Оливия Лейк – Госпожа души моей (СИ) (страница 18)
– Ты скучала, Алира? – спросил тихо, тараня влажные складочки, неспешно проводя по промежности бархатной головкой.
– Да, очень.
– Взять тебя? – Он легко шлепнул ее по ягодице.
– Да.
– Так? – Он шлепнул еще раз и резко натянул ее на себя, крепко сжимая бедра.
– Да, – со стоном выгнулась Алира, отдавая себя в его власть. Эрик мог быть нежным и ласковым, мог быть страстным и нетерпеливым, или, как сейчас, строгим и властным. А она готова принять его любым. Готова любить его любым.
Движения, и без того резкие, сделались сильнее, на грани боли и наслаждения, а его руки не переставали поглаживать горевшую чувствительную точку, распаляя, подстегивая, смывая границы. Алира застонала, когда огонь, разгоревшийся между ног, заполнил все существо. Так, что на ногах держаться было невозможно. Эрик подхватил ее и повернул к себе, целуя губы, щеки, глаза. Алира улыбнулась, возвращая нежную ласку.
– Ты нет? – мягко шепнула, дотрагиваясь до твердой плоти. Они играли в эти игры, и правила Алира помнила. Сейчас ее время. Она обожала любить его губами. Его вкус, чувствовать его всего. И сейчас, когда Эрик, высокий, могучий, растянулся на мраморе, Алира распустила волосы, чтобы он мог зарываться в них пальцами, опустила голову к паху, вбирая его целиком, до основания. Эрик был возбужден до предела и, к сожалению, это не длилось долго, но излился он с довольным стоном, привлекая ее к себе, укладывая на себя, просто обнимая, поглаживая спину. Так бы и лежали, да время их утекало сквозь пальцы. Все сказки заканчиваются…
Глава 13. Странные мысли, сомнения и ностальгия
Алира, надев открытое легкое голубое платье, вышла из комнаты. Она обещала Самире, что после охоты они устроят в саду пикник. Нужно взять корзину с едой и не думать, совершенно не думать о том, что произошло четверть часа назад в спальне. Но образы сами то и дело вставали перед глазами, а сладкие моменты заставляли сердце биться с удвоенной силой. Она ведь так скучала по нему: по родным рукам, запаху, голосу. И Алира чувствовала, что тоже нужна ему, очень нужна. Что-то внутри него толкалось в нее, в самую сущность, смешивалось и радовалось, что добралось до искомого, родного, желанного. И в душе Алира торжествовала: его сила, магия индара, самая сильная и непредсказуемая стихия, сама жизнь выбрала ее! Признала и тянулась. Даже сейчас, когда их связи разорвали – разорвали ли? – его суть не отвергала Алиру. Вероятно, Самира объединила их так, что ничья воля не способна оттолкнуть друг от друга.
Алира приложила руки к горящим щекам. Оправдывать себя, конечно, хорошо, но… Какой стыд! Они не просто были вместе без брачных обетов, Эрик – муж другой женщины! Хотя ведь они тоже клятвами в верности обменивались… Алира приказала себе успокоиться и вести себя так, как раньше. Ведь ничего не изменилось, кроме крупиц счастья, которые они успели собрать при невероятных обстоятельствах.
Корзина для пикника была собрана, и в ожидании госпожи стояла на столике у входа. Алира схватила ее и вышла во двор. Звонкий детский смех сразу привлек внимание. Самира сидела верхом на Ветре, крепко держась за серебристую гриву. Эрик стоял рядом, одной рукой сжимая в руках поводья, другой придерживая спину дочери. Жеребец медленно перебирал копытами, устало прикрыв глаза. Галандиль стояла рядом и причитала о невероятной опасности такого развлечения.
– Мама, мама! – позвала Самира, перебираясь с крупа лошади на руки к отцу.
Алира приблизилась к ним, улыбаясь дочери и избегая взгляда бывшего мужа.
– Ты готова идти на пикник?
– Ага, и папа тоже!
Алира не знала, как объяснить, что это невозможно. В саду, как ей было известно, любила проводить время королева Наримель. И наткнуться на нее – это спровоцировать скандал.
– Детка, папа занят, – мягко коснувшись серебристых кудрей, сказала Алира. Самира тут же накуксилась.
– Ничего я не занят, – ответил Эрик, улыбаясь дочери. Теперь насупилась Алира. О чем он только думает?! Откуда такое пренебрежение к этикету и репутации?! Эрик понес драгоценную ношу в сад. Алире и Галандиль ничего не оставалось, как последовать за ним.
В тени, под ветвями пышного дерева расположилась шумная компания во главе с двухлетней малышкой. Галандиль и еще несколько инда, состоявшие при Самире нянями, спокойно вышивали, пока девочка показывала родителям, как научилась танцевать. В прежние времена Алира стремилась бы к уединению и приватности семейного отдыха – без придворных, компаньонок и лакеев, – но сейчас нагнала как можно больше народу, чтобы пикник не выглядел слишком уж интимно. Она сидела, как на иголках, переживала, что может оказаться в неприятной ситуации и что свидетельницей может стать Самира. Она совсем малышка, но иногда понимает гораздо больше, чем положено в ее возрасте.
Эрик же, опершись спиной о ствол дерева и вытянув ноги, наблюдал за веселящейся дочерью и был абсолютно спокоен внешне. Хотят он тоже думал. Думал о сладких губах ее матери, которая всеми силами пыталась сделать вид, что его не существует, или что он часть того дерева, к которому прислонился. Он прекрасно осознавал, что пошел против всех нравов и обычаев индаров. Эрик никогда даже предположить не мог, что в его жизни будет место супружеской измене, предательству. Но ведь и Алира не просто понравившаяся девица, она была ему женой! Женщиной, которая родила ему ребенка, которую признала его магия и Зачарованный лес. Да, то, что между ними произошло недопустимо в привычном понимании, но разве все, что случилось с ними за последние несколько лет, не выходило за рамки дозволенного и понятного?
Эрик поднял глаза, возвращаясь к действительности, и увидел, как Алира сооружает какую-то причудливую конструкцию из бисквита, сливок и фруктов.
– И папе тоже! – воскликнула Самира, восторженно глядя на пирожное.
Алира наконец подняла глаза на Эрика, который согласно кивнул, продолжая следить за ней из-под ресниц. Она не помнила, чтобы он когда-нибудь ел что-то подобное. Возможно, вкусы его переменились.
– Как тебе сделать? – указывая на продукты, деловито поинтересовалась она.
– Именно так, как ты недавно делала, – шепнул Эрик.
От двусмысленности ответа Алира выронила маленький нож, которым намазывала сладкое масло, и с укором посмотрела на Эрика. Он лишь приподнял бровь, будто удивляясь ее неловкости. Создавая видимость бурной деятельности и желая занять его, Алира взяла бутылку розового вина и, наполнив кубок, протянула Эрику. Он нежно коснулся ее пальцев, прежде чем принять напиток.
Алире было ужасно стыдно за то, что произошло, но не перед Эриком. Они были любовниками, потом супругами, между ними много чего было, и стыдиться его она давно перестала. Но сейчас каждое слово, каждый жест воспринимались интимнее, подчеркивая их связь. Ей казалось, что все давно поняли, что они совершили недопустимое, и шепчутся за их спинами. Хорошо еще, что его жена не гуляла сейчас в саду. Этого Алира точно не выдержала бы!
Тем временем Эдрик вместе с Лансилем пересекли сад, направляясь на звонкий смех. Эдрик был удивлен, что сестра проводила время в компании бывшего мужа. Он не винил Эрика в произошедшем, но прекрасно помнил, сколько слез пролила Алира из-за расставания с ним. То, что она все еще любит его – очевидно, но у этого чувства нет будущего, и Эдрику казалось безумием заново кидаться в этот омут. Он ощутимо напрягся, что не ускользнуло от Лансиля.
– Он хочет как можно больше времени провести с Самирой. Не надо его за это винить.
Эдрик про себя скептически хмыкнул. Еще на празднике он заметил, как Эрик пожирает глазами Алиру. Им явно движет не только желание побыть с дочерью!
– Отец разрывается между матерью и твоей сестрой, – будто читая его мысли, проговорил Лансиль. – Я бы никому не пожелал такого.
Эдрик участливо сжал плечо друга, и лицо его смягчилось. Он знал, как Лансиль любит мать, но и к Алире всегда относился тепло и с уважением.
Самира первая заметила любимого брата и дядю – оба они баловали ее нещадно – и побежала к ним, быстро перебирая маленькими ножками. Лансиль подхватил ее и понес обратно.
Алира искренне была рада их видеть – наконец-то компрометирующая ситуация станет чуть менее компрометирующей – и, улыбаясь, спросила:
– Ну как, вам понравилась охота?
– Понравилась, особенно завершение, – ответил Эдрик. – Что ты будешь делать со всеми этими кинжалами?
– Не знаю! Может, создам маленькую армию или продам, – в раздумьях пожала плечами Алира.
– Я знаю отличную оружейную лавку в Найте, если их предложить туда, ты станешь очень богатой женщиной, – улыбаясь, предложил Эдрик.
Ее развеселила мысль продать великолепные индарские кинжалы в небольшую лавчонку в Дадикане!
– А вы, милорд, уже рассчитались за проигранную скачку? – спросил Эдрик, указывая на лежавший рядом длинный охотничий кинжал.
Эрик приложил кубок к губам и, промочив горло, скучающим тоном ответил:
– Нет, у меня были неотложные дела после охоты.
Алира чуть не уронила бутылку вина и бросила на Эрика испепеляющий взгляд. Эти намеки предназначались ей, и она прекрасно понимала их значение. Будучи еще женатыми, он мог посреди вежливого разговора с советниками или послами с непроницаемым лицом сказать что-нибудь завуалированно порочное, заставляя Алиру сначала шокировано краснеть, а позже и самой отвечать в том же духе. Эта игра была особенно актуальна в их целомудренную помолвку. Эдрик, как и придворные в свое время, ничего не заметил и спокойно смотрел на короля, ожидая расчета.