Оливер Ло – Арсенал Регрессора. Том 3 (страница 18)

— Ты ведь не просто хранитель, — я обернулся, изучая съёжившуюся фигуру. — Ты мастер по обработке нефрита.

Хранитель медленно кивнул, и в его пустых глазницах мелькнуло что-то похожее на профессиональную гордость. Он чуть выпрямился, расправил сгорбленные плечи.

— Лучший за последние три тысячи лет, — в его голосе прорезались нотки достоинства. — Я вырезал печати для императоров, создавал погребальные маски для князей. Мои руки помнят каждый камень, который они касались.

Я подошёл ближе и наклонился к его уху. Мой голос упал до шёпота, пока я описывал форму, размеры, назначение того, что мне требовалось. С каждым словом Мэнрэйши вздрагивал сильнее, его треснувшая маска скрипела от напряжения. Когда я дошёл до материала, он издал сдавленный звук, что-то среднее между стоном и всхлипом.

— Это… это безумие, — выдохнул он, когда я закончил. Его глазницы расширились, пустота в них заклубилась тёмным туманом. — Ты понимаешь, что просишь? Такого не делал никто. Никогда. Даже если я создам подобное, куда ты собираешься с этим пойти?

Я улыбнулся, позволив молчанию повиснуть между нами на несколько ударов сердца.

— В покои Нурарихёна.

Восточный квартал Киото горел.

Валерий Шульгин двигался сквозь хаос, оставляя за собой дорожку из тел. Шестеро якудза-рейдеров лежали в переулке, их черепа были вскрыты с хирургической точностью. Ещё четверо догорали на крыше соседнего здания, жертвы украденного таланта пиромантии.

Коллекционер чувствовал себя прекрасно.

Калейдоскоп в его глазах вращался всё быстрее, впитывая новые оттенки. Талант Стальных Нитей занял своё место среди остальных, Кровавый Туман устроился рядом. Его тело переполняла энергия, хотя где-то на периферии сознания ныла знакомая боль: слишком много сил, слишком мало времени.

Но сейчас это не имело значения, он утолял голод.

Шульгин запрыгнул на крышу храма, и его глаза мгновенно засекли новую цель. Группа из двенадцати рейдеров в форме одного из якудза-кланов пробиралась через площадь внизу, используя демонов как прикрытие.

Добыча выглядела слишком лёгкой, и он уже приготовился к прыжку, когда воздух загустел.

Чёрные линии прочертили пространство, складываясь в иероглифы. Шульгин отпрянул, и там, где он стоял мгновение назад, возникла стена из застывшей туши, непроницаемая и абсолютная.

— Западный варвар.

Голос прозвучал со всех сторон одновременно. Шульгин развернулся и увидел его.

Кенширо Ямамото стоял на соседней крыше, его седеющие волосы развевались на ветру. В руке он держал гигантскую кисть, с кончика которой капала жидкая тьма. Вокруг Каллиграфа парили десятки иероглифов, каждый пульсировал сдержанной мощью.

— Ты убил много людей, — продолжил Кенширо. Его голос был ровным, но в нём звенела сталь. — Вскрыл черепа двадцати трём рейдерам. На моей территории.

Шульгин склонил голову набок, изучая противника. Калейдоскоп в его глазах вращался, анализируя ауру Японского Короля.

— Только якудза, — ответил он. — Как и договаривались с моим… партнёром. Ваших людей я не трогал.

— Каждый японец в этой стране, даже если он преступник, под МОЕЙ защитой! — Кенширо взмахнул кистью, и чернильный тигр размером с автобус прыгнул на Шульгина.

Коллекционер ушёл в сторону, активируя сверхскорость. Мир замедлился, и он видел, как когти тигра рассекают воздух в сантиметре от его лица. Телекинез швырнул его вверх, электричество ударило в чернильного зверя, заставив того рассыпаться брызгами.

Но Кенширо уже писал новый иероглиф.

«Огонь» вспыхнул в воздухе, и волна чёрного пламени устремилась к Шульгину. Он выставил барьер из Стальных Нитей, металл раскалился докрасна, потом добела, потом испарился.

Шульгин выругался и рванул в сторону дворца. Каллиграф последовал за ним, его кисть не прекращала движения.

— Ты не уйдёшь!

Иероглиф «Цепь» опутал ноги Коллекционера. Он упал, перекатился, и когти из тьмы впились в черепицу рядом с его головой. Электрический разряд разорвал путы, Шульгин вскочил и контратаковал.

Телекинез швырнул обломки крыши в Каллиграфа. Кенширо написал «Щит», и осколки врезались в невидимую стену. Стальные Нити метнулись к его горлу, но иероглиф «Ветер» отбросил их в сторону.

Они сражались, перемещаясь от крыши к крыше, оставляя за собой разрушения. Каждый удар Шульгина встречал контратаку Каллиграфа. Каждый иероглиф находил достойный ответ в арсенале украденных талантов.

Демоны разбегались с их пути. Низшие ёкаи визжали, попадая под шальные удары. Чернильные конструкции сталкивались с волнами телекинеза, электричества, огня.

Шульгин засмеялся. Он давно не чувствовал себя таким живым.

— Неплохо, Каллиграф! — крикнул он, уворачиваясь от чернильного дракона. — Твой мозг будет отличным дополнением к коллекции!

— Ты никогда его не получишь!

Кенширо написал иероглиф «Тюрьма», и стены из застывшей туши начали смыкаться вокруг Шульгина. Коллекционер ответил взрывом электричества, пробивая брешь, и рванул вперёд, прямо к дворцу.

Они оба приближались к центру Искажения.

Перед ними открылась площадь, где собрались сотни демонов из свиты Нурарихёна. Они и тэнгу, кицунэ и юки-онна, все обернулись на звуки битвы.

Шульгин не остановился.

Телекинез смёл первый ряд демонов, открывая путь. Стальные Нити обезглавили тэнгу, который попытался его перехватить. Электричество превратило они в обугленные статуи.

Коллекционер прорубался к дворцу, и Кенширо, преследуя его, вносил свою лепту в хаос. Чернильные конструкции сталкивались с демонами, иероглифы взрывались волнами разрушительной энергии.

Охрана дворца пала за считанные минуты, раздавленная между двумя монстрами.

Шульгин добрался до лестницы, ведущей вверх, к парящему зданию. Он уже занёс ногу на первую ступень, когда позади раздались крики.

— Ямамото-сама! Остановитесь!

Трое рейдеров из отряда Каллиграфа выбежали на площадь, их лица были бледны от ужаса.

— Там слишком опасно! Нужно перегруппироваться, войти отрядом!

Кенширо даже не оглянулся.

— Этот варвар осквернил мою землю, — его голос был холоден как лёд. — Он умрёт сегодня.

— Но Нурарихён! Его свита! Мы не…

— Оставайтесь здесь.

Каллиграф взмахнул кистью, и иероглиф «Полёт» вознёс его вверх, к парящему дворцу. Шульгин уже карабкался по невидимой лестнице, используя телекинез как опору.

Двое сильнейших Рейдеров, сшибаясь в воздухе, устремились во дворец Нурарихёна.

Глава 7

Четыре столпа

Коридоры дворца превратились в поле боя.

Шульгин и Кенширо врывались в залы, сокрушая всё на своём пути, и демоны гибли десятками, попадая между молотом и наковальней. Коллекционер швырял телекинезом обломки колонн, пока Каллиграф рисовал иероглифы «Клинок», и чернильные мечи рассекали воздух, настигая врага и случайных ёкаев одновременно.

Они пронеслись через пиршественный зал, где они пировали за столами, усыпанными человеческими костями. Валерий активировал Стальные Нити, и три демона рухнули с перерезанными глотками. Кенширо ответил иероглифом «Буря», чёрный вихрь смёл ещё пятерых, швырнув их в стену вместе с опрокинутыми столами.

Тэнгу попытался перехватить Коллекционера на лестнице. Шульгин уклонился от удара веером, и электрический разряд превратил демона в обугленный труп. Секундой позже чернильное копьё Каллиграфа пронзило кицунэ, метнувшуюся к его спине.

Они поднимались выше, оставляя за собой хаос и трупы.

Кенширо нарисовал иероглиф «Оковы», и чёрные цепи хлестнули по ногам Шульгина. Коллекционер споткнулся, но телекинез швырнул его вперёд, разрывая путы. Он приземлился на балкон, и его Стальные Нити метнулись к горлу Каллиграфа. Кенширо начертал «Зеркало», и металлические струны отскочили, срезая голову пробегавшему мимо они.

Иероглиф «Гром» взорвался между ними, оглушая обоих. Шульгин ответил волной телекинеза, и Каллиграф врезался в стену, проламывая её насквозь. Они вывалились в следующий зал, продолжая драться среди обломков.

Демоны разбегались с их пути, визжа от ужаса. Двое сильнейших рейдеров мира прорубались сквозь дворец.

Наконец они достигли тронного зала.

Массивные врата из чёрного дерева, инкрустированные костью, возвышались перед ними на три человеческих роста. Резные изображения демонов корчились на створках, их глаза следили за незваными гостями.

Шульгин и Кенширо переглянулись. Всего на мгновение, но этого хватило.

Телекинетический таран врезался в левую створку одновременно с иероглифом «Прорыв», который Каллиграф начертал на правой. Древнее дерево разлетелось в щепки, и оба рейдера влетели внутрь.

Но тут же замерли не в силах шевельнуться.