Отшельник Извращённый – Ненормальный практик 8 (страница 27)

Зыркаю на печенье, с кучей самых странных мыслей, потом зыркаю на Аннабель. Та жмёт плечами, делая вид, что ничего особенного.

— В буфете нашлись формочки. Стрелы, сердечки. Ну, я и испекла. Заодно проверила, печь работает исправно.

— Сердечки, значит, — со скепсисом беру одно. Печенье рассыпчатое, пахнет ванилью.

— А что? Тебя что-то смущает? — она приподнимает бровь, стараясь выглядеть невинно. Но, сдаётся мне, едва сдерживает ухмылку. — Форма как форма. Нашлась бы звёздочка, использовала бы и её. Ешь, не бойся, яд не подмешивала.

Откусываю. Действительно вкусно. Сладкое, при этом не приторное.

— Неплохо, — киваю. — А стрелы-то зачем? Какой-то намёк?

Она фыркает, доливает себе остатки кофе.

— Ты слишком много думаешь, — поправляет халат. Удосужилась наконец-таки, а то ещё немного и я увидел бы сосок. — В общем, ешь, если нравится. Не нравится — не ешь.

Проглатываю сердце и беру печенье-стрелу.

— Вкусно. Спасибо.

Она кивает с улыбкой и приступает к мойке посуды.

— Пожалуйста. Захочешь ещё — скажешь. Напеку целый колчан.

Повисает тишина.

Вскоре Аннабель домывает посуду.

— Кстати, — она протерла тарелку салфеткой и обернулась, посмотрев на меня тяжёлым взглядом взрослой женщины, что ох как контрастировал с её юным лицом. — Теперь, когда мы выдохнули. Я могу спросить?

— Валяй.

— Зачем ты здесь? — она прям впивается в меня взглядом. — Я уже порядком знаю тебя, успела немного понять. Ты не поехал бы в Лондон ради турнира. И уж точно не приехал бы сюда просто погулять. И ты… — она опустила глаза. — Ты не знал, что я заточена в темницу. Думал, я в порядке. Значит, прибыл сюда не за мной.

Хмыкаю, верчу в руках чашку с кофе.

— Верно. Спасение рядового Райана, то есть генерала Винтерхолл, было приятным бонусом, эдакой импровизацией. У меня тут совсем другая цель.

— Какая?

И снова заглядывает в мои глаза.

— Скажи мне, Аннабель, тебе говорят что-нибудь фамилии: Демидов, Орловский и Соболев?

Аннабель хмурит лоб, заработали шестеренки, напряглась память.

— Соболев-Соболев, кажется, слышала. Занимается поставками эфиритовой руды. Богатый, но при дворе его не жалуют. А остальные… Демидов? Точно нет. Орловский… если не ошибаюсь, у него склады в порту. — и пожимает плечами. — Это же не наши. Те, кто перебежал к нам после Северной бойни. Их терпят из-за денег, но руки им никто из настоящей знати не жмёт. Предателей нигде не любят. Они живут богато, но тихо, стараясь не отсвечивать.

— Именно, — киваю и мой голос на ноту становится жёстче. — Они предали. Демидов сдал флот Северного Княжества. Орловский отвёл войско с фланга. Соболев отключил барьеры столицы. Из-за них клан Северовых перерезали как скот. Всех. Женщин, детей, стариков. Кроме одного годовалого ребенка. Александра Северова, что долгие годы скрывался под фамилией Волков.

Аннабель не моргает. Осмысливает услышанное. Секунд через пять смотрит на меня по-новому. А в её серых глазах возгорается полное понимание. Моя внешность. Мой возраст. Моя фамилия, когда я действовал как Ненормальный Практик.

— Ты… — выдыхает она поражено. — Ты — наследник Северовых…

— Верно, — отвечаю по-простецки, конечно же не вдаваясь в подробности о перерождении, никому в этом мире не следует об этом знать. Желаешь сохранить тайну? Не рассказывай её никому — единственное надёжное решение. — Я здесь, дабы закрыть бухгалтерскую книгу моего рода. Рассчитаться, так сказать, с ранее уволенными кадрами. — улыбаюсь, глядя как Аннабель полностью начинает понимать о чём я. — Вообще, когда ты не вышла поприветствовать меня перед городскими вратами, думал, что придётся заняться этим делом самому. Найти их через городские архивы или иным способом, ну и вытащить из уютных особняков. Но знаешь, — медленно потягиваюсь с ленивой усмешкой. — Сейчас мне так лень. Бегать, искать каких-то торгашей и отставных полковников. Сплошная скука. Ты просила приказ, генерал? Так вот тебе боевая задача.

Аннабель выпрямляется, мгновенно подобравшись. Халат натягивается на апельсинках. Из домохозяйки в адъютанта, принимающего депешу за полсекунды! Она прям ждала чего-то эдакого, стоящего. Всё-таки понимала, что нужна мне не для печки блинов.

— Приказывай, хозяин. Аннабель Винтерхолл «Стальная Роза» к твоим услугам.

А какой серьёзный тон, чёрт побери, мне нравится.

— Найди их, генерал, — командую таким же серьёзным тоном. Больше никаких улыбок. — Демидова, Орловского, Соболева. Мне плевать, как ты это сделаешь. Можешь убивать, пытать. Подкупать. Мне нужны точные адреса, где ютятся эти крысы.

Аннабель медленно улыбается. Ох, и совсем не милой девичьей улыбкой. Оскал охотницы, вот что это было. Ей определенно пришлось по вкусу, что Хозяин доверяет ей такую «грязную», но справедливую и, что не мало важно, работу личного характера. А то, что целью будут предатели — существа, коих она презирала по определению, стало вишенкой на торте.

— Будет исполнено, Хозяин, — кивает она. — К вечеру у тебя будут все необходимые адреса.

— Вот и умница, — поднимаюсь и хлопаю её по плечу. — Кстати, на обратном пути с задания, прихвати чего-нибудь вкусненького.

— Есть!

Козырнув, та поспешила в свою временно оккупированную спальню, дабы переодеться. Смотрю ей в след и улыбаюсь. Она в своём Лондоне наверняка будет, как рыба в воде. Плюс не абы кто, а целый архимагистр второй ступени, способная свалить в случае если прижмёт. От Лордов, конечно, ей не уйти. Но для этого у неё есть я. Приму меры. Ведь мы начинаем игру на чужом поле, а значит стоит действовать изящнее. Хотя, они пока не знают, но я уже сделал кое-какой ход, хе-х.

Вскоре Аннабель ушла.

Наблюдаю за ней в окно, как какой-то старший брат, чтобы не обидели. Жуть. Лучше вам бриташки не трогать мою собственность. Стою, пялюсь на Лондон, накрытый серым куполом. Дождь льёт и льёт. По улочке буянит мутная речушка. Вообще, для охоты — идеальное время. Дичь должна сидеть по норам. Приходишь, отрываешь голову и за следующей. Что чувствую вообще к этим крысам, предавшим своих? Да ничего особого. Только презрение, и всё. У меня нет какого-то плана расчленять их по запчастям. Разве они стоят такой возни? Для начала просто убью наследников, им уже лет по сорок-сорок пять небось. А их отцы, если они ещё живы, пусть ждут своей участи долгие мучительные годы. Главное — дать им всем понять КТО ЭТО СДЕЛАЛ. Пусть оглядываются. Пытаются убить меня первыми. По сути, что они могут противопоставить мне? НИЧЕГО. Я теперь ходячее возмездие всех погубленных душ не только самих Северовых, но и всех людей, погибших в той бойне. И набираю обороты. О, да. Буду ли я останавливаться в своём прогрессе? Нет конечно, ведь ещё девять лет назад поставил себе не просто цель, а ЗАДАЧУ — забраться на гору мировой силы как можно выше. Так высоко, чтоб мог жить — не тужить и ни о чём не думать. В этой жизни мне не нужны друзья по типу Майкла. Никаких учеников. Пусть все те, кто захотят узнать мои секреты приходят и получают только смерть. Никакой жалости. Никакой скорби. Одиночество делает сильнее. Верно ведь? И тут сразу же встаёт вопрос. Cаня-Санёчек, а как же твоё обещание Корнелии? Выполню. Если она всё ещё ждёт, конечно же. Станет моей. А свою собственность я держу на коротком поводке. Таков мой мир. Злодей ли? Плевать. Я может даже полюблю её, кто знает. Но даже если это случится, буду придерживать её на расстоянии. Участь такая. Если уж выбрал путь — дотянуться до неба, то земная жизнь, мягко говоря, должна впитать коррективы.

Внезапно воздух вокруг дрогнул, как марево.

Улыбаюсь. Началось. Догадывался ведь, что Лорды начнут действовать, после моей-то переданной маски Воробья. Как ни посмотри, а это было не просто признание, дескать смотрите, я тут. Но и угроза. Мол я мог сделать с вашей королевой и то и это, но не нашёл в том моменте ничего увеселительного, однако, не прощаюсь и вернусь снова. Сторожите её, как псы овцу. Иначе Сашка Волков и Северов в одном лице может оказаться очень, ОЧЕНЬ близко, и кто знает, что этому ненормальному придёт в голову.

И теперь эти старцы, м-м-м, а судя по ауре, всего один из них запустил глобальный контур поиска. Надо же, на целый город. Ужасающе мощно. Вот она сила — Лордов, не зря их считают ходячими бедствиями.

Контур схож с низкочастотным гулом, который чувствуют только кости. Эфирный фон города вот-вот просканируется ВЕСЬ за раз. Не знаю, кто этот монстр, но он хорош. Активирую в глазах эфир, «видя» мир через потоки энергии. Тяжёлая, белая волна сканирования катится по улицам, проходя сквозь стены домов, заглядывая в подвалы и на чердаки. Хм, перехвалил. Какая грубая работа. Он ищет мощные источники эфира, аномалии, всё, что выбивается из нормы. Волна подкатывает к нашему убежищу, активирую контур. Золотой Эфир мгновенно окутал особняк тончайшей пленкой. Это не барьер, ведь тот бы сразу был замечен, как камень в бассейне. Тут дело в мимикрии. Моя пленка поглотила сканирующий импульс и вернула сигнал обратно, мол тут «Пусто. Пыль. Старая мебель. Никакого эфира, приятель».

Волна проходит сквозь дом и, не зацепившись, катится дальше.

— Вряд ли он — дилетант, — хмыкаю, делая глоток чая. — Скорее, ленив. Или просто недооценил меня, что не то чтобы обидно, просто разочаровывает. Или это я, как всегда, слишком перестраховываюсь?