Оливия Штерн – Камилла. Жемчужина темного мага (СИ) (страница 14)
видно, что ей приятна похвала родственника, — ей исполнилось
восемнадцать, и это значит, что ей пора быть представленной…
— Безусловно! — воскликнул дядя, но Камилле почему-то
померещилась в его радости легкая фальшь, — ну-ка, моя милая, дайка я на тебя
посмотрю!
— А где твой сын? — спросил папенька.
Кажется, вопрос смутил Кервинда Велье.
— Ему нездоровится.
И она не успела и слова сказать, как он ее схватил за локти и
принялся вертеть из стороны в сторону, разглядывая, словно она была
куклой.
— Боже, — пробормотал герцог, — что за глаза, что за волосы!
Это от вас, госпожа баронесса? несомненно, от вас! Что это
прекрасное создание могло унаследовать от моего брата? Да ничего!
ну что ж, милая, идемте, я представлю вас молодежи, а мы с моим
братом должны потолковать по — родственному.
Камилла обернулась на матушку, но та только кивнула со слабой
улыбкой — мол, иди.
оставалось только подчиниться, хотя ей не очень-то нравилась
идея, что дядюшка ее куда-то тащит и собирается «представить
молодежи». А он, размашисто шагая, все хмыкал и повторял:
— ну, а что… ваше дело — молодое. Восемнадцать лет — лучший
возраст для замужества, моя дорогая. тем более, что, думаю, здесь есть
кое-кто, в чьей благосклонности вы будете весьма и весьма
заинтересованы!
«Это кто же?» — растерялась Камилла.
А потом вспомнила: здесь принц, и дядя, конечно же, говорит о
принце Эдвине Лоджерине. Выходит, все складывалось, как ей
хотелось? Или уже ничего не хотелось?
тем временем дядя Кервинд остановился перед группой довольно
молодых и совершенно незнакомых людей — впрочем, кого она могла
знать, сидя в уединенном поместье? — и весело произнес:
— Господа, дамы… Хочу представить вам это дивное дитя, мою
племянницу. Камилла Велье. Прошу, как говорится, любить и
жаловать.
Камилла снова ощутила, как к обнаженной коже липнут чужие
недобрые взгляды. она заставила себя поднять повыше голову и
принялась в ответ рассматривать компанию — а она оказалась
невелика, четверо мужчин, три девушки.
«Кому-то не хватает пары», — мелькнула золотой рыбкой мысль.
— оставляю ее вам, мои дорогие, — доносился дядин голос.
Кажется, он говорил ещё что-то, но Камилла уже и не слушала, растянув губы в искусственной улыбке, смотрела на новых знакомых.
мужчины были молоды и хороши собой. Девушки — прекрасны в
светлых, воздушных платьях и с искусными прическами. Впрочем, ни
у одной из них не было столь светлых волос, как у Камиллы. Среди
мужчин выделялся один: высокий брюнет с темно-карими, почти
черными глазами. Волосы у него слегка вились и вольготно лежали
вокруг воротника темно-синего камзола. И, как показалось Камилле, он тоже с интересом ее рассматривал — с холодным таким интересом, как будто она — забавная зверушка, которая внезапно выскочила из
травы и прыгнула прямо на ладонь.
— Приятно познакомиться, — обратилась к ней девушка с русыми
волосами, завитыми мелкими кудряшками и уложенными вокруг
головы как снопы соломы.
У девушки были яркие голубые глаза и веснушки, которые
проглядывали сквозь слой пудры.
— Я — мьерра, — представилась она, — графиня Льесская.
Камилла учтиво поклонилась — не слишком низко, так, совсем
немного, чтобы продемонстрировать воспитание.
— Камилла — звучит, как леденец, — внезапно сказал
темноглазый брюнет, — меня зовут Эдвин.
И не добавил ни титула, ни фамилии, как будто каждый должен
был знать их.
И тут Камиллу словно молнией прошибло, и она почувствовала, как начинает краснеть. Эдвин! Эдвин Лоджерон, принц!
Время как будто остановилось: мысли понеслись вскачь, и она, замерев, ничего не могла с этим поделать.
она ведь… собиралась покорить принца?
ну так вот он, напротив. Стоит и смотрит. А она… тоже стоит, и не