Ольга Сурмина – Некрасивая (страница 74)

Без людей.

Одна из дверей была слегка приоткрыта, и из неё виднелся мягкий приглушённый свет. Серверная.

Наверно, здесь стоило повернуть назад, но Дора продолжала стоять. А потом, зачем-то, тихо шагнула вперёд. «Я просто посмотрю, кто там» — подумала она, пытаясь взять себя в руки и унять частое сумасбродное дыхание.

В тени слабой белой лампы по крошечному помещению расхаживал высокий человек. Сперва девушка раскрыла рот от удивления, но потом резко его закрыла и проглотила очередной ком. Он не был похож на себя прежнего. Скорее на блеклое, пугающее отражение старого мистера Анселла. Рукава были высоко подкатаны, волосы чуть взъерошены. Они свисали по обеим сторонам от лица, закрывали собой глаза, на которые были надеты треснутые прямоугольные очки.

Он что-то искал. Очень тщательно и практически истерично. Перебирал бумаги, а потом небрежно комкал их и швырял в сторону, скрепя зубами. Мисс Ильдаго не понимала, пьян он, или же нет. Или попросту не в себе. Она боялась подать голос, боялась шевельнуться, слишком уж гулким казалось эхо темного коридора.

В конце концов пресловутая дверь скрипнула и медленно открылась. Анселл замер, а потом с пугающим видом повернулся к выходу.

— Добрый, — Дора криво улыбнулась и принялась нервно хлопать глазами. — Добрый вечер. Господин Анселл, я просто… Просто шла мимо, а потом увидела вас тут. Вы… Как вы себя чувствуете после всего? Вы были в полиции? Вам нужна помощь?

— А я похож на кого-то, кто намерен запрашивать помощь? — он легко, всего на полсантиметра вскинул брови. — Что ты здесь забыла? В такой час.

— Я просто… просто, — она не нашлась, что ответить. Бесцельное сидение в пустой студии — плохое оправдание даже для отчаянных. — Просто разнервничалась после всего. Живот прихватило. И не получалось… домой уйти. А вы? Вы… что-то ищите?

Он действительно что-то искал, и мисс Ильдаго уже пожалела, что спросила его об этом. Вряд ли Джерт что-то обыкновенное в глухой темноте, под покровом ночи.

— Я тут подумал, — взгляд становился жутким. — Я не намерен тонуть. Как бы там ни было. Я не собираюсь сливаться просто потому что этого захотел какой-то урод. Если я покину страну, то только по своей воле. Наши, можно сказать, коллеги, этажом выше, держат снаружи несколько частных камер наблюдения. Они не будут против, если я возьму у них копии вчерашнего дня, просто я не намерен ждать до утра.

— Вот… вот оно что, так у вас есть доказательства! — Дора облегчённо улыбнулась. — Как замечательно! Вы можете приложить их к делу в полиции!

— Могу, — мужчина пугающе улыбнулся и склонил голову в сторону. — Я так и хотел сделать, приложить наружную запись и внутреннюю, где сохранился весь наш диалог в коридоре. Я намеревался сделать это сейчас, пока запись не переписали новые данные. Я покопался и… нашёл, только не совсем то, что искал изначально.

— Да? А что вы ещё нашли? — всё внутри, почему-то, резко напряглось и отяжелело. Ладони моментально повлажнели, челюсти сжались, прямо как перед экзаменом.

— Дора, — шеф чуть прищурился, и треснутые очки блеснули в тусклом белом свете. — Моя маленькая миленькая дура Дора. Я до сих пор не понимаю, взял я на работу кучу заказов или мешок проблем?

— Вы это о чём? — голос дрогнул.

— Это ты его пригласила. Этого урода. С которым я вынужден был быть этичным, чтобы оставаться приличным человеком. Или чтобы продолжать делать вид, что я остаюсь человеком, — улыбка стала ещё шире. — Ты этому уроду навешала, что Селену нужно от меня убирать, любым способом, потому что та якобы страдает и не может никому об этом рассказать. «Пришелец» — идиот, ему только дай повод побыть героем. А ты решила, что его узколобие можно с большим удовольствием использовать.

Она со вздохом отступила на шаг назад. По спине пополз внезапный холод, усталые ноги стали ощущаться как две стальные плиты.

— Я просто хотела поддержать Селену. Я просто…

— Ой, вот только не надо этого всего, не надо, я не настолько выжил из ума чтобы всерьёз выслушивать твои оправдания, — похоже, за стёклами очков Джерт закатил глаза. — Ты думала, ты умнее всех здесь? Хитрее всех? Боже. Я бы подумал, что ты интересный противник, если бы у тебя хватило ума не трепаться о своих намерениях в студии среди своих подружек. Тогда я спустил тебе это с рук, хотя мне досаждало твоё внимание. Ты моим великодушием не воспользовалась, так что теперь… останешься без работы. Без обид.

— Что? — у девушки задрожали губы. — Она не нуждалась в вашем внимании. Она не нуждалась… в вас. Поэтому я…

— Да? А ты нуждалась? — Анселл игриво вскинул брови. — Считаешь это достойным оправданием? Делать выбор за людей и выставлять это как благодетель?

— Так ведь вы занимаетесь тем же самым, — Ильдаго прищурилась, хотя ресницы дрожали. — Методично продавливаете объект симпатии, и если бы у вас всё получилось, вы бы выставили это как благодетель для вас обоих. Только вы типа хороший, а я — плохая!

— Я никогда не говорил, что я — хороший, — мужчина вновь жутко раскрыл глаза. — И я не питаю иллюзий насчёт того, кто я, и что я делаю. Я — не романтический герой. И никогда им не был. Я знаю цену своим действиям, я допускаю, куда мои действия в плохом сценарии могут привести. Но у меня одна жизнь. И я бы не простил себе, если бы не попробовал. Ты такая же? Мне жаль. Сегодня твои действия тебя похоронили, и если ты не была к этому готова — ты дура. У меня всё. — Он отвернулся, продолжил перебирать бумаги с датами, которые, как оказалось, были пустыми упаковками от дисков серверной.

— Мистер Анселл, — уголки губ поплыли вниз. — Я тоже не могла не попробовать.

— Понимаю, — он вновь жутко улыбнулся. — Я, в общем-то, был готов стерпеть многое. Твою навязчивую симпатию, от которой я не знал, куда деваться. Твоё влияние на коллектив, которое его разобщило. Даже твои попытки повлиять на меня изве. Но я никогда не стерплю попытку расколоть меня с женщиной, которую я люблю, — он опять склонил голову в сторону. — И не прощу хамство в её сторону. Ты мало того что привела на съемки этого урода, ты… посмела ей хамить. Посмела обвинять её, расстроить её.Унизила её перед коллективом. Дора, мне насрать на твои оправдания, я не хочу тебя больше видеть. Наше сотрудничество завершено. Попробуй постучаться в агентство к Говарду, уверен, его парни подвинутся ради тебя. Если наш белый рыцарь, конечно, поступится своими принципами ради своей внезапной преданной помощницы.

— Селена уволится, — прохрипела Ильдаго. — Скорее всего, после того что было… она уволится. А без меня у вас может возникнуть кризис. Наверняка новость о вашей драчке уже разлетелась на весь город. С вами многие откажутся сотрудничать. Мы… мы нужны друг другу, Джерт. Хотя бы в условиях кризиса. Селены не будет. Вам больше некого от меня защищать.

— Даже если уйдёт, — мужчина оскалился. — Думаешь, я буду продолжать сотрудничать с той, кто так о ней отзывалась? С той, кто спровоцировал её уход? Да пошла ты.

— Она вас не любит! — рявкнула Дора. — Очнитесь наконец! Вы не нужны ей!

— Пусть так, — Анселл прищурился. — Но я всё равно не позволю её унижать. Любит она меня или нет — не важно. Я никому не позволю её унижать. Сегодня ты перешла черту, булочка. Катись отсюда.

— Я слышала, раньше. Раньше вы тоже не считали её привлекательной, — девушка зажмурилась и опустила голову. — А теперь…

— Я случайно столкнулся с ней очень близко. Меня забавляла её реакция. Меня восхищала её реакция. Её стойкость. Меня задевало, что я быстро стал для неё никем. — мужчина опустил голову. — А потом её тело стало казаться для меня красивым. Не внезапно. Сперва это был почти что импульсивный фетиш. А потом… я адаптировался. Как называется, когда обстоятельства вынуждают тебя заметить человека? Ты его замечаешь, и смотришь на него под другим углом. А потом начинаешь его хотеть. И физически, и отношений с ним. Наверно это влюблённость. Я влюбился как школьник. Но. Не сложилось, — он сжал кулак. — Дора, уходи отсюда. Уходи, или я опубликую тот спектакль, который ты сегодня устроила перед моими сотрудницами. Тебе всё ещё не плевать, что о тебе думают люди? Тогда убирайся. Дальше мы сами по себе. В кризисе или вне его.

Датчик сейсмоактивности

Селена больше не реагировала на звонки, хотя за день слышала их не меньше десятка. Кто ей звонил — она не знала, но знала, что это были номера из контактов. Быть может, Бьянка, быть может, другие коллеги, с которыми теперь не хотелось пересекаться. После всего единственное, что девушка собиралась делать — это вид, заснула, исчезла, испарилась, или может вообще умерла. Хотя бы один день. Пока не получиться снова себя собрать, пока не выйдет говорить с ними без волнения, без оправданий.

«Не знаю, как буду это всё разгребать, но, наверно, как-нибудь разгребу» — грустно размышляла она, пока собирала чемодан. Иногда землю под ногами потряхивало, но будучи в Японии уже довольно давно, мисс Бауэр к этому привыкла. Токио редко встряхивало сильно, и ещё реже здесь рушались здания. Пока она жила здесь, не встретила ни одного случая обрушения, даже на границе города в старых районах.

В какой-то момент раздался тихий щелчок — толчки стали слишком сильными, сработал автоматический газовый клапан с сейсмодатчиком. Девушка напряглась и села на кровать. Над головой раскачивалась лампа, становилось слегка волнительно. Должно быть, это одно из самых сильных землетрясений среди тех, которые ей удалось здесь застать.