Оливия Стилл – (Не)желанный малыш для доктора Титова (страница 8)

Я перевожу взгляд на Аню. Сестра мгновенно подхватывает эту идею, радостно кивая и всё ещё прижимая трубку к уху.

– Конечно, езжайте! Я ещё часа два буду вызволять машину, а потом всё равно домой добираться. Андрей, отвезёшь её потом?

– Естественно! Даже не вопрос, – тут же соглашается Андрей, и я, поколебавшись несколько секунд, сдаюсь под умоляющим взглядом друга детства.

Да и чего лукавить, я правда соскучилась по нему, хоть наши отношения и были всегда непростыми. Андрей был тем парнем, который привык получать всё, что захочет. А хотел он всегда меня. И никогда этого не скрывал, хотя я неизменно держала его во френдзоне, не воспринимая всерьёз как мужчину.

В ресторане, милом уютном местечке на набережной с белыми стенами и плетёными креслами, я наконец расслабляюсь и впервые за долгое время просто наслаждаюсь компанией. Андрей шутит, рассказывает о своей жизни, о новом бизнесе в сфере грузоперевозок и филиалах по всему миру. Я искренне радуюсь его успехам и понимаю, как сильно скучала по его поддержке и искренности.

Но разговор неизбежно сворачивает на тему Титова. Андрей осторожно интересуется, почему я была одна у клиники, и я не выдерживаю, словно плотина внутри меня вдруг дала трещину. Я рассказываю всё – и знакомство с Костей, и наши отношения, и странное требование сделать аборт, и последующие подозрения, что он что-то скрывает. Андрей слушает внимательно, изредка хмурясь и качая головой.

– Я же предупреждал тебя насчёт него, – неожиданно говорит Андрей, и я мгновенно вспыхиваю от гнева.

– Прекрати, Желтиков, не заводи меня!

Я резко встаю, собираясь уйти, но Андрей тут же хватает меня за руку и смотрит с сожалением.

– Прости, Ариша. Прости. Я не хотел тебя задеть. Позволь хотя бы отвезти тебя домой. Уже вечер.

Я нехотя соглашаюсь. Всю дорогу мы молчим, а когда подъезжаем к дому, Андрей внезапно останавливает машину и поворачивается ко мне.

– Арина, дай мне помочь тебе. Я найду лучшего врача, оплачу всё, что нужно. Позволь мне хотя бы как другу позаботиться о тебе. Я не жду ничего взамен. Просто хочу быть рядом с тобой, когда тебе это нужно.

Меня трогает искренность в его глазах, но внутри скользит странное, неприятное чувство, которое я не могу объяснить. Всё равно я благодарю его и соглашаюсь, что помощь мне не помешает.

У подъезда он помогает мне выйти и, шутливо настаивая, требует прощания, как в детстве. Я невольно улыбаюсь и посылаю ему воздушный поцелуй, затем быстро скрываюсь в подъезде.

Дома я падаю на кухонный стул и смотрю в окно. Внедорожник Андрея медленно отъезжает от дома, а за углом… Стоит черный гелик… Огромный, сразу привлекающий к себе внимание… и меня вдруг пронзает мысль, что у Кости когда-то была похожая машина… Странное совпадение, но я быстро отмахиваясь от этих мыслей.

Что Титову тут делать?!

Я отворачиваюсь от окна и устало выдыхаю, поглаживая живот, а потом прикрываю лицо ладонями. Внутри всё сжимается от непонятного чувства тревоги и беспокойства.

Андрей был таким заботливым, таким внимательным сегодня, и в то же время что-то в его поведении смущало меня до мурашек по коже. Я привыкла считать его другом, близким человеком, но именно сейчас поняла, что совершенно не доверяю ему до конца. Будто за его добрыми глазами и мягкой улыбкой скрывается что-то опасное, что-то, о чём я даже боюсь подумать.

Но из уныния меня выдергивает звук хлопающей входной двери и в квартиру, как вихрь, влетает Аня и требует немедленно рассказать ей всё, что случилось. Я рассказываю сестре обо всём: о Титове, об Андрее, о своих переживаниях.

Аня внимательно слушает и вдруг выдает:

– Знаешь, Арина, не хочу тебя расстраивать, но Андрей мне никогда не нравился. Может, он и изменился, но я бы на твоём месте поставила на Титова. Этот Желтиков слишком мутный, уж поверь мне…

Я замираю, понимая, что чувствую то же самое. В душе моей зарождается тревога, которая становится всё сильнее с каждой секундой.

Может, Аня права, и Андрей не тот, кому стоит доверять?

Только вот… он же теперь не отстанет!

Самая дурацкая черта Желтикова – причинять счастье насильно…

Глава 11

Константин Титов

Как доехал до дома, понятия не имею… Все как в тумане.

Даже облитые кофе шмотки не так раздражали, как обычно, хотя я довольно педантичен… В глазах стоит картина, как Арина посылает воздушный поцелуй этому хмырю нафуфыренному!

Р-р-р…

Я в бешенстве… Оно кипит внутри меня, требуя немедленного выхода, но я лишь сжимаю зубы и выдыхаю сквозь ноздри. Это просто бред какой-то.

И самое обидное, что даже предъявить не могу ничего!

Какого чёрта я так взбесился? Мы давно не вместе, я сам поступил как последний подлец, но сама мысль о том, что у Арины может появиться кто-то другой, приводила меня в ярость.

Целый вечер я пытался заглушить мысли и переключить внимание на исследования британского центра о ранней диагностике РАС в утробе, в который уже месяц пытался найти хоть какой-то проблеск надежды. Я изучал документы и статистику, вчитывался в многостраничные доклады, но бесполезно: мысли снова и снова возвращались к той сцене возле подъезда. Арина улыбалась этому типу так тепло и искренне, что в груди болезненно сжималось что-то тёмное и неприятное.

Ночь была невыносимой. Я ворочался в постели, едва задремал лишь под утро, а едва проснувшись, быстро собрался и был уже готов поехать к Арине домой. Я знал, что если не появлюсь вовремя, она точно снова исчезнет. Она умеет убегать, а я снова её упущу.

Но не успел я надеть куртку, как раздался звонок. В трубке раздражённо звучал голос главврача:

– Доктор Титов, я надеюсь, вы помните, что сегодня у вас приём пациенток? Или мне лично за вами заехать?

Я заскрипел зубами, едва удержавшись от грубого ответа. Пришлось кивнуть самому себе и поехать на работу, мысленно уже прокручивая разговор с Дамиром. Нужно будет попросить его срочно накопать всю информацию об Арине, её окружении и о том странном типе с белым внедорожником.

Надо знать врага в лицо.

В кабинете женской консультации я чувствовал себя максимально неуютно. Я ненавидел эту работу. Не из-за женщин, конечно, а потому что всегда думал, что могу быть полезнее где-то там, в родзале или в исследовательской лаборатории, где можно помочь реально, а не просто вести карточки и делать скучные осмотры. Но в данном случае деваться было некуда: чтобы держать ситуацию с Ариной под контролем, я вынужден был выполнять требования главврача.

К Арине нельзя было подходить нахрапом, нужно действовать тоньше.

Первые три пациентки были стандартными случаями, и осмотры прошли относительно быстро и спокойно. Я уже почти смог расслабиться, когда дверь кабинета снова открылась, и внутрь вошла женщина, изменившая весь мой сегодняшний день окончательно.

Пациентке на вид было лет сорок, ярко-рыжие волосы идеально уложены в замысловатую причёску, на ней был элегантный костюм, макияж безупречен. Она выглядела ухоженно и уверенно, но взгляд её был растерянным и тревожным.

– Здравствуйте, – женщина присела на стул напротив меня, нервно теребя край сумки.

– Добрый день. Что вас беспокоит? – скучающе произнес я, глядя на эффектную барышню и внутренне уже делая ставки, насколько она меня удивит…

Ох, если бы я знал…

– У меня уже несколько дней какие-то странные ощущения… жжение, выделения, тошнота периодами, слабость и небольшая температура. Я решила сразу обратиться.

Я мгновенно напрягся. Подобные симптомы явный признак инфекции, а если думать о худшем сценарии… Стало неприятно холодно внутри. Я тщательно прогнал пациентку по стандартным вопросам, стараясь максимально подробно заполнить карту, и попросил пациентку пройти на кресло для осмотра.

Надев перчатки и подойдя ближе, я внимательно осмотрел её. Слизистая была отёчной и воспалённой, прикосновения вызывали заметные болевые ощущения. Но когда я начал более глубокий осмотр, пальцы наткнулись на нечто необычное. Это напоминало опухоль, но было подозрительно мягким и странным на ощупь. Будто… шарик?

Я нахмурился, пытаясь понять, что это, пока пальцы не нащупали какой-то отросток…

Женщина мгновенно напряглась, вся сжавшись и закрывая лицо руками.

– Доктор, наверное, стоило вам сказать сразу…

– Ну, конечно, стоило! – хмыкнул я раздражённо, продолжая осторожно пальпировать странное образование. – И что же именно вам стоило сказать сразу?

Пациентка снова помялась, но потом глубоко вздохнула и начала говорить быстро и сбивчиво:

– Мы с мужем… ну… решили, так сказать, внести некоторое… эээ… разнообразие в нашу личную жизнь…

Я замер, медленно поднимая на неё взгляд. Она стала ярко-красной, почти под цвет своих волос.

– И? – медленно произнёс я, мысленно уже готовясь услышать самое ужасное.

– Ну… я вычитала кое-что в одной книге…

– В какой ещё книге? – мой голос стал жестче.

– Там была китайская медицина, или что-то такое… В общем, мы решили попробовать…

– Так, Воропаева! – я не выдержал и рявкнул, нарушая всю субординацию между врачом и пациентом. – Что именно вы сделали?

Она вздрогнула от моего голоса и зажмурилась, как перед выстрелом, а потом выпалила:

– Мы… воткнули внутрь… лягушку!

В кабинете повисла мёртвая тишина. Я буквально окаменел, пытаясь понять, что вообще происходит, и что именно я только что услышал.