Орлова Валентина – ГОСПОЖА ПЕРСОНА (страница 5)

Так и шёл Артём Воронцов, как по ковровой дорожке, до самого Ныроба. Ну, а оттуда кто-то позвонил его матери ночью. Незнакомый голос, слегка картавя, проговорил: – Александра Викторовна?! Ваш сын прибыл в Ныроб. Дальше он будет следовать к месту своей отсидки: на поселение Верхняя Колва.

– И ещё… Человек, говорящий на том конце провода, слегка замялся. После небольшой паузы, он тихо добавил, с особым оттенком в голосе: – Передайте ему привет, от деда Михея.

РОДОВАЯ РЕЛИКВИЯ

Вот они, материнские молитвы! И родовые иконы! Александра никогда не расставалась с образом Казанской Божьей Матери. Уезжая куда-либо, она всегда брала её с собой, пряча на груди, под кофточкой. Иконка эта, на вид неказистая, – небольшая, почерневшая от времени, прибитая маленькими гвоздочками к грубо обструганной дощечке, – была ей чрезвычайно дорога.

На фоне поржавевшего оклада ещё явственнее вырисовывался, неизменно очаровывая и умиляя, светлый лик Богоматери: кроткий, и, вместе с тем, строгий, с полными скорби, проникающими внутрь глазами.

Это была их семейная реликвия. На неё молилось несколько поколений материнского рода, прося у Богородицы защиты и помощи. Отец Нины Дмитриевны, Шуваев Дмитрий Иванович, прошёл с этой иконкой на груди, Первую Отечественную. После этого в роду Шуваевых укоренилась традиция: передавать эту икону по материнской линии, от матери – к дочери. У Александры она стояла отдельно от общего иконостаса, на прикроватном столике, всегда готовая «к случаю». И вот этот «случай» настал!

Она верила, что Божья помощь приходит к каждому, нуждающемуся в ней, – в любое время, и в любом образе. И вот сейчас она пришла к её сыну в образе старого рецидивиста, вора в законе. Ну, а кем она ещё могла явиться, в такой ситуации? Не министром же юстиции или здравоохранения? И не одинокой дворничихой, тётей Дусей, которая души не чаяла в маленьком Артёмке. Он всегда предлагал ей свою помощь, и на это добросердечная женщина, прижимая мальчишку к своей обширной груди, ласково приговаривала: – Да спасибо тебе, жаль моя! До чего же сладкий, да милый!

Впоследствии Артём, вспоминая о событиях, происходивших с ним на этапе, уверял, что действительно видел там своего родного деда, который преобразился вдруг в деда Михея. – Как?! Это же мистика какая-то! Ведь к тому времени Виктора Степановича уже год как не было на свете!

Напрашивался и такой вопрос: «Самому-то Михею, зачем надо было заботиться о каком-то незнакомом парне? Что вдруг так расчувствовался, этот отпетый арестант, повидавший столько страстей и ужасов?

ПРИТЧА «О СТАРОМ САПОЖНИКЕ»

Да, неисповедимы пути Господни, а возможности человеческой психики, – безграничны. И Александра рассказала сыну библейскую притчу «О старом сапожнике», которую слышала в церкви, на проповеди одного из священников:

«Жил-был один сапожник. Он, будучи очень набожным, поработав день, вечером вслух читал Библию, а по выходным исправно посещал церковь. Однако старый сапожник перестал всё это делать, похоронив жену, детей, оставшись совершенно один, на белом свете.

– А зачем мне жить, работать, ходить в церковь? Кому я нужен? – спросил он сам себя. Недели через две пришёл к нему местный священник, который, пожурив старика за это, пообещал: – Если будешь работать, читать «Библию», – явится к тебе Господь Бог.

И вот с утра, как обычно, сапожник принялся за работу, собираясь вечером читать «Библию» и ждать Бога. Но, вскоре кто-то отвлёк его от работы, постучав в окно. Открывает сапожник дверь, – стоит на крыльце молодая женщина, плохо одетая, озябшая и измождённая, а на руках у неё младенец. Впустил их старик, накормил молоком с хлебом, а провожая, отдал им своё старое, но тёплое пальто. Чтобы, надев его, женщина могла укрыть им и своё дитя.

– Благослови тебя Господь Бог, добрый человек! – поблагодарила его женщина и ушла.

И опять, только взялся сапожник за работу, как услышал стук в дверь. Открыл: стоит на пороге раненый солдат, голодный, усталый, весь в придорожной пыли. Пригласил его старик в дом, накормил, чем у него было. Уходя, поклонился ему солдат, проговорив: – Да пребудет с тобой Господь Бог, добрый человек!

Только принялся опять сапожник за работу, как во дворе раздались крики, плач… Кто это?! А это старуха-торговка держит за ухо мальчика, укравшего у неё яблоко, которое она оставила себе на ужин.

– Не ссорьтесь, друзья мои! Я отдам вам пятачёк. Он лежит у меня в шкатулке, без дела. А и вы купите на него кое-какой еды, – сказал им сапожник. Так он и сделал. Старуха и мальчик ушли, сказав ему: – Спасибо, добрый человек! Да, пребудет с тобой Господь Бог!

Сапожник видел, как мальчик взял из рук старой торговки корзину, а та обняла его за плечи, и довольные, они зашагали рядом. Старик перекрестил их вслед.

На пороге стоял уже вечер, шёл холодный мелкий дождь. Старый сапожник отложил работу в сторону, развёл в камине огонь, взял в руки «Библию»… Она открылась на странице, где было написано: «Бога не видел никто никогда, но когда мы в трудную минуту оказываем помошь ближнему, – то в нас оживат Бог и Его совершенная любовь. Он дал нам свой Дух, и мы знаем, что мы в Нём, а Он в нас».

Долго думал сапожник, глядя на весёлый огонь, играющий в камине. Когда оторвал глаза от этого зрелища, они были полны слёз».

Александра вспомнила слова священника, разъясняющего прихожанам суть этой притчи: – Господь посылает к нам тех, кто нуждается в нас. Помогая им, мы становимся в этот момент частицей нашего великого и милосердного Бога. И те, кто приходят к нам за помощью, – тоже посланники Божьи. Они нужны нам не меньше, чем мы им.

Артём вспомнил, как перед отправкой дальше, по этапу, он, прощаясь с дедом Михеем, постеснялся обнять страшного на вид арестанта, а, только приблизившись к нему, поклонился и тихо сказал: – Спасибо вам. Худо бы мне было, без вашей-то помощи…

– Да ладно, что уж! – сурово перебил его старый сиделец, с хрипотцой кашлянув в кулак. И прищурив глаза, словно от едкого дыма, старик произнёс своим однотонным, будто без всякого тембра голосом: – И не такое бывает. Куда б ты делся, выжил… Знаешь, служивый, и здесь не всё одни звери!

Артём ещё не встречал подобных людей на своём коротком жизненном пути. Что-то поражало с первой минуты, в личности старого сидельца. Нечто необъяснимое, не передаваемое словами, прогладывало в его глазах, за царственным презрением к жизни, её суете и жестокой неумолимости.

ЛЮДИ ДОБРЫЕ

Сама Александра, обращаясь к притче «о старом сапожнике», не могла не вспомнить людей, оказавших ей помощь, в эту трудную и страшную для неё годину, и готова была поклониться им до земли, с благодарностью за это. Одним из таких людей был Валерий Воронцов, брат её первого мужа, Олега. Деверь Александры был весёлым, с большим чувством юмора, на редкость отзывчивым человеком; правда, излишне любившим выпить. Что и говорить, чисто русский характер, «рубаха – парень».

Работал Валерий диспетчером на аэродроме местных авиалиний. И, когда Александра собиралась лететь в Ныроб, он доставал ей билеты и усаживал в самолёт с огромными сумками, которые она везла туда, на север. И так каждое лето, когда она уезжала к сыну, на место его тюремной отсидки. Александра, конечно, была чрезвычайно признательна своему деверю за помощь, которая в эти тяжёлые времена была ей так необходима. Правда, Валера и до этого был одним из немногих людей в семействе Воронцовых, которых она искренне любила.

НА ПОСЕЛЕНИИ

В посёлке Верхняя Колва Артёма определили на телефонную станцию, рабочим – электриком, под началом сварливой, но довольно доброй тётки – Устиньи Парамоновны. Местные жители звали её «Амоновной». Скромного и услужливого Артёма многие из них быстро узнали, отзывались о нём с теплотой, и даже с любовью. Он безотказно чинил местным бабушкам телевизоры, стиральные машины, скромно отказываясь даже от еды, хотя был всегда полуголодным.

Александра, приехав в посёлок, сразу познакомилась со своей коллегой – Тамарой Михайловной, учителем русского языка и директором местной школы. У той дочка собиралась поступать в пединститут, и младший сын мечтал о военном училище, в котором служил бывший муж Александры. Поэтому знакомство с городской коллегой показалось весьма полезным, деловой и практичной женщине, и она пообещала помочь Александре Викторовне, чем только может. На первый случай, Тамара Михайловна поселила приезжую и её сына в школе, а потом предоставила им в пользование свою старую дачу. Новую-то её муж выстроил отдельно, на горе. Она стояла там гордо и с большим достоинством, поражая своей величиной и добротностью.

Можно сказать, что по-своему, это было счастливое лето, для настрадавшейся Александры и её сына. Под вечер Артём приходил с работы, топил печку, и они вместе готовили обед, пели при этом песни бабушки Нины, вспоминали деда Витю, их жизнь в родном доме.

Приходила к ним в гости дочь Тамары Михайловны, Инна, застенчивая, симпатичная девушка, только что окончившая школу. По всему было видно, что она не равнодушна к Артёму. И младший брат Инны, Павел, тоже по-своему привязался к постояльцу; с ватагой таких же подростков они ходили на речку, рыбачить.

ГОСПОДИ, СПАСИ И СОХРАНИ!