Гоголь со своей финальной сценой «Ревизора» нервно курит в сторонке. Точнее, курил бы, если бы курил (да простит читатель эту тавтологию) и если бы был. Галя с огромными знаками вопроса в обоих своих серых глазах, в которых еще плескалась нега ночного сна, не отрываясь, смотрела на Диму. Бомж, словно решив ей подыграть, с выражением искусственного изумления также вперил свой взор в хозяина квартиры. Дима мотал головой, переводя взгляд с одного на другого, словно спрашивая: «Вы меня что, совсем за идиота держите?»

Пауза затянулась. Дима понял, что Галя реально не видит третьего человека на кухне. Было бы абсурдно предположить, что они сговорились между собой против него. И так-то сюрреализм какой-то, но предположить, что его девушка заранее договорилась с бомжом, тайком пустила в квартиру, чтобы разыграть… Такое даже в виде идеи никому в адекватном состоянии в голову не придет. А Галя была адекватна, всегда и во всем. Или уже нет? – фуууу, что за ерунда лезет в голову. Дима помотал головой, выгоняя из нее дебильные мысли, как собака, отряхивающаяся от воды после купания.

– Извини, солнышко, – он робко улыбнулся, – что-то я задремал, видать, и под впечатлением вчерашних событий бомж привиделся…

– Мал-ла-дец, – заговорщицки прошелестел бомж, понижая голос до минимума, как будто его еще кто-то мог услышать, – быстро сориентировался. Красавчег! Теперь, давай, отправляй свою кралю спать, а то мы с тобой еще и разговор-то не начинали…

– Ясно, – с явным облегчением выдохнула и улыбнулась в ответ Галя, – давай не засиживайся. Надо выспаться. Завтрашний день обещает быть тяжелым на работе, да и у тебя с восьми утра снова звонки всякие начнутся… Может тебе таблетку какую дать? Мелатонин? Через 20 минут будешь гарантированно дрыхнуть, а?

– Не-на, – замахал руками Дима, – все норм! Ты иди – я скоро догоню тебя, под теплый бочок подкачусь)

Галя помедлила пару секунд, как будто в нерешительности, затем развернулась не по уставу через правое плечо и, шлепая босыми ногами по светлому ламинату, отправилась обратно в спальню. Через мгновение раздался звук закрываемой двери.

– Ну что ж, как минимум, ты – неглупый, – бомж первый нарушил молчание, – сразу просек ситуацию.

– Да, мне всегда говорили, что я умный, – Дима криво улыбнулся и пожал плечами. Что делать дальше в такой ситуации – он слабо понимал, ибо никогда в нее ранее и не попадал. Говорить дальше или сразу попытаться выставить гостя силком из квартиры? Дальнейшие перспективы были непонятны.

– А я не говорил, что ты умный, – усмехнулся гость, подняв, как бы в изумлении, густую лохматую бровь, которая открыла во всей красе его глаз – с темной, почти черной, радужкой, в которой растворялся зрачок, и желтым гепатитным белком. – я лишь сказал, что ты неглупый.