Отто Диас – Последняя из рода (страница 9)

– Вы не забрали свой плащ? – тут же поинтересовалась королева, заметив на мужчине другой. – Я не просила вас дарить его.

– Знаю. Но как бы это ни звучало… мне противно носить вещь, которая была на шлюхе.

Лицо Наоми дёрнулось. Яр не знал, стоило ли напоминать королеве этот факт, ведь сегодня она общалась с падшей женщиной в не самых приятных условиях. Ощущала ли она себя после этого грязной?

– Хочется верить, что обстоятельства вынудили её на это. Я пытаюсь не осуждать.

– Вы играете с огнём, ваше величество. И если продолжите в том же духе, король узнает.

Наоми нахмурилась и напряглась.

– Что вы хотите сказать?

– Если желаете узнать что-то, надо действовать осторожно и заметать следы. Люди болтливы. Я оказал вам услугу.

– Что? Не понимаю… вы что-то сделали?

– Я не враг вам и поэтому буду честен. Я в курсе, что вы ищете бастарда Иландара Дефоу и искренне надеюсь, что ни одна живая душа об этом больше не знает.

– Откуда вы…

– У стен есть уши.

– Вы подслушивали?

– Благодарите судьбу, что это был я, а не кто-то другой.

– Как вы посмели?!

– Заметил, что вы втянуты в опасную авантюру. Конечно, я не задаю вопросов, когда вы мне что-то приказываете, но раз уж вы пытаетесь мне доверять, и я, насколько мы видим, доверие оправдываю, попробуем быть более откровенны друг с другом. Я обеспокоен вашей безопасностью. И больше в стенах дворца, чем снаружи.

Несколько мгновений Наоми молчала, изучая Яра взглядом. Он похитил для неё человека, избавился от трупа, нашёл и приволок девушку, которую королева не видела в лицо. А теперь честно признался, что подслушивал. Наоми испугалась, что последует шантаж. Яр знает слишком много, но никаких требований из его уст не прозвучало. Во взгляде не было подавляющей властности, только тлеющая забота, смешавшаяся с искрами любопытства.

– Я думала, между нами деловое соглашение. Но вы говорите так, будто считаете себя моим другом.

– Потому что я друг.

– И чего вы хотите?

Яр посмотрел куда-то мимо Наоми и стиснул кулаки.

– Чтобы вы не подвергали себя лишнему риску. Зачем вам этот ребёнок? Как вы используете это знание, если до сих пор не поделились с мужем?

– Не знаю, – призналась королева. – Просто показалось, это может пригодиться. Я не собиралась рассказывать Лонгрену, случайно узнала об этом.

– Из дневников? Где вы их нашли?

– Не важно. Там не очень-то много интересного.

– Надеюсь, это не займёт ваш разум слишком сильно. Всё-таки Иландара убили не просто так, и говорить об этом не принято. Постарайтесь забыть о его семье. Род Дефоу сгинул, он больше не имеет значения. Пусть бастард живёт в тени, это будет лучше…

– Не беспокойтесь. Я не желаю ему зла.

Наоми бросила взгляд на потухающие в окнах огни. Из-за плотного сумрака становилось холоднее.

– Вам лучше вернуться во дворец, не простудитесь. И ни с кем не говорите о Юльге. Я узнаю всё, что смогу, чтобы вы спали спокойно, но обещайте, что не будете копать дальше.

– Хорошо, – согласилась королева, всё ещё пытаясь разглядеть подвох, но в душе надеясь, что Яр и правда поможет ей.

Глава 5 Та, кого не ждали

В сопровождении доверенных людей короля Харон прочёсывала деревню за деревней. Она опрашивала жителей, вглядывалась в их лица, шерстила в мозгах, но нигде не обнаруживала девчонки. Прошло несколько месяцев, виновница как сквозь землю провалилась, и Харон знала, что не может вернуться, пока не найдёт её. Кто-то должен быть наказан, а совесть не позволяла ей ткнуть пальцем в невинного. Харон уже отчаялась и усомнилась, что девчонка действительно существует, может, это игры магов? Кто-то искусно морочит ей голову. Но если напали маги, то почему на торговцев в порту? Почему не пошли дальше, не устроили хаоса в столице? Харон перебирала различные версии, но все казались неправдоподобными, и вот однажды она столкнулась со странностью. Сельчане одного захолустья говорили, будто нечто сожрало их юную соседку, при этом исключали возможность нападения обычного хищника. Они описали труп в таких подробностях, что Харон замешкалась. Развороченное тело, вырванное сердце, ошмётки плоти. Работа садала? Или оборотень? Да мало ли, что могло быть. Однако все в один голос утверждали, что раньше такого не видели. Решили прочесать окрестности. Харон мысленно ругалась, полагая, что они тратят время впустую. Как девчонке удалось сбежать так быстро? Кто-то должен понести наказание за случившееся в порту, и Харон совсем не хотелось оказаться крайней.

Отчаяние скреблось под кожей и превращалось в ощутимый зуд, усиливающийся с каждым днём, так что Харон не поверила собственному успеху, когда на одном из рынков, среди столпившихся за капустой людей мелькнуло знакомое лицо. Девчонка выглядела потрёпанней и тоще, чем в воспоминаниях раба, но это точно была она. Харон не сомневалась. Не зная, чего ожидать, она предупредила солдат, и те решили окружить беглянку. «Надеюсь, она не почувствует меня», – подумала Харон и стала подкрадываться со спины. Она пыталась уловить магическую энергию, но на зов ничего не откликалось. Перед ней как будто был человек. Странно… как же тогда ей удавалось так долго скрываться? Гелата рассматривала кочаны, выбирая полегче и посимпатичней. Ей и на ум не приходило, что кто-то может искать её здесь, в мелкой, малонаселённой деревушке, расположенной в отдалении от столицы, а потому, когда голову пронзила резкая боль, испугалась. Харон пропустила импульс через её мозг. Девчонка не сопротивлялась. Магический удар сработал безотказно, Гелата едва не свалилась в капусту, но Харон успела её ухватить. Одна из стоящих поблизости женщин вскрикнула и попятилась.

– Маг! Святой Геул, здесь маг!

Люди шарахнулись от лавки, однако, заметив на руках Харон королевские браслеты, немного расслабились. Харон не хотелось сеять смуту или оправдываться. Она дождалась, пока мужчины подтянутся и перехватят у неё тело Гелаты.

– Точно она?

Солдаты внимательно всмотрелись в тощее лицо. Беглянка выглядела небрежно, но не вызывала опасений.

– Точно, – отозвалась Харон и сразу же заметила, что метка на шее девчонки отсутствует. Никаких следов магии, неужели и правда человек? Но зачем ей травить целый торговый корабль? Солдаты связали Гелату, заткнули ей рот, чтобы не вопила, когда проснётся, и бросили в повозку. Харон всмотрелась в почти детское спокойное лицо. Как только беглянка придёт в себя, она заберётся в воспоминания и наконец-то найдёт ответы. Месяцы поисков принесли результат, король будет доволен, а Харон сможет вернуться к прежней, менее изматывающей работе. И наконец-то увидится с Шэрон. Забравшись в сёдла, мужчины в сопровождении верра двинулись в сторону столицы. Довольные, расслабленные, они даже не подозревали, кого повезли с собой.

***

Когда Гелата разлепила глаза, мир перед ней утекал и трясся. Боль в висках до сих пор не отступила. Такая резкая, затуманивающая рассудок. Несколько раз Гелата моргнула и обнаружила, что трудно дышать. Рот затыкала мерзкая тряпка. Не пошевелиться. Куда её везут? Что происходит? Она попыталась подняться и осмотреться, но не смогла. Впереди слышались мужские голоса. Девушке стало жутко. Похитили? Продадут? Или хуже, кто-то видел её на месте преступления?

Будто уловив движение, Харон обернулась и заметила, что девчонка пришла в себя. Хорошо, всё равно они планировали сделать привал. Будет время выяснить детали. Она сказала солдатам, что неплохо бы остановиться, и те, устав мусолить задницы в сёдлах, охотно выбрали подходящее место. Спешившись, Харон подошла к повозке и залезла в неё. К собственному удивлению, она обнаружила, что девушка вновь лежит без чувств. Неужели импульс так сильно подействовал? Или она больна?

Опустившись рядом, Харон вытащила кляп и прислушалась к дыханию. Оно мешалось с надрывным свистом.

– Эй… – Харон потрясла пленницу за плечо, открыла ей один глаз, но зрачки не отреагировали на свет. Делать нечего – пока не придёт в себя, в разум не забраться. Харон надеялась, что не перестаралась: им нужны сведения, чтобы признать Гелату виновной и дать королю возможность наказать её. Вздохнув, Харон слезла к мужчинам. Те уже расположились на не заметённом снегом участке и жевали солонину. На мгновение девушка представила, как присоединится к ним. Наверное, здорово быть частью компании, когда вас объединяет общая цель, но Харон не знала, что это такое.

Она не помнила родных, не имела друзей. Это роскошь, доступная людям, а не рабам, уж точно не рабам-магам. Одиночество плотно въедалось в душу. Все сторонились их: презирали и боялись одновременно. Иногда Харон думала, что при их силе можно было занимать положение выше, почему же так устроен мир, что самые одарённые страдают? Из всех живых существ её понимали лишь двое: Шэрон, оставшаяся во дворце, ничуть на неё не похожая, сестра разве что по несчастью, и Периций – человек, давно принявший собственную участь. Делай то, что говорят, и не задавай вопросов, тогда будет шанс протянуть подольше. Они жили в стенах дворца и выступали в роли марионеток, подрываясь по любому желанию короля, но иногда Харон так хотелось взглянуть за горизонт. Она смотрела на простирающиеся холмы с почти детской наивностью. Вот бы стать свободной и ускакать. Неважно куда… за горы и море, в те края, которых она никогда не видела. Без разницы, что там. Вряд ли хуже, чем здесь.