Ольга Вешнева – Любовь под кровавым небом. Часть 1 (страница 10)

Райли долго не мог уснуть после резкого пробуждения от кошмара, и поутру чувствовал себя невыспавшимся и несобранным – разбитым как случайно им уроненный горшок для пальмы.

Краткая подсказка из коммуникатора ничем не помогла.

“Райли, ты задал вопрос о ночных видениях. Возможно, тебе приснился неприятный сон, – оставил послание Варрен. – Да, не удивляйся. У тебя не заблокирована возможность просматривать сновидения. Часть эксперимента. Инопланетные ученые считают, что сны положительно влияют на развитие творческих способностей и стимулируют совершение научных открытий. Их не нужно бояться. Сны не могут навредить. Воспринимай их как малозначительные симуляции. Помни – что бы тебе ни приснилось, это не более чем гипертрофированное отражение твоих собственных визуальных впечатлений. Мы с Литаной не видим сны, а потому ничего не можем о них рассказать, кроме общедоступной информации”.

– Запас моих визуальных впечатлений ничтожно мал. И в обучающей инфосправке нет устаревших слов. Я впервые услышал их… во сне, – сказал Райли сам себе, отключив коммуникатор.

Еще одна странность, которую ему придется от всех скрывать. Еще одна причина для нарушения концентрации внимания, жизненно необходимого при первом полете.

Свободное время почти закончилось. Он больше не мог стоять возле айри, мысленно витая над горами и лесами глубокой древности. Ему придется залезть в кабину и рискнуть испытать себя в настоящем полете.

Нельзя опаздывать в офис корпорации, чтобы не нарваться на штраф. Нужно прибыть в сто седьмой сектор к началу рабочего дня.

Дверца кабины приветливо поднялась, сдвигаясь вбок. Райли пригнулся, чтобы не удариться головой, и забрался внутрь айри, занял свое место. Большое и мягкое кресло пилота прогнулось под ним, как будто стройный нелианский парень вдруг превратился в огромного толстяка с далекой планеты Пенерелл, жители которой едят чуть ли не беспрестанно в течение усредненных суток.

Кресло поерзало вправо-влево, попрыгало вверх-вниз. Райли терпел его выходки, не вмешивался в настройки системы, позволяя ей самостоятельно выбрать для него лучшее положение в пространстве. Он расслабленно полулежал, откинувшись затылком на подголовник, и ждал, пока его перестанет качать. Задумался о неудобствах жизни на планете Пенерелл и с радостью отметил для себя: как хорошо, что нелианцы питаются раз в сутки, перед сном. Кресло может его трясти, сколько понадобится для базовых установок. Тошнота ему не грозит.

В приятных раздумьях он сомкнул слипающиеся от недосыпа веки, и тут неугомонное кресло толкнуло подголовником в затылок, вынуждая посмотреть прямо перед собой. От лобового стекла к его глазам протянулись тонкие световые нити – измерительные линии для определения лучшего угла обзора. Звуковой помощник дважды пискнул. Кресло чуть просело вниз и расправило спинку. Больше оно не двигалось.

Сенсорная приборная панель засветилась разноцветными виртуальными кнопками. К сложенным на коленях рукам потянулся голографический штурвал, опутанный световой паутиной. На ней вместе мошек висели символы, обозначение которых пришлось спешно выуживать из памяти.

Автопилот не отозвался на сигнал активации. В голове всплыла неутешительная частица инфосправки: первый полет он должен провести самостоятельно.

“Ты все умеешь. У тебя получится”, – вложенная в память информация вторила его мыслям.

Райли рискнул всецело положиться на отработанные в инкубаторских симуляциях навыки. Уверенно коснулся приборной панели, законтачил правую руку с голографическим штурвалом и включил двигатель. Он дал красивой, комфортабельной и очень дорогой летающей машине время на разогрев, а самому себе – на сборку в единое целое разрозненных воспоминаний о том, как надо управлять айри в воздухе.

– Плавно поднимаемся вверх, – сказал он сам себе, потому что упрямая система отказывалась внимать голосу хозяина в его первом полете, и медленно потянул штурвал в направлении проплывающих над крышей айри длинных облаков с волнистыми краями.

Айри тонко загудел, по днищу прокатилась дрожь. Оторвавшись от площадки на крыше, мощный летательный аппарат качнулся. Райли успел ткнуть подпиленным когтем в значок стабилизатора. Один из вложенных в мозг навыков сработал на автомате, опередил волнообразное течение мыслей.

Первая задача решена. Темно-коричневый айри ровно висел над площадкой.

Вторая задача была сложнее: поднять его на допустимую для городского полета высоту, провести между вершинами черных небоскребов и аккуратно встроить в ряд воздушной трассы.

Райли знал: взлетать по вертикальной траектории нужно достаточно быстро, чтобы набрать минимальный коэффициент ускорения для продолжения движения уже в горизонтальной плоскости. Проще говоря, не успеешь резко набрать высоту – начнешь ее терять. А молодому нелианцу совсем не хотелось уронить айри на крышу и разгромить роскошное жилище.

Пришлось ухищряться с рывками штурвала вверх-вперед, широко распахнутыми глазами наблюдая за происходящим в кабине и снаружи. Приборная панель спокойно мерцала. Черные небоскребы за лобовым стеклом пока оставались на безопасном расстоянии. Райли видел их очертания в световой проекции из тонких линий и чувствовал в поле восприятия энергии.

Абсолютная энергопроницаемость – главное отличие обшивки городского транспорта от стен жилых домов и офисных или административных зданий. Пилот может импульсно прощупывать окружающий мир вокруг айри в рамках возможностей своего поля восприятия.

Райли чувствовал опасные препятствия и старался держаться от них подальше. Но это было не всегда возможно. На пути к воздушной трассе пришлось вписываться в пугающе узкий для неопытного пилота промежуток между двумя башнями-гигантами из черного искусственного камня с темно-серой металлоподобной облицовкой.

Следя за тем, чтобы не дрогнула рука, Райли загнал послушную машину в отмеренный датчиками угол вхождения в опасную зону и повел между небоскребами, проговаривая вслух: “прямо-прямо-прямо”. На выходе из темного “ущелья” он притормозил, во избежание столкновения и для обзора нового витка маршрута. Нужная ему воздушная трасса пролегала в стороне от небоскребов, прямо над морем. Самый удобный вариант для новичка. Лучше нельзя было придумать!

Осталось справиться с предпоследней для этого утра полетной задачей: воткнуть свой айри в стройный ряд железных сородичей. Не осмеливаясь пойти на риск, парень дождался промежутка в потоке и совершил второй по сложности на сегодня маневр. Как только темно-коричневый айри приблизился к впереди летящему черному, магнитно-силовые поля двух машин сцепились для удержания дистанции и взаимного равновесия. Встроенный в ряд айри фактически летел как на автопилоте. Его хозяин получил возможность дать отдых напряженным нервам и полюбоваться рассветной Мелменой, величественно возвышающейся над украшенными золотистым блеском волнами.

Нелианские глаза не болят и не слепнут от яркого света. Райли не нуждался в защитных линзах или затемненных очках, чтобы смотреть прямо на солнце планетарной системы. Режим зрения менялся в зависимости от интенсивности освещения. В отличие от первого дня, эта функция организма работала без сбоев и ухода в сканирующий режим.

Юный нелианец с каждым прожитым мгновением все лучше приспосабливался к жизни в мире под кровавым небом, и теперь мог в собственных визуальных впечатлениях отметить, почему инопланетяне наградили его родной мир столь зловещим прозвищем. Он видел небо от края до края морского горизонта, с обеих сторон ограниченного высокими и тонкими горами, хаотично растущими из недр планеты, как причудливые черные пористые грибы. И это небо выглядело так, словно по нему разлилась свежая кровь, – наверное, не только зверей и птиц, а всех живых существ планеты, в чьих венах и артериях она способна течь.

Время в полете пронеслось со скоростью света. Задумавшийся Райли едва не пропустил момент ухода с воздушной трассы. Краем глаза он заметил раскинутый блестящий парус на шпиле метеостанции – важный для маршрута ориентир. Включил сигнал-предупреждение для летящих впереди и позади него, активировал расцепку магнитных полей. Оба соседних айри отдалились, предоставляя ему больше места для маневра. Неопытный пилот не рискнул двигаться боком, он предпочел плавный разворот, благо дистанция позволяла, и направился к метеостанции.

Рекомендованная высота проходила под огромным “парусом”. Отклоняться от маршрута было запрещено. Темно-коричневый айри на минимальной скорости проплыл по воздуху рядом с тонким шпилем. Дальше лететь стало проще.

Новый сотрудник “Талэйри” все же опаздывал. Его более расторопные коллеги уже заняли свои рабочие места в главном офисе корпорации, поэтому воздушный путь оказался свободен.

“Мозг” корпорации, главной специализацией которой значилось использование биотехнологий, базировался в сердцевине промышленного сектора номер сто семь, на приличном отдалении от жилых домов. “Талэйри” после катастрофы с извержением вулканов приобрела у государства просторные участки с почвой худших категорий: от глинистых, вязких после дождей, холмов до выгоревших торфяных болот. Остатки торфа хитроумные дельцы продавали растительноядным инопланетянам втридорога как редкий ценнейший ресурс для выращивания урожая. Темно-серая глина отвратительного качества тоже куда-то улетела и где-то там, далеко за пределами родной атмосферы, она превратилась в фигурную плитку для украшения садовых дорожек, расписную посуду, цветочные горшки и сувениры.