Оливия Лоран – Бывшие. Мы (не) твои (страница 7)

Аверин откидывается на спинку и садится так, что, по моим ощущениям, занимает собой всё пространство.

Делаю вид, будто ничего не замечаю. Даже то, как наши плечи соприкасаются. И когда я дожидаюсь, наконец, окончания сеанса, спешно подрываюсь с места и выхожу из-за зала на ослабленных ногах.

Нервное напряжение отнимает последние силы.

Подруге хватает одного лишь взгляда, чтобы оценить мое состояние. А затем она недовольно смотрит на Сашу.

Он же делает вид, будто всё в порядке, и предлагает нам посидеть в кафе.

— Мы уже собирались домой, — отрезает Оля, за что я ей безумно благодарна.

Порадоваться я не успеваю. К нам подходит Игорь, который, по всей видимости, пораньше приехал за нами и ожидал у выхода на мягких диванах.

— Согласен с Саней, ужасно хочу есть, — не глядя на наши с подругой недовольные лица, поддерживает он друга.

Дети тоже встречают это предложение с восторгом. А отказать дочери я не могу.

В кафе мы с Соней первым делом идем в уборную, после чего она с Олей возвращается ко всем за стол, а я остаюсь, чтобы привести себя в порядок. Успокоить натянутые до звенящих струн нервы.

Я не понимаю, чего добивается Аверин. Нет, чего он хочет, как раз таки вполне очевидно. Но на что надеется?

Если я не смогла простить ему измену тогда, то и со временем ничего не изменилось. Не хотела с ним общаться, даже видеть его не хотела. Но, видимо, всё же придется с ним поговорить и объяснить всё доходчиво.

Пять лет назад нам даже не удалось поговорить. Хотя вряд ли я смогла бы что-то сказать в состоянии шока.

Но я видела его лицо, когда он увидел тот же снимок с узи, что я.

Он был растерян, сбит с толку. Но и отрицать ничего не стал.

Возможно, если бы я не сбежала сразу, он бы попытался. А я не хотела слушать ложь. В глазах успела увидеть правду…

Боже… Зачем я снова всё это вспоминаю? Так я точно не смогу успокоиться и вернуться в зал с улыбкой.

Снова включаю кран, подставляю руки под холодную воду и промокаю сухим полотенцем. Прикладываю ладони к щекам, глубоко вздыхаю и выхожу из уборной.

Обхожу девушку, встречающуюся на пути и врезаюсь в грудь Аверина, который машинально придерживает меня за плечи. Благо, он быстро убирает свои руки, но почему-то не отходит.

— Давай поговорим? — предлагает Саша серьезным тоном.

Время и место неподходящее, но сейчас я только рада поскорее ему объяснить, чтобы не смел ко мне даже приближаться.

— Давай, — отвечаю коротко.

— Не здесь, — протестует он. — Вечером заеду за тобой.

8

8

— Самоуверенный засранец, — комментирует предложение Аверина моя подруга. — С чего он вообще решил, что ты с ним куда-то поедешь? Тоже мне…

Оля ловко орудует ножом, нарезая овощи и отправляя их в большой салатник.

Расплываюсь в улыбке, глядя на нее. Переживает за меня, как за себя.

— Ну, он просто предложил поговорить… — зачем-то защищаю его, задумчиво перебирая столовые приборы. — Я ведь и сама хотела всё прояснить. Сказать, чтобы прекратил попытки наладить наше общение.

Характерный стук ударов ножа затихает, и я вскидываю взгляд на подругу.

— Ты согласилась?! — в шоке смотрит она на меня.

— Конечно же нет! — оправдываюсь тут же. — Для этого мне не обязательно с ним встречаться наедине. Сказала всё сразу в кафе, но… — вспоминаю выражение его лица в этот момент и продолжаю: — что-то мне подсказывает, что так просто он не отстанет.

— Я поговорю с Игорем, — предупреждает Оля. — Не переживай, подробностей выдавать не буду. Может, это мой муж постарался и рассказал Саше, что мы в кино. Он мог.

Думать об этом не хочется. Встречу с Авериным я уже пережила и справилась, вроде как, неплохо. Так, по крайней мере, мне хочется верить. А если Игорь, и правда, оказался причастен к приезду Саши в кинотеатр, то лучше он узнает о нашем с ним нерадужном прошлом, чем будет и дальше помогать моему бывшему.

Ужинаем мы на уютной закрытой террасе. За панорамными окнами падает снег и оседает хлопьями на ветках деревьев, обвитых яркими огнями гирлянды. Несмотря на легкий мороз, погода эти дни отличная, и сидеть дома совсем не хочется.

— Как вы смотрите на то, чтобы поехать на горный склон завтра, раз уж не вышло сегодня? — интересуется Игорь.

Мы с подругой переглядываемся, после чего она соглашается с мужем. А я понимаю, что на этот раз могу быть спокойна. Аверина там не будет.

— А для детей там есть развлечения? — интересуюсь я.

— Конечно, — успокаивает Оля. — Мишка с года вместе с нами на каждом склоне, на ватрушках катаемся с ним. А в этом году даже хотели взять ему инструктора по лыжам.

— Не рано? — настораживаюсь я.

Игорь усмехается, чем привлекает наше внимание. Лишь дети всё так же увлеченно о чем-то болтают между собой и уплетают яблочный пирог.

— Оля даже у ортопеда получила разрешение. Спорила со мной до последнего, — смеется он.

Подруга не удерживается от ответной реплики, и я становлюсь свидетелем их словесной перепалки. К слову, со стороны это выглядит так, словно они флиртуют. А я невольно задумываюсь о том, что и сама бы хотела так с кем-то «ругаться».

Вспоминаю наш разговор с Сашей и понимаю, что была не так уж и честна, сказав ему при первой встрече, что я счастлива…

Я счастлива быть мамой, безумно люблю свою дочь, но странное чувство, тянущее иногда в груди, говорит о том, что я обманываю саму себя.

Уверена лишь в одном. Аверин — последний человек, с которым я бы хотела заполнить пустоту в сердце. Слишком много ран, затянувшихся со временем, он в нем оставил.

Настроение угасает, и мне хочется покинуть столовую. Да и Соня быстро справляется со своей порцией пирога, и поэтому мы с ней уходим в игровую. Возвращаюсь лишь помочь Оле с посудой, после чего, уже по обыкновению, мы размещаемся с детьми в гостиной перед плазмой.

На следующий день собираемся в горы, и Оля предлагает мне один из своих теплых комбинезонов.

Не думаю, что замерзла бы в джинсах, но всё-таки соглашаюсь и натягиваю его на себя.

Доезжаем мы довольно быстро, и когда я выхожу из машины, кажется, будто перемещаюсь на другой конец земли.

Солнце слепит глаза, отражаясь от белоснежных вершин на слонах. Жмурюсь и расплываюсь в улыбке, втягивая морозный свежий воздух.

Улавливаю еще и запах кофе, корицы и свежеиспеченных булочек, доносящийся из маленького ларька неподалеку.

В предвкушении перевожу взгляд на людей, которые забираются наверх по подъемнику, и задумываюсь над тем, что тоже с радостью бы встала на лыжи или сноуборд. Но оставлять Соню на подругу не стану. Всё ее внимание направлено сейчас на сына.

Игорь приносит нам ватрушки, и мы направляемся к подъемнику.

Забравшись на небольшую заснеженную горку, усаживаю дочь между ног и от волнения не сразу решаюсь скатиться вниз. Уверенности придает подруга, которая уже несется с Мишкой с горы.

Несколько секунд спуска пролетают словно за секунду. Радостный смех Сони заряжает радостью и меня, но потом все эти эмоции сносит одной громадной лавиной…

— Мам, ты ударилась? — беспокоится дочь, дергая меня за руку.

Если только головой… И теперь мне мерещится Аверин, который надвигается прямо на нас.

Неужели Оля не успела предупредить мужа?!

— Всё в порядке, — шепчу растерянно, переводя внимание на Соню. — Хочешь еще разок прокатиться?

— Конечно! — смеется она.

— Давай, помогу подняться.

Несколько секунд не решаюсь обернуться, прекрасно зная, кого сейчас увижу. И всё же…

Саша смотрит на нас сверху вниз и протягивает мне руку.

Не горю желанием прикасаться к нему, но подняться самой не так уж и легко. Удобный комбинезон будто становится тяжелым, и ощущаю я себя в нем какой-то неповоротливой и бессильной.