Оливия Стилл – (Не)желанный малыш для доктора Титова (страница 10)

Глава 13

Арина Максимова

– Да что происходит, чёрт тебя дери?! – выпаливаю я, уже не в силах сдерживать внутреннюю тревогу, смешанную с растущим раздражением и паникой.

Костя пристально смотрит на экран, его лицо серьёзное и напряжённое. Он медленно поднимает глаза на меня, будто тщательно подбирает слова, и… неожиданно широко улыбается, поворачивая монитор в мою сторону.

– Смотри сюда, паникёрша. Твой футболист в полном порядке, даже привет тебе передаёт, – он показывает пальцем на экран, и я вижу нашего малыша, который, кажется, показывает мне пальчик… и явно средний.

Я чувствую, как меня резко отпускает, мышцы расслабляются, а на глаза наворачиваются слёзы облегчения и злости одновременно.

– Ариш, вспомни, чем ты вчера ужинала? Может, было что-то необычное? – Костя приподнимает бровь, глядя на меня с едва скрываемым интересом и лёгкой иронией.

– Э-э-э… – я зависаю, лихорадочно вспоминая всё, что ела вечером. Салат? Нет, вряд ли… Суп? Тоже мимо… А потом вспышка памяти озаряет меня с пугающей ясностью.

– Господи… пицца, кажется, – я неуверенно признаюсь, чувствуя, как лицо заливается краской. – Но там вроде ничего такого не было…

Костя понимающее ухмыляется, словно уже знал ответ заранее.

– Ага, значит, всё-таки было. Соус, скорее всего острый. Вот он тебе и дал такую реакцию. Арина, я прошу тебя, исключи подобную еду из своего рациона до конца беременности, иначе я поседею раньше, чем ты подаришь мне наследника.

– Титов, знаешь что… – начинаю я раздражённо, но он резко перебивает меня, упрямо надувая губы.

– Ничего не знаю и знать не хочу! От меня тебе не отделаться, понятно?

– Кость, – я тяжело вздыхаю, чувствуя себя совершенно разбитой после всего произошедшего. Внутренних сил на борьбу больше не остаётся. Тот ужас, который я испытала за последние полчаса, истощил меня эмоционально и физически.

Титов внезапно смягчается, его взгляд становится невероятно тёплым, нежным, почти ласковым. Таким он был раньше, когда смотрел на меня, и моё сердце, предательски вздрогнув, пропускает удар.

– Ариш, нам надо многое обсудить, понимаешь? – его голос звучит тихо и проникновенно, и я понимаю, что хочу верить ему. Хочу верить этому взгляду, этой интонации, этому человеку. Не знаю, гормоны ли это, или просто настал момент наконец узнать всю правду. Возможно, прочитанное ночью о нём заставило меня пересмотреть многое.

– Я сегодня должен поработать, но вечером… не убегай от меня, прошу тебя, – он чуть склоняет голову, заглядывая мне прямо в глаза. Я снова вижу того самого Костю, в которого когда-то безумно влюбилась, того, кто смотрел на меня так, словно я хрупкая фарфоровая куколка, которую нужно беречь и защищать.

– Ладно. Ты прав, нам стоит поговорить, – едва слышно соглашаюсь я, чувствуя, как сердце учащает свой бег. И в этот момент он наклоняется ближе, его пальцы легко касаются моей руки, и меня словно пробивает током. От этого прикосновения внизу живота тепло разливается подобно волне, где недавно бушевала боль. Я сбиваюсь с дыхания, пытаясь совладать с собой и с внезапно ожившими внутри меня бабочками.

Так, Арина, соберись тряпка!

Я неуклюже поднимаюсь с кушетки, ощущая себя абсолютно неловко и растерянно. Костя подаёт руку, и я хоть с опаской, но всё же принимаю её, чувствуя тепло его ладони и силу, скрытую в этом простом жесте.

– Вот, выпей сейчас, станет легче, – он протягивает мне блистер с таблетками, и мы оказываемся слишком близко друг к другу. От него пахнет так же, как всегда: терпким мужским ароматом и свежей мятой. Тяжёлый взгляд, слегка учащённое дыхание, близость его тела… Всё это пробуждает во мне давно забытые чувства, которые я старательно заглушала последние месяцы. Я уже и забыла, каково это – чувствовать себя такой желанной, такой необходимой…

– Я… – шёпотом начинаю я, чувствуя, что совсем теряюсь под его пристальным взглядом.

– Заеду за тобой вечером, – хрипло произносит Костя и, словно с огромным усилием, делает шаг назад, открывая дверь кабинета.

Я чувствую, как лицо снова заливает краска, и быстро выхожу наружу, где тут же попадаю в объятия сестры.

– Всё, спокойно, всё хорошо! – успокаиваю я Аню, которая кажется на грани паники. Но кроме сестры в коридоре собралась уже целая компания: Кравцов, Романов, Стрельцов и Громов стоят почти строем, с любопытством разглядывая меня и Костю.

– А вы здесь… – растерянно начинаю я, и Романов с лукавой улыбкой тут же подхватывает:

– Хотели поздороваться, Ариш! А еще по другу капец как соскучились, правда, ребятки?

Ребятками, конечно, назвать эту гоп-стоп компанию было можно с сильной натяжкой… Все высокие, мощные… Такие, что ух…

Костя бормочет под нос какое-то ругательство и прислоняется к дверному косяку, раздражённо глядя на своих друзей.

– Кажется, нам пора, – я торопливо тяну за руку Аню, и мы выходим из отделения, но я успеваю услышать, как друзья Титова загоняют его обратно в кабинет и захлопывают дверь.

– Ну всё, братан, настало время откровений, – смеётся за спиной Артём, и я даже невольно улыбаюсь.

Кажется, Титову сейчас реально будет тяжко. А ничего… заслужил!

В машине Аня долго смеётся, узнав, что причиной моего утреннего переполоха оказалась какая-то пицца. Но мои мысли снова уплывают куда-то далеко. У меня стойкое чувство, что сегодня произойдёт нечто, что перевернёт мою жизнь навсегда, только я пока не понимаю, насколько сильно.

– О чём думаешь, Ариш? – мягко спрашивает Аня, заметив мою задумчивость.

– О том, что ты права… Мне и правда нужно всё с ним обсудить.

– Вот именно! Не глупи и не упускай его, пожалуйста! – серьёзно говорит сестра, и я понимаю, что она права.

Глядя в окно, я ощущаю странное волнение.

Что же принесёт нам с Костей сегодняшний вечер? И готова ли я ко всему, что он собирается мне рассказать?

Ох, если бы я знала, что у судьбы на этот вечер совершенно другие планы…

Глава 14

Константин Титов

Стою в тесном кабинете, прижатый спиной к стене, а напротив меня выстроились друзья, такие родные и знакомые, и одновременно словно чужие. Смотрят на меня так, будто я их предал самым подлым образом, а я пытаюсь подобрать слова, которые никак не хотят складываться во что-то внятное.

– Ну, Костян, колись уже, – выдыхает Романов, сверля меня тяжёлым взглядом.

– Ты реально нас за идиотов держишь? Сначала скрываешь, что девушка беременна, потом молчишь полгода и делаешь вид, будто всё нормально. В чём дело-то? – недовольно тянет Игорь Стрельцов.

Я сжимаю кулаки, чувствуя себя максимально идиотом, и нервно прочищаю горло. Слова выходят с трудом, путаясь в голове и на языке:

– Короче…

Слова подобрать крайне трудно. За все свои годы я ни разу откровенно никому не рассказывал о происходящем в моей семье… не то, что я никому не доверял, просто привык. Мама всю жизнь твердила мне, что мы должны держать все в тайне, не дай боже о нас кто-то подумает плохо… И я просто смирился с тем, что даже когда вокруг происходит апокалипсис, надо просто сжать зубы, терпеть и искать выход из ситуации…

– Костян, – рычит Кравцов.

– Так, – я тяжело вздыхаю. – Не давите, а… Я вообще как бы впервые вот так просто это рассказываю, знаете ли, не так-то просто… Короче, у моего отца РАС. Я с сестрой каким-то чудом избежали этой генетической лотереи, а вот мои племянники нет. У обоих в довольно тяжелой форме… на ашку даже урод это тикнул, отец мальчишек, как только понял, что и второй с той же проблемой пацан. И вот… Аринка беременна.

– Твою ж мать, – выругивается Стрельцов, оседая на табуретку.

– Так, погоди…

Я замолкаю, тяжело дыша, и смотрю на друзей, чувствуя, как по спине течёт холодный пот. Парни молчат несколько долгих секунд, и эта тишина давит на меня невыносимо. Наконец Громов тихо, с нажимом произносит:

– То есть ты решил, что если у тебя в семье присутствует такой ген, то у твоих детей тоже обязательно будет? Ты серьезно? Ты медицинский где купил? В переходе?!

– Костян, ты же понимаешь, что наследование зависит от ряда факторов, к тому же… огромное значение имеет ДНК матери… Ты не можешь быть уверен на миллион процентов, что твой ребенок также унаследует РАС.

– Но я не могу быть также на миллион процентов уверен, что он будет здоров! – рявкаю я. – Вот поэтому я и не говорил никому об этом. Вы все считаете, что можете высказать свое «экспертное» мнение, а я этой проблемой живу уже не первый год! Сколько я прочел уже даже считать перестал…

Я хмурюсь и нервно пожимаю плечами, не зная, куда девать глаза:

– Вы понятия не имеете, что значит воспитывать ребенка, который вообще не факт, что когда-то сможет жить обычной жизнью… Смотреть на него и понимать, что вообще нет гарантий, что он сможет найти семью и вообще жить без поддержки родителей! А так уж повелось, что родители порой уходят на тот свет раньше детей! Что тогда делать?!

Стою посреди кабинета и сверлю глазами своих друзей, которые расположились вокруг меня полукругом, словно загоняя в угол. Артём стоит ближе всех, упёршись плечом в шкаф и нахмурив брови. Громов нервно мерит шагами маленькое помещение, и мне кажется, что ещё чуть-чуть – и здесь вспыхнет пожар.

– Да какое вообще вам до этого дело, чёрт возьми?! – раздражённо бросаю я, сжимая кулаки и чувствуя, как внутри всё начинает гореть от беспомощности и досады.