Оливия Лейк – Госпожа души моей (СИ) (страница 14)

– М-да, за всеми хлопотами, я даже не подумала, что мне надеть. – Алира вытряхнула из шкафа весь гардероб, взволнованно перебирая его содержимое.

– Серебристое очень красивое, – Галандиль указала на сверкающее, как звезды, платье.

– Нет! – воскликнула Алира. – Это его цвет! И вообще, ничего серебристого, золотого или красного.

Галандиль закатила глаза, но принялась послушно убирать платья обратно в шкаф. Когда кровать слегка разгрузили, Алира заметила кусочек шифона лимонного цвета и, откинув в сторону груду тряпья, взяла в руки легкий, как перышко, наряд.

– То, что нужно! А я про него совсем забыла!

– С платьем определились, а драгоценности?

– Хм, – задумалась Алира и открыла ларец с перстнями, серьгами и браслетами. Обручальное кольцо она так и не сняла, просто надела на другой палец. – Давай то, с крупными агатами и бриллиантами.

– Оно ведь тоже подарено Эриком, – с улыбкой заметила Галандиль.

– А у меня все украшения подарены Эриком! – всплеснула руками Алира. Они вместе тихо рассмеялись. Все-таки праздники – это веселье, нельзя же вечность кручиниться. – Галандиль, я хочу быть сегодня красивой, очень красивой!

Да, вероятно, Эрик и не заметит этого – говорят же, что Наримель – потрясающая красавица, даже краше Тилы, но Алира все равно хотела блистать сегодня. Она ведь всего лишь женщина, и тщеславие ей не чуждо. Она желала, раз уж на нее в любом случае будут глазеть, чтобы смотрели с восхищением и завистью, а не сочувствием и жалостью.

Алира проскользнула в зал через боковой вход, чтобы не шокировать вопиющим опозданием, да и триумфальный вход под сотни глаз хорош в фантазиях, а наяву боязно. Сразу нырнув в шум и веселье, она кивала знакомым и вежливо улыбалась гостям, которых видела впервые. Сколько же здесь народа! Улыбка приклеилась к губам, а челюсть уже сводило, когда руку поймал Дино, увлекая к стене. Алира благодарно кивнула и взяла предложенный кубок.

– Мне кажется, что на меня все смотрят и шепчутся за спиной, – пожаловалась она.

– На тебя смотрят, потому что ты прекрасна! – ответил он, восхищенно осматривая ее. Красавица. Потрясающая красавица. Ему казалось, что она день ото дня становилась только краше. Такая манящая и притягательная, что у него в голове сплошной хмель, и не вино тому причина.

Алире снова стало не по себе в его обществе, и улыбка вышла натянутой. После рождения Самиры Дино предложил ей руку и сердце, свое имя и душу. Но она не могла ответить ему взаимностью, потому что считала: Дино заслуживает, чтобы его любили по-настоящему, а не просто позволяли себя любить. Сердце Алиры было занято. Она не могла осчастливить Дино. Он принял отказ, но не прекратил проявлять внимание и заботу.

– Не закрывайся, я ведь ничего не требую от тебя, – тихо сказал он.

Алира оттаяла и посмотрела благосклонно, но ненадолго. Дино принял на себя роль няньки и не давал и шагу ступить одной. Она как раз пыталась мягко освободиться от его общества, когда услышала бархатный голос незнакомца:

– Прекрасная леди, я очарован!

Алира обернулась. Высокий индар со светлыми волосами, подстриженными так же коротко, как у Эрика. С яркими зелеными глазами, плутовскими, озорными и обольстительной улыбкой. Хорош. Очень хорош.

– И когда же вы успели очароваться? – не без кокетства спросила она.

– Поверьте, у меня было на это время, – он куртуазно приложил внутреннюю стороны ее ладони к губам. – Я могу пригласить вас на танец?

Алира кивнула, и он повел ее в центр залы. Они вели непринужденную светскую беседу, в ходе которой Алира узнала, что зовут его Син и он из Голубого залива. Веселый и дерзкий, он не скупился на комплименты и обнимал чуть крепче, чем дозволено приличиями. Но она не стала пенять ему. Очень уж нравилось видеть в мужских глазах восхищение и страсть. Когда музыка стихла, и пары остановились, Син поблагодарил за танец и предложил руку, чтобы проводить к столу, но следом заиграла задорная мелодия. На его губах распустилась озорная улыбка, и он снова закружил Алиру, увлекая в хоровод. Этот танец предполагал смену партнеров: Алира в очередной раз передала руку следующему в хороводе и ее словно огнем обдало, но не опасным, смертоносным, а ласковым, наполняющим силой. Рука утонула в обжигающей ладони. Эрик.

Он великолепно двигался и не сводил взгляда с нее. Алира ожидала увидеть, что угодно в глубине сверкающих синих глаз, но только не всепоглощающую тоску. Она опустила ресницы и больше не смотрела на него, пока не сменила партнера, но через круг Эрик снова держал ее руку. Горячий, родной, нужный, и взгляд его кардинально изменился: в глубине был пожар; он зачаровывал и ловил каждое ее движение. Эрик не пытался заговорить, он просто ласкал взглядом, не обделяя ни одного уголка ее тела.

Когда танец подошел к концу Алира, рассеянно кивнув Сину, бросилась к выходу. Она настолько ушла в себя, что не заметила, как налетела на красивую золотоволосую инда.

– Простите, я сегодня ужасно неловкая, – извинилась Алира и, заметив взволнованный взгляд лорда Дарэла, присмотрелась к женщине.

– Не извиняйтесь, это ни к чему. Владыка, представите нас? – обратилась она к хозяину Дивной долины.

– Наримель, королева Зачарованного леса, – спокойно произнес лорд Дарэл. – Позволь представить тебе Алиру, дочь Армейла, мою воспитанницу.

Алира с трудом удержала радушие на лице, продолжая вежливо улыбаться. Вот они и встретились. Красивая. Очень красивая. Алира, прожившая среди индаров всю жизнь, настолько прекрасных женщин видела только двух: Тилу и мать Эрика, чей портрет висел в его кабинете.

Благородная инда смотрела с вежливым интересом, не более. Очевидно, она поняла, кто перед ней, но, казалось, что это совершенно не задело ее.

Алиру даже поражало отсутствие эмоций у Наримель: никакой ненависти или чего-то подобного. Только печальные глаза и застывшая улыбка на губах. Еще раз извинившись, Алира вновь принялась пробиваться к выходу, но громкий оклик смутно знакомого баса заставил остановиться и присмотреться к его хозяину.

Брайн Андорский шел размашистым шагом и как обычно улыбался.

– Брайн?! – удивленно воскликнула Алира. А она совсем забыла, что он тоже приехал! – Не поверишь, но я очень рада тебя видеть.

– Ха! Почему же не поверю. Я ведь знаю, насколько неотразим. – Он рассмеялся удачной шутке

– Морена с тобой?

– Нет, ей скоро рожать. К чему рисковать. – Брайн осмотрелся и, понизив голос, спросил: – Ты как? Я кое-что слышал, но…

– Не хочешь прогуляться? Я устала от этого шума и хочу на воздух.

Он кивнул и, предложив ей руку, захватил большую бутылку вина. Они устроились в одной тихой дальней беседке. Летняя ночь была теплой и необыкновенно светлой. В воздухе витал пьянящий запах жасмина, наполняя сад сладким ароматом ночных цветов.

– Да, всего лишь несколько лет прошло, а кажется, что пол жизни, – сказала Алира. Они вспоминали их знакомство и неудачную помолвку. Сражение с бесами на берегу Итиля и тяжелое ранение самой Алиры.

– Да, – протянул Брайн. – Ты прости меня за ту пощечину. Я до того женщин не бил. Негоже это.

– Я тебя никогда не осуждала, но рука у вас, господин, очень тяжелая!

– А ты веселая! – рассмеялся он, но, посерьезнев, добавил: – Что же между вами с Эриком произошло?

– А что ты слышал?

– Разное, – протянул Брайн.

Алира сдержанно изложила их историю, но под конец эмоции возобладали, и она в сердцах вскрикнула:

– Она вернулась и разрушила мою жизнь! Почему именно сейчас? Когда мы были абсолютно счастливы!

Брайн слушал, не перебивая, только вино потягивал, мрачнея. Неприятная история.

– Я была так зла, так обижена. На всех обижена: на богов, вестника Галина, Эрика… – Алира вздохнула. Накипело. – Не знаю, почему вывалила это все на тебя. Наверное, потому что ты человек. Индары говорили, что это судьба, что никто не виноват, и королеве Наримель будет непросто снова привыкнуть к земной жизни. Что ее возвращение – чудо. – Она снова вздохнула, горько и печально.

– Вина?

– Нет, спасибо, —отказалась она. – А хотя давай! – Алира приняла из его руку бутылку – жаль кубков нет – и, сделав маленький глоток, продолжила: – Я, вероятно, должна понять и принять такой поворот, но меня до сих пор не отпускает. Если бы не дочка, я бы не пережила всего этого.

– У тебя есть ребенок? – изумлено спросил Брайн.

– Да, девочка, Самира.

Он присвистнул и покачал головой.

– Она моя жизнь, все что осталось от моей любви, – с печальной нежностью оборонила Алира, кручинясь с новой силой. Один взгляд на Эрика, чтобы понять, что она любит. Любит также, или даже сильнее.

Брайн, очевидно, решив разрядить атмосферу, мягко упрекнул:

– А если бы ты все-таки вышла за меня замуж, то была бы королевой всегда. У меня не было никаких бывших жен.

Алира звонко рассмеялась, спрашивая:

– Только не говори, что думал о нас!

– Думал, отчего же не думать. И на свадьбе с Эриком ты была диво, как хороша!

– Ты Морене, надеюсь, не говорил? – смущенная и польщенная поинтересовалась Алира. Жена у него горячая, с характером!

– Я еще не лишился разума, – с деланным спокойствием ответил Брайн. – Она у меня женщина с норовом.

– Я слышала, ты поругался с отцом из-за меня и поэтому покинул Андор?

– Это уже в прошлом, да и не в тебе дело: он не самый приятный человек, а после расторжения помолвки стал вообще невыносимым. Но он уже умер. Андор теперь под моим началом.