Олли Улиш – Второй шанс Рейвена (страница 4)

Зелье сон-травы — в поясной карман. Мало ли, пригодится ещё.

— Бред, — бормотала она, запихивая в мешок котелок. — Полный бред. Я ведьма-недоучка из глухой деревни. Какая из меня перерождённая жена бога? У меня даже приличного файербола не получается.

Ворон, сидевший на подоконнике, каркнул с явным скепсисом.

— А ты молчи, — огрызнулась Илэйн. — Ты вообще в лес сбежал на три дня, когда я попросила помочь с прополкой.

Ворон каркнул ещё раз — на этот раз отчётливо нецензурно — и отвернулся, всем видом показывая, что прополка его не интересует.

— Ты со мной? — спросила она.

Ворон каркнул — коротко, отрывисто. «Нет».

— Почему?

Он переступил с лапы на лапу и отвернулся.

Илэйн вздохнула. Ворон был её единственным другом с тех пор, как умерла знахарка. Он появился на следующий день после похорон — просто сел на подоконник и сказал: «Корми». Она кормила. Он остался. И вот теперь отказывается идти.

— Я вернусь, — сказала она. — Обещаю.

Ворон не ответил.

Илэйн вздохнула и оглядела свой дом. Маленький, покосившийся, с протекающей крышей и вечно сырыми углами — но свой. Единственное место, которое она могла назвать домом. Она прожила здесь пять лет, с тех пор как старая знахарка, подобравшая её младенцем на пороге, умерла, оставив ей в наследство травы, книги и говорящего ворона с отвратительным характером.

И вот теперь она должна бежать не глядя.

Когда всё было упаковано, она вернулась в горницу. Рейвен спал всё так же глубоко, голова на руках, плечи под старым покрывалом. Ворон дремал на шкафу, приоткрыв один глаз.

Илэйн постояла, глядя на него.

— Ты говоришь, что убил меня двести лет назад, — прошептала она. — А я чувствую, что ты и сейчас не менее опасен. Надеюсь я успею уйти подальше до того, как ты проснешься…

Она взяла свой мешок, проверила, на месте ли кинжал, и вышла на крыльцо — встречать утро.

Рассвет застал её на лесной тропе, ведущей на север от Серых Камней.

Она шла быстро, злясь на себя за то, что вообще поверила этому мрачному типу. Истинная пара, Хранитель, Метка... Бред. Наверняка какой-то мошенник, наслышанный о странной ведьме из глухой деревни. Хотел обмануть, усыпить, ограбить... Хотя зачем ему её скудное имущество? И он мог бы не пить её вино.

«А может, он правда верит в то, что говорит? — мелькнуло в голове. — И тогда я просто сбежала от человека, который двести лет искал мою душу?»

— Глупости, — вслух сказала она, отгоняя эту мысль. — Я — Илэйн. Никакая не Амарис. И никакой Хранитель мне не муж.

Она прибавила шаг.

---

Рейвен проснулся от того, что ворон долбил клювом его темечко.

— Кар! — сказал ворон с выражением крайнего неудовольствия. — Кар-кар!

— Что? — Рейвен резко выпрямился, сбрасывая остатки сна. Покрывало сползло на пол. На столе стояла остывшая кружка, пустой горшок из-под рагу. И никого.

Он оглядел пустую горницу. Мешки исчезли. Ведьмины пожитки исчезли. Даже ворон, кажется, был готов улететь следом, но почему-то остался.

— Она ушла, — констатировал Рейвен. Не вопрос.

Ворон каркнул утвердительно.

Рейвен закрыл глаза и медленно выдохнул. В груди закипала злость — холодная, давно знакомая. Двести лет поисков, и вот — он находит её, а она просто... сбегает. Усыпив его, как нашкодившего кота.

Но сквозь злость пробивалось другое чувство. Он опустил взгляд на свои плечи — покрывало, старое, с дыркой от моли. Он вспомнил, как она укрыла его, как поправила края. Как шепнула: «Ты совсем один, да? Бедный ты мой...»

Она накормила его. Вымыться заставила. Укрыла.

— Дурацкая забота, — пробормотал Рейвен. Но голос прозвучал не так сердито, как хотелось бы.

Он встал, накинул плащ. И тут же почувствовал — что-то изменилось. Внутри, там, где двести лет была только пустота и боль Метки, теперь тянулась тонкая, едва уловимая нить. Тёплая. Живая. Она вела на север — туда, где лес, тракт, а дальше...

— Связь, — понял он. — Мы коснулись друг друга. Истинная пара. Теперь я чувствую её.

Ворон каркнул: «Ну и чего ждёшь?»

— Я не жду, — сказал Рейвен и шагнул к двери.

---

Он нагнал её через час.

Илэйн шла по лесной тропе, углубившись в свои мысли, и не слышала его шагов — он двигался бесшумно, как тень. Обогнал по едва заметной звериной тропе и вышел на дорогу прямо перед ней, метрах в двадцати.

Илэйн подняла глаза, увидела знакомый чёрный плащ — и врезалась в него, не успев затормозить.

— А-а-а! — вырвалось у неё, и она уже открыла рот, чтобы закричать как следует, но его рука легла на её губы — мягко, но твёрдо.

— Тише, — сказал Рейвен. Спокойно. Почти устало. — Я не причиню тебе вреда. Никогда. Слышишь?

Илэйн смотрела на него расширенными глазами. Сердце колотилось где-то в горле. Она попыталась отшатнуться, но он держал крепко.

— Я не причиню вреда, — повторил он. — Всё, что мне нужно — чтобы ты пошла со мной. Всего лишь пойти. И сделать то, что я обещал твоей душе двести лет назад.

Он медленно убрал руку, но остался стоять вплотную, загораживая дорогу.

— Ты... — Илэйн перевела дыхание. — Как ты меня нашёл? Я усыпила тебя на всю ночь!

— Ты недооценила мою магию. И мою... — он запнулся, подбирая слово, — ...мотивацию.

Она хотела возразить, но вдруг заметила, что он смотрит не на неё, а куда-то в сторону — на тропу, по которой она шла. В его серых глазах не было злости. Только усталая решимость и... что-то ещё. Что-то, от чего у неё самой заныло под ложечкой.

— Ты даже позавтракать не взяла, — сказал он тихо. — И свернула не туда. Гробница Хранителя — в другой стороне. Ты идёшь на запад, а нужно на северо-восток.

Илэйн моргнула.

— Откуда...

— Я чувствую. Теперь между нами связь. Спасибо за покрывало, кстати. И за ужин. — Он говорил ровно, без намёка на насмешку, но она покраснела. — И за то, что не убила, а просто усыпила. Выспался впервые за много лет.

Она молчала, лихорадочно соображая. Сбежать не получится — он быстрее. Обмануть — он читает её, как раскрытую книгу. А главное — в глубине души она уже знала, что он не врёт. И что сама сделала не лучший выбор.

— Ладно, — выдохнула она. — Ладно. Ты победил. Я... прости за сонное зелье.

Рейвен посмотрел на неё долгим взглядом. Потом уголки его губ дрогнули — почти улыбка.

— Я выспался. Поэтому прощаю. В первый раз.

— А если будет второй?

— Не будет, — сказал он твёрдо. — Потому что теперь я сам буду наливать вино.

Он развернулся и пошёл по тропе — в другую сторону, на северо-восток. Через несколько шагов обернулся:

— Идёшь?

Илэйн вздохнула, подхватила мешок и пошла за ним. Через десять шагов она поравнялась с ним и тихо спросила:

— А позавтракать? Ты прав, я ничего не взяла.

— На привале что-нибудь найдём, — буркнул он. — В конце концов, ты ведьма. Можешь испечь хлеб из воздуха.