Ольга Вешнева – Избранный (страница 5)

– Честно, я искал Великую Мать, чтобы покончить с ней раз и навсегда, прекратить войну, – Грейсон погладил мои пальцы. – Я готов был прыгнуть в огонь, но, несмотря на все старания, мне так и не удалось добраться до королевы ифери. Мой план раскусили. Враги меня поймали и пытали. После долгих мучений мне удалось сбежать от них и скрыться в пустыне. Не знаю, сколько иферийских суток я скитался по бесплодной пустоши. Мне с трудом удалось выжить. Я добрался до военной базы, угнал боевой корабль и влетел в портал.

– Грейс, я помню, что было дальше, – я накрыла его руку своей и улыбнулась, смотря ему в глаза сквозь заволокшую взор мутную водянистую пленку непролитых слез.

– Повезло, что ты с друзьями охотилась в долине, – голос принца ифери зазвучал бодрее и, кажется, счастливее. – Это ведь не была случайность?

– Отчасти, может быть, и нет, – смахнув ресницами предательскую влагу, я призадумалась, а стоит ли рассказывать ему о странном сне.

Решила отложить этот разговор на потом.

– Люди бы сказали, между нами возникла мистическая связь. Удивительно, что ты почувствовала меня сквозь пространство и время. Далекие миры нас не разъединили, – Грейсон отвел руку, разлучив наши пальцы, оперся на кровать и привстал.

– Как ты себя чувствуешь? – я помогла ему сесть, подложила подушки под спину.

– Ужасно голоден, – в потемневших глазах моего ручного монстра хищно блеснули красные огоньки.

– Я позову Арсения и попрошу найти для тебя еду, – услышав где-то далеко внизу голос друга, я подошла к двери и громко крикнула. – Арс, подойди сюда! Ты нам нужен!

– Пара минут, и я к вам поднимусь, – снизу прогремел ответ.

– Грейс, я надеюсь, ты не будешь на меня сердиться за то, что не сохранила при себе твой чудесный подарок, – мне захотелось поностальгировать вместе с ним и вернуться в день совершеннолетия на берег живописного озера. – Здесь бы он пропадал без дела. Я подумала, пусть лучше он дарит счастье и уютное тепло малышке Дафне, чем одиноко пылится в углу нового убежища.

– Эмбер, я не понимаю, о чем и о ком ты говоришь, – Грейсон свел густые темные брови к переносице и озадаченно качнул головой. – Какой подарок? Разве я что-то дарил тебе? И кто такая Дафна?

– Не пугай меня, – я нервно поежилась. – Если это шутка, то для них сейчас неподходящее время.

– Ифери не склонны шутить, – Грейсон оставался невозмутимо серьезным. – Люди бы сказали, что у нас проблемы с чувством юмора. Но у меня, похоже, другая проблема. С памятью.

– Постарайся вспомнить, пожалуйста, – умоляюще произнесла я, балансируя на грани отчаяния. – Ты подарил мне на день рождения плюшевого медвежонка. Я отдала его маленькой Дафне, внучке оружейника Тодда, которого убили мародеры. Девочку взяла на воспитание Бетани. Ее ты тоже не помнишь?

– Не-а, – Грейсон заложил уши.

– Добрая женщина в годах… Ее муж был священником, и он погиб в первый год войны с вами, – в мысленном взоре предстала приветливо улыбающаяся Бетани. Она помогала крошке Дафне спуститься с крыльца, держа за маленькую пухлую ручку. – Грейс, ты вылечил ее от рака. Дал моей подруге Динаре свою кровь и слюну, чтобы та сделала лекарство для Бетани, и оно реально помогло. Неужели ты совсем ничего не помнишь?

– Эмбер, я мало что помню о том, как жил на твоей планете до возвращения в родной мир, – признался ифери, не расправляя заложенных ушей. – Возможно, на моем состоянии отразились последствия крушения корабля. В мозгу плавают рваные обрывки, и в них нет ни Дафны, ни Бетани, ни набитого ватой медведя из искусственной шкуры.

“Нашего поцелуя в них тоже не найти. И твоего признания в любви”, – горестно подумала я.

Мой маленький мир, полный светлых надежд и душевной гармонии, рухнул в неизвестный по счету раз.

То, чем я дорожила… То, что поддерживало мое стремление к победе над захватчиками… То, что помогало хоть как-то держаться на плаву… Это все улетело в бездонную пропасть из ночного кошмара.

– Расскажи, что ты помнишь, – я едва сдержалась, чтобы не продолжить: “о нас”.

– Помню, ты спасла меня, вытащила из мельницы с мертвыми человеческими телами. Ты помогла выжить. Дала мне имя как высшая самка, – Грейсон распрямил уши, повернулся и сел на кровати, спустив босые ноги на пол. – Я был в долгу перед тобой, и потому начал сражаться на стороне людей.

“Вот, значит, в чем дело! В чувстве долга, а не в чем-то большем – нежном, романтичном”, – у меня внутри все закипело, и я не знала, на кого должна злиться: на Грейсона или на глупо-наивную себя.

А может ли всему виной быть авария, из-за которой Золотой Принц позабыл самое важное между нами. Крушение корабля оборвало связующую нас нить, или же та всегда существовала лишь в мечтах восемнадцатилетней фантазерки, гордо называющей себя защитницей мира людей?

– Ифери увидели во мне претендента на власть в захваченном мире, – продолжал Грейсон, не замечая смятения человеческой девушки, не чувствуя ее душевных терзаний. – Сородичи много раз покушались на мою жизнь. Знаю, они не остановятся, пока я не разрушу насквозь прогнившую систему. Я дал себе и тебе клятвенное слово, что расправлюсь с королевой-отступницей, предательницей собственного сына. Но все, чего я сумел добиться – унести лапы с родной планеты.

– Ты вернулся живым. Это самое главное. В погибающем мире нет ничего важнее жизни. Если все умрут, некому станет его спасать.

Я беспокойно прошлась по комнате, силясь вернуть контроль над разбушевавшимися эмоциями. Увлеченная переживаниями, не услышала шагов поднимающегося по лестнице Арсения, или в нем прочно укоренилась привычка всегда и везде ходить бесшумно, как при вылазках в стан врага. Мне чуть не прилетело дверью по лбу, в последнее мгновение успела отклониться назад.

– Звали? – Арс окинул меня встревоженным взглядом, придирчиво уставился на Грейсона, потом снова посмотрел на меня – с вниманием и сочувствием. – Ты в порядке?

– Я, – слегка растерялась, потому что ждала, что он спросит о самочувствии принца ифери. – Да. Со мной все хорошо.

– А с ним? – теперь он “вспомнил” о Грейсоне. – Вижу, ему намного лучше.

– Он пришел в себя и раны зажили, – я сняла с уха ифери отклеившийся пластырь, – но есть проблема. Частичная потеря памяти. Думаю, из-за сильного удара по голове при крушении корабля.

– Я-то чем могу помочь? – Арс округлил глаза в искреннем удивлении.

– Скажи, у нас в запасе осталось мясо?

– Вяленое. И немного копченых ребрышек.

– Ему нужно сырое мясо, – уточнила я. – Свежее.

Арс подошел к окну, приоткрыл штору и кивком указал на темную, угловатую от высоких елей полосу под тусклыми звездами в быстро светлеющем небе.

– До леса рукой подать, – он оглянулся на Грейсона. – Видишь сосны и елки? Там бегает дичь.

– Я пока еще слаб для охоты, – устало сказал Грейсон, – и не готов к трансформации тела в боевую форму.

– Ладно, сделаю одолжение, – друг согласился помочь с добыванием еды для пришельца. – Возьму карабин и порыскаю по ближайшим окрестностям. На днях видел большого толстого енота. Он ошивался у гаражей, повалил мусорный бак. Значит, живет где-то рядом, сегодня тоже может прийти. На соседнем участке месяц назад под бытовкой жили хорьки с выводком. Надо посмотреть, убежали они или все там сидят.

– Не стану я есть хорьков и енотов, – Грейсон брезгливо повел носом. – Ты бы еще предложил вонючего скунса.

– А чем плох скунс? – язвительно усмехнулся Арс. – Малость вонюч, но зато не ядовит.

– Нет!

– И какие, интересно знать, тебе нужны деликатесы?

– В лесу живут лоси и кабаны. На заброшенных фермах сохранился одичавший скот. Я хочу, чтобы ты добыл молодого оленя или нежного молочного ягненка.

– А я хочу жареную осетрину с черной икрой. Случаем, не найдешь для меня, когда мозги на место встанут? Все. Точка. Базар окончен. Удастся мне подстрелить зайца – считай, тебе повезло. Попадется хорек или опоссум – значит, это судьба. Ты у нас в гостях, а не наоборот. Будешь жрать что дают.

Арс вышел на лестницу, зло хлопнув дверью.

Я осуждающе посмотрела на Грейсона, и тот молча повесил уши под строгим взглядом. Стоило мне собраться с духом и мыслями, чтобы прочитать ему длинную мораль и напомнить о правилах хорошего тона, как нас отвлек доносящийся снизу хохот.

Ребята ржали табуном диких мустангов. Арсений решил показать им небольшой спектакль вместо того, чтобы нормально все объяснить.

– Моя бабушка любила смотреть слезливые телесериалы про печали богачей из жарких тропических стран. У нас разыгрывается похожий сценарий.

“Ах, мой ненаглядный Педро, – взвыл Арс, подражая женскому голосу. – Неужели ты разлюбил свою Марианну? Что же с тобой случилось? Почему твои пылкие чувства внезапно охладели и сейчас ты смотришь на меня, как домашняя капибара на новый шкаф?!”

“О, моя прекрасная Марианна, – он загудел фальшивым басом. – Я не узнаю тебя, дорогая! Случилась настоящая трагедия! Непоправимая катастрофа! Вчера я упал с подножки трамвая и мне отшибло память. Увы и ах, я ничего не помню о нашей сказочной любви!”

– Встречайте пояснительную бригаду, – Арс вернулся к родному голосу, подводя итог. – В роли Марианны выступает наша несравненная Эмбер. А роль дона Педро играет ее инопланетный прынц. Да, прикиньте, мальчики и девочки, он тоже потерял память от удара по голове, и, кажется, вдобавок тронулся умом.