Орест Мацала – ЭХО ДИССОНАНСА (страница 3)
Сперва прозвучал лязг механизмов двери. Медленно вышел Марк. Он тоже сохранял бдительность. Неспешным шагом подошёл к заднему борту, открыл запоры и опустил лестницу. Все вздрогнули и отметили, что это было очень громко.
– Чего сидим? Спускаться будем? – буркнул Марк.
– Вы что-нибудь слышите? – обратилась ко всем Миа.
Выдержав секунд восемь, я сказал, что похоже единственным источником звуков являемся мы…
У меня сильно колотилось сердце, его стук отчётливо ощущался в груди и отдавался в гортани. Удовольствия я не испытывал…
Понемногу шум нашей деятельности начал наполнять округу, и произошло некоторое привыкание. Никто не хотел совершать ненужных действий, чтобы не породить лишних звуков.
Как-то незаметно и вроде бы вполне естественно мы перешли на шёпот, не придав этому значения. Нередко привлекали внимание друг друга жестами, если что-то можно было попросить или объяснить без слов.
Мы разбили четыре палатки. Поставили их полукругом и довольно близко друг к другу.
Клим и Макар взялись за обустройство кострища. Выкопали небольшое круглое углубление в земле и разместили в нём такой же круглый стальной очаг, привезённый с собой. Землю бугорком уложили по краям и установили треногу, на которую можно подвешивать походные котёл и чайник.
Я с Андреем и Мией отправился собирать хворост. Как и в прошлую поездку, мы планировали провести два дня у озера, поэтому хвороста требовалось немало. Вязанка дубовых дров была в машине, но мы их брали на всякий непредвиденный случай.
Ребята не отдалялись от меня. Мы находились в зоне видимости друг друга, и это придавало чувство уверенности.
Наконец солнечный свет разлился по лесу. Я собирал хворост и вместе с тем смог хорошо разглядеть и понаблюдать за парочкой, с которой до этого не был знаком.
Андрею на вид было около тридцати лет. Достаточно рослый и крепкий парень. Он явно любил турник. Плечистый, с широкой спиной. Мне нравилось наблюдать за тем, какую, хоть и не явную, заботу он проявлял к своей девушке.
Миа при необходимости всегда могла ухватиться за ладонь Андрея, которую тот протягивал у выступов и ложбинок. Когда некоторые сделанные нами шаги эхом возвращались обратно, Андрей тут же вставал на траекторию Мии, защищая её от возможной опасности.
По кулакам этого парня можно понять, что он явно не прочь постоять в уличных спаррингах и при необходимости принять удары либо нанести их, если придётся. Мне он показался крутым и суровым, но то, каким взглядом он смотрел на Мию, умиляло. Андрей становился похож на кота с округлёнными и широко раскрытыми глазами. Он явно дорожил ей.
Миа была внешней противоположностью Андрея. Девушка на вид двадцати пяти лет со светлой чистой кожей, русыми волосами и очень красивыми славянскими чертами лица. Она словно тоненькая изящная тростиночка на фоне крепкого дуба – в самом лучшем смысле этого сравнения.
Шаги её были аккуратными, а прикосновения к Андрею хоть и скромными, но определённо нежными. Было видно, когда она брала его за руку, её взгляд наполнялся уверенностью.
Она обладала приятным бархатным голосом с прекрасно поставленной речью. Общей композицией своего образа она в некоторой степени напомнила мне сказочную принцессу.
Эта пара смотрелась очень гармонично. Я умилялся, наблюдая за ними, и отвлёкся от мыслей о мистической и пугающей тишине окружающего леса.
Мы сбились со счёта, сколько раз пришлось возвращаться за хворостом, но его в конечном счёте набралось предостаточно.
Марк и Савва занимались техникой, заранее готовили её к обратной дороге. Они сняли с кузова канистры с соляркой и заполнили баки. Проверили уровень всех жидкостей в автомобиле, развернули кабиной на обратный путь, прошлись по креплению тента и проверили его герметичность на случай дождя. Для удобства и лёгкой доступности к нашей поклаже оставили задний борт и лестницу опущенными.
Конечно, у нас были необходимые продукты на случай, если мы не сможем добыть пищу на озере, но хотелось бы пожарить свежепойманную рыбу и приготовить всеми любимую уху.
На часах было около одиннадцати утра, и пора бы готовиться к обеду.
Мужики взяли свои удочки, прикормку, наживку, раскладные стулья и направились к берегу.
Чуть раньше к озеру подошёл Клим. Мы направились к нему.
Макар, который следовал впереди нас, резко остановился и, подняв руку, скомандовал прекратить движение.
Мы замедлились. Вышли из-за спины Макара и, поравнявшись с ним, остановились.
Всех насторожила неестественная поза Клима. Он будто оцепенел, склонившись над водной гладью, как и весь окружающий лес.
Неестественности позе Клима добавляло то, что он был довольно упитанным, и я в голове не мог уложить, как он до сих пор не рухнул в воду. Мы наблюдали за ним с минуту и точно так же, как и он, не пошевелили ни одним мускулом.
В этот момент Клим очень медленно стал поворачивать голову в нашу сторону, при этом тело было буквально обездвижено.
Он взглянул на нас округлившимися глазами, медленно поднёс указательный палец к губам и дал команду не издавать ни звука. После этого он столь же медленно ладонью поманил нас к себе, словно мы должны как мышки-разведчики подкрасться и увидеть то, что видит он.
Уверен, что не у меня одного возникло желание сделать ровно наоборот и попятиться подальше от озера: ведь казалось, что Клим был захвачен какими-то неведомыми силами и не руководил собой, а эти силы пытались нас заманить. Признаюсь, я даже отступил на пару шагов.
В этот момент Клим снова повернул голову и увидел наше замешательство. Уже с раздражённым взглядом и более резкими рывками ладони он подзывал нас к себе.
Справившись со своей нерешительностью, мы очень медленно и аккуратно стали приближаться к нему. Клим тремя короткими рывками указательного пальца велел нам смотреть в озеро…
Тихая, недвижимая водная гладь.
Никакой ряби. Вода прозрачна настолько, насколько это возможно. Озеро было довольно глубоким, и дно резко уходило вниз, но видно было буквально всё.
Я смотрел в воду, похожую на кристально чистую застывшую эпоксидную смолу с невероятным пейзажем. Но больше всего поражала не застывшая гладь с её прозрачностью, а то, что застыла вся водная растительность и обитатели озера.
Это потрясало.
Я видел несколько рыб, которые были в позе незавершённого движения своих плавников.
Видел косячок мальков, будто замёрзших в прозрачном льду.
Ум не находил объяснения тому, что видели глаза.
Уверен, всех волновал вопрос, что же чёрт возьми тут происходит?
В чувство нас привела Миа.
Она не была любительницей рыбалки, о чём сообщила ещё до начала нашего путешествия, но ей нравилось читать книги в уединённой обстановке, вдали от суеты и цивилизации. Это позволяло ей полностью погрузиться в тот мир, с которым она сталкивалась на страницах любимых произведений.
До того, как мы спустились к озеру, в кострище был разведён огонь и расставлены раскладные кресла-шезлонги. Миа удобно разместилась в одном из них, взяла в руки книгу Эми Хармон «Потерянные сердца» и погрузилась в чтение. В какой-то момент она отвлеклась, посмотрев на «шестерых истуканов с острова Пасхи», склонившихся над лесным озером.
Она вскочила, подбежала к Андрею и за рукав потянула его к себе.
– Ты чего? Что с вами такое? – спросила она не без тени волнения на лице.
– Да там… Ты глянь… – ответил исступлённо Андрей.
– Ещё чего! – утвердительно отрезала Миа и оттащила парня подальше. Она явно была напугана и растеряна.
– Миа, это ненормально. Надо валить отсюда – нервно прошептал Андрей.
Миа не услышала его комментария и за рукав оттащила остальных, в том числе и меня.
Клим, глядя на нас, прошептал:
– Тишина, ветра нет, даже трава не колышется. Птицы не поют. Шумим только мы. Озеро оцепенело – и уже чуть громче и с напряжением в лице – какого хрена?
Не выдержав внутреннего напряжения, я сорвался к канистре с холодной водой, налил её в кружку, умыл себе глаза и лицо, встряхнулся, взял первый попавшийся камень и направился обратно к озеру.
– Стой, стой, стой! – взмолился Клим, глядя на меня, решительно надвигавшегося на озеро словно варвар на римского легионера.
Со всей дури я швырнул камень в воду. Он звонко ударился о поверхность глади и совершенно естественно пошёл ко дну. Брызги разлетелись в стороны.
Я подошёл к озеру поближе. Оно было таким же чистым, но вся подводная фауна вышла из анабиоза и начала подавать признаки жизни.
Сперва нерешительно, но потом всё бодрее рыбы и мальки стали расплываться в разные стороны.
– Разморозилось – с мнимой уверенностью и в полный голос произнес я – Наверное можно и порыбачить.
Все переглянулись…
– Так, приходите в чувства. Давайте-ка жахнем крепкого кофе – произнёс я, взяв на себя руководство, поскольку первый из присутствующих показал, хоть и наигранную, твёрдость духа.
Мы вернулись к кострищу. Набрали в чайник воду и подвесили над огнём. Рядом я поставил походную кофеварку, размолол зёрна, забил их в устройство, залил воду, приготовил ароматный и довольно крепкий кофе для всех желающих. Я нуждался в этих привычных и выученных до автоматизма действиях.
Миа, Андрей и Макар налили себе чаю. Никто не присел. Мы стоя потягивали напитки и тихо обсуждали, как нам поступить.
Макар предложил снова подойти к озеру и глянуть, что там. Если озеро снова в заморозке, то, наверное, нужно сворачиваться. Кто его знает, чем это всё обернётся.