Оливия Лейк – Госпожа души моей (СИ) (страница 16)

Она не выдержала и крепко обняла его, наслаждаясь близостью: не только страстной, но и той, родной. Они ведь не чужие. Эрик ответил, сжимая ее сильно, отрывая от пола. Его сладкая девочка. Боги, как же он скучал, как тосковал без нее. Сейчас он это чувствовал даже ярче, чем когда целовал ее.

– Я провожу тебя, – помогая надеть халат, сказал он. – Во дворце столько чужаков, мало ли что.

«Ты – самая большая опасность для меня!» – воскликнула Алира, но вслух ничего не сказала.

Они в молчании достигли спальни и остановились.

– Я могу войти?

– Конечно, нет! – Алира про себя аж всплеснула руками. Меланхоличное настроение как ветром сдуло. Каков наглец!

– Думаешь, я до такой степени не владею собой? Я хочу посмотреть, как она спит.

Алира с сомнением, но все же открыла дверь, пропуская его вперед. Эрик осмотрелся и спросил:

– Где детская?

Она прошла мимо него и открыла дверь в спальню дочки. Няня тоже спала. И лучше бы ее не будить. Слухов не оберешься.

– Она так похожа на Лансиля в этом возрасте, – шепнул Эрик. Алира мягко улыбнулась. Так приятно было просто стоять и смотреть на их дочь. И обвинила она его в распутстве безосновательно. – Только губы у нее такие же красивые, как у матери. – Нет, не зря обвинила!

– Ты завтра примешь участие в охоте? – поинтересовался уже на выходе из спальни.

– Да.

– Тогда до завтра. – Эрик взял ее руку и поцеловал запястье.

Алира закрыла за ним дверь и прислонилась к ней. Чувства переполняли, а грудь бурно вздымалась. Она ведь была молода и до сих пор мерила время человеческой меркой. Ей казалось, что пока они не виделись, он забыл ее, но сейчас Эрик доказал, что помнил, все помнил. Неужели у него остались к ней чувства? Алира упала на кровать, не сдержав довольной улыбки. Да, это неправильно. Разве можно желать чужого мужа?! Но, видят боги, ее душа пела сейчас. Эрик тосковал по ней. Эрик – ее король, ее господин, ее мужчина. Она вздохнула мечтательно и обняла подушку. Будет день – будет пища…

Раннее утро было настолько свежим, что казалось, будто ночью прошла гроза. Солнце только-только взошло на небе, развеяв последние ночные тени. Тяжелый бархатный зной летнего дня, который окутает дворец через пару часов, пока не вступил в свои права, а прохладный ветерок мягко шевелил листву, вызывая легкую рябь.

В столь неурочный час большой двор в хозяйском доме был наполнен веселым смехом и гомоном. Праздничная охота будоражила сердца охотников, вызывая ажиотаж и нетерпение. Мужчины, облаченные в короткие замшевые камзолы преимущественно зеленых и коричневых оттенков, возбужденно переговаривались, натягивали луки и метали ножи. Дам, принявших участие в охоте, было немного: Тила в серой амазонке из сукна, отделанного серебристой нитью, несколько инда из ее окружения, Цисса в строгом камзоле без рукавов и белоснежной рубашке. Конечно же, Алира ни за чтобы не пропустила такое событие, а вчерашняя поздняя встреча с Эриком заряжала уверенностью! Но уверенность уверенностью, а к выбору костюма и прически она подошла с особой тщательностью. Темно-зеленые бриджи, плотно обхватывающие бедра, рубашка с брыжами, белоснежная, накрахмаленная, прекрасно сочетающаяся с черными кудрями. Волосы Алира решила убрать назад, открывая красивое лицо – пусть струятся по спине, перехваченные лентой.

Когда она спустилась, лучась довольством и весельем, то сразу же столкнулась с Брайном, который в красках поведал, как окончился вечер у них с Андрианом.

– Проводить меня, ха! Да это я, – он показательно ударил себя в грудь, – тащил соловья вашего до его опочивальни. Мы выпили не так уж и много, а он поднялся и упал!

– Думаю, нашего менестреля мы до обеда не увидим!

– Что-то я не вижу за твоей спиной лука, или ты в оленей кинжалы будешь метать? – добродушно поинтересовался Брайн.

– А зачем ей лук? – вмешался Дирик. – Она так и не научилась владеть им, – закончил, пуская стрелу в висящее на дереве яблоко.

Алира фыркнула и, запустив руку в его колчан, взвесила древко на ладони. Хороший баланс. Дирик протянул лук и указал на соседнее яблоко. Она прицелилась, но стрела, описав дугу, вонзилась в ствол.

– Я же говорил.

Алира взяла еще одну стрелу и снова прицелилась. Прикрыла глаза, пытаясь успокоиться и сосредоточиться. Прикосновение горячих пальцев через тонкую ткань рубашки вызвало дрожь. Алира обернулась. Эрик остановился сзади, поднял ей локоть, сделав руку продолжением стрелы. Его ладонь коснулась тонких пальцев, а губы обожгли шепотом ухо:

– Лови момент между ударами сердца. – Их пальцы переплелись, и они вместе натянули тетиву.

Алира замерла. Ее сердце, казалось, тоже остановилось. Она откинула голову и почувствовала мерный стук сердца. Эрик – вот он, живой и надежный, как скала. Ее жизнь брала отсчет внутри него. Алира отпустила стрелу и зачарованно смотрела, как та за считанные мгновения преодолела расстояние и вонзилась точно в цель.

Очнулась от оцепенения только когда рука, сжимавшая пальцы, исчезла. Эрик, облаченный в темно-зеленый замшевый костюм для верховой езды, уверенным шагом направлялся к гарцевавшему Ветру. Серебристый жеребец вскидывал свою благородную голову и умными глазами следил за приготовлениями. Грумы выводили господских лошадей из конюшен. Вот и Бана показалась.

– Некоторые стрелы всегда летят точно в цель, – философски заметила Брайн, хмыкнув в бороду.

Алира дернула плечиком, словно не замечая намеков, и поспешила к лошади. Тем более Бана нервно фыркала – она оказалась в опасной близости от Ветра, который снова начал пощипывать ей шею. Кобылица, в отличие от самой Алиры, если дает от ворот порот, то добиться ее расположения вновь сложно. В Роутвуде лошадей не разводят, но для себя выращивают отменных. Ветер – жеребец хоть куда, и потомство от него сильное и здоровое. Да как-то так случилось, что он или не отошел от случки, или перевозбудился, что собрался покрыть Бану, которая не «играла» и не готова была к оплодотворению. У той началась преждевременная течка, аппетит пропал – хлопот, в общем, прибавилось. Алира такой разнос устроила конюхам! А какой скандал Эрику! После этого случая у кобылы госпожи очень натянутые отношения с жеребцом господина.

– Но-но! – пригрозила пальцем Алира. – Оставь свой пыл для роутвудских кобылиц!

– Мне кажется, у них было бы прекрасное потомство, – заметил Эрик, остановившись рядом.

– Рыжие с серебристой гривой! – фыркнула Алира. Нет, они были совершенно не в масть.

– Зато темпераментные, быстрые и выносливые.

– Бана его терпеть не может!

– Она может перемениться, – шепнул он. Алира вспыхнула. На нее намекает что ли?!

– У него слишком много кобылиц, а она хочет быть единственной, – колко бросила Алира. Они сейчас вообще о лошадях или друг о друге? Но Эрик вопреки ожиданиям только улыбнулся. Он хотел что-то сказать, но звук рога оглушительно запел, извещая о начале охоты. Всадники прыгнули в седла и, пришпорив коней, галопом помчались за спущенными с повода собаками.

Алира любила охоту. Ей нравилось нестись во весь опор навстречу ветру, а азарт погони обострял чувства и щекотал нервы. Она действительно плохо обращалась с луком, а с мечом за оленем бегать было бы неразумно. Только длинный кинжал в изящных ножнах висел на поясе и приятно холодил бок. Метать его в оленей, как выразился Брайн, она не собиралась, но он давал чувство защищенности и причастности к общему действу.

Громкий лай разнесся по всему лесному массиву. Выставленные по такому случаю несколько самцов оленей, подняв острые уши, вскочили и кинулись вглубь чащи. Немедленно была спущена с повода очередная свора гончих, и псы с азартом кинулись по звериному следу. Охота началась!

Глава 12. Охота на деву, или Пари на несколько кинжалов

Привычную тишину леса сотрясал громкий гул голосов. Охотники обсуждали прошедшую охоту и наблюдали, как ловчие во главе с Дириком потрошат оленей, а внутренности кидают на славу потрудившимся борзым и гончим. Алира вместе с Тилой смеялась над Дино, пытавшимся разнять псов, жадных до свежайшей печенки. Правда, вместе с собачьим лаем и рычанием набирал обороты иной спор.

– Нет, достопочтенный господин Брайн, мой конь, – охотник указал на каурого мерина, – один из самых быстроногих жеребцов Сагенеи.

Брайн рассмеялся и заявил:

– Вы не правы, господин Марек, Андор – страна коневодов, и я готов биться об заклад, что мой вороной даст фору вашему мерину!

Син закатил глаза. У него после вчерашнего хмельного пира с Эриком ужасно болела голова, и поэтому спор о каких-то там конях казался ужасно глупым. Он бросил взгляд на старого друга, удивляясь, как тот, после всего выпитого, умудрялся выглядеть, как ни в чем не бывало. Или, может быть, «разговор», как выразился Эрик, с яркой красавицей Алирой выветрил весь хмель из него. Син улыбнулся собственным мыслям и решил заняться более приятным делом, а именно, созерцанием прекрасных дам, принявших участие в охоте. Стражница Цисса, строгая и неприступная, интриговала, очень.

А спор меж тем не утихал. Спокойный голос индара смешался с громким басом андорца. Брайн даже начал потрясать кулаками перед лицом Марека. Нужно срочно разрядить обстановку. Шепнув Тиле свою задумку, Алира спрыгнула с лошади и подошла к спорящим.