Ольга Сурмина – Некрасивая (страница 75)
Внутри не было ничего. Ни страха, ни надежды, ни… мыслей. Отсутствующими глазами Селена осматривала комнату, к которой привыкла, которую уже успела полюбить.
Наверно, это очевидный итог. Итог, который диктовал ей вернуться домой, в США. Как бы теперь не повернулась судьба, ей не хотелось работать с мистером Грином. Не хотелось, и всё тут, хотя не так давно она считала его своим другом.
Доверие рассыпалось к нему ещё там, в больнице. А затем треснуло уважение. «Я понимаю ваше желание выглядеть хорошим, мистер Грин. Но я вам больше не верю. Простите» — бормотала она себе под нос. «Не верю».
К мистеру Анселлу она тоже не знала теперь, как относиться. Давно пора было разрубить странный узел их взаимоотношений, или же затянуть его потуже — вступить с ним в отношения. Однако, после всего, что видели коллеги, девушка не хотела больше с ними пересекаться. А своего работодателя… она попросту боялась. Его оскала, его кулаков. Невменяемой сырой жестокости, которая всегда пряталась под отглаженным приличным костюмом.
На самом деле эта жестокость читалась в нём давно, везде. В маленьких мелочах, которые мисс Бауэр упорно не хотела замечать. В его перманентном давлении, в абсолютном нежелании слышать и принимать отказ, пока тот не переходил в истерику.
Он такой — какой есть. Джерт Анселл. Выдрессированный на механическую вежливость, на тотальную стрессоустойчивость, на уважительность… монстр. Монстр, который любит себя навязывать, любит чувство обладания, присвоения, а ещё любит секс.
Теперь мисс Бауэр казалось, что когда она видела его, в прошлом, мягким, добрым, понимающим… она смотрела на него сквозь толстые розовые очки, в которых было как минимум двадцать диоптрий.
Реальный Джерт сильно отличался от Джерта из фантазий. Селена знала, что так будет, но не знала, что контраст будет столь разительным. Однако даже с таким Джертом она в какой-то момент… размышляла попробовать. Несмотря на всё, что было, несмотря на всё, что есть. Почему — сама не знала. Себе говорила, потому что он, мол, не такой уж противный, что он — шеф студии, из которой она не хотела уходить. А на самом деле?
Девушка потупила глаза.
Кто в здравом уме спать с человеком, который унизил? Смотрел с такой брезгливостью, с какой смотрят ипохондрики на дождевых червей? Наверно — никто. Значит она — не в здравом уме. Давно.
С одной стороны Селена радовалась, что на эмоциях гнева и страха у неё наконец хватило сил закончить этот вечный хоровод медленных догонялок. С другой — ощущала необъятную пустоту, и надеялась что та, со временем, пройдет.
Как ни странно, подземные толчки не угасали, а только усиливались. Дрожала мебель, скрипела кровать, лампа раскачивалась всё сильнее. Постепенно мисс Бауэр начала замечать, что нервничала всё больше, пока снаружи мигали вертикальные билборды.
Вскоре в дверь раздался оглушительный резкий стук. Девушка едва не подпрыгнула на месте, подниматься с кровати при такой тряске было попросту страшно, но она, всё же, поднялась.
На пороге стоял худой высокий японец. Он заметно нервничал, но всё равно вежливо поздоровался и начал что-то быстро тараторить, указывая на дверь соседней квартиры.
Асфальт вокруг ходил волнами. Люди сидели, держались за деревья, озирались вокруг. Даже местные не привыкли к столь сильной тряске.
Селена впопыхах достала смартфон, включила на нём переводчик и поднесла к мужчине. Сперва тот озадаченно вскинул брови, но потом кивнул сам себе и начал говорить сначала. Его монолог длился достаточно долго, мисс Бауэр дважды чуть не упала, держась за дверной косяк, но всё равно продолжала записывать. Когда мужчина закончил, она поднесла телефон к лицу и принялась читать:
«Здравствуйте, извините. Справа от вас живёт молодая девушка, студентка, похоже сейчас её нет дома. Судя по запаху, сейсмический датчик на её газовой трубе не сработал, в мою вентиляцию наносит запах газа. Я уже вызвал газовую службу, но боюсь, сейчас они не смогут сюда добраться. Нам стоит срочно покинуть квартиры, пока не случилась беда. Соседей я уже предупредил».
Он выжидающе уставился на мисс Бауэр.
— А как же… как же мои вещи? Я почти собрала чемоданы, — стала говорить она, словно японец мог её понять. В тот же момент в нос ударил тот самый запах газа, и Селена шарахнулась. — Ладно. Ладно… знаете, я поняла, хорошо, спасибо. Идёмте отсюда. — Она схватила ключи, захлопнула дверь и ринулась вниз по лестнице, вцепившись в железный поручень.
На улице было совсем неспокойно. Здания ходили ходуном, люди буквально приросли к фонарным столбам. Поезда остановились, автомобили сбились в строгие неподвижные пробки. Вокруг раздавался гул трясущейся земли, этот гул гулял здесь эхом на многих километрах.
Мисс Бауэр не знала, куда себя деть. Заметила, что прохожие забегали в придорожное кафе на случай обрушения билбордов и ринулась за ними. Во время сильных землетрясений одним из основных пунктов техники безопасности была строгая рекомендация оставаться дома и куда-нибудь лечь. Ведь при обрушении здания у человека будет гораздо больше шансов выжить, если тот будет находиться у себя дома, под потолочной бетонной плитой, а не будет стоять на асфальте посреди дороги прямо под каменным дождём.
Уже подходя к кафе Селена услышала, как за спиной раздался оглушительный хлопок. Она в очередной раз вздрогнула и нервно обернулась. Глаза раскрылись сами собой, губы задрожали, сердце рухнуло куда-то к желудку.
Улицу моментально заволокло сизым вонючим дымом. Люди бежали прочь от злачного места, вскрикивали, хватались за стены. Среди этих людей Селена узнала того японца, который предупредил её об утечке газа.
Мокрая от холодного пота рука сжимала один лишь пресловутый смартфон с двадцатью восемью процентами зарядки. Пульс стучал в ушах, горло начинало жечь от продуктов горения.
Через пару секунд она всё же вошла в кафе, где на полу сидело множество испуганных лиц. Дыма снаружи становилось всё больше, но он не проникал внутрь. Она пристроилась неподалёку от входа, начала сходу звонить Бьянке, но та не брала трубку. Затем Эви — и вновь молчание.
Небо медленно темнело, и на его фоне становились всё менее заметными дрожащие свечки. Бесчисленные окна в этих свечках постоянно мигали. Приближалась ночь.
Время шло, а никто так и не брал трубку. Что в панике землетрясения, в общем-то, ожидаемо, но всё равно страшно. Особенно если смотреть при этом, как постепенно садиться аккумулятор телефона. Кому звонить, куда идти, девушка не знала, чувствовала лишь волны страха, которые холодом расползались по телу. Начиная с головы, заканчивая кончиками пальцев.
В какой-то момент всё внутри и снаружи начало затихать. Тряска медленно прекращалась, дребезжание, бесконечный звон кофейных чашек, которые бились друг о друга в несчастном кафе. Люди постепенно вставали со своих мест, настороженно прислушивались, но, как ни странно… быстро расслаблялись.
Отряхивали колени, смотрели на часы, переговаривались. Кто-то даже заговорил с официанткой. Селена не понимала, о чем был разговор, но судя по кивкам на кофемашину, незнакомец хотел заказать кофе.
Сизого дыма на улице не становилось меньше. Но на место уже подъехали пожарные, спасатели, газовая служба. Мисс Бауэр грустно смотрела сквозь стекло, сквозь толщу ядовитого тумана и не могла заставить себя выйти наружу.
Зачем, собственно, выходить? Она ведь понятия не имела, куда теперь идти. Девушки не брали трубку. Прийти к кому-то из них домой без предупреждения? А они… смогут её принять? Денег с собой у Селены не было, был лишь разряжающийся телефон и страх перед наступающей ночной тьмой.
Перспектива провести ночь на лавке совсем не радовала. Особенно если учесть, что утром проблема не решится. Утром придется думать, где провести следующую ночь.
И что делать дальше.
Угрюмо повесив нос, мисс Бауэр всё-таки вышла наружу и на ватных ногах поплелась в сторону работы. Даже если там сейчас никого нет… там, хотя бы, над головой будет крыша. В кулере вода, а в шкафчиках печенье и растворимый кофе. Офисный стул — намного лучше лавки посреди города. Теплее и безопаснее.
Ноги ощущались мягкими, как пластилин, в ушах глухо колотилось сердце. Почему-то ей было безумно страшно встретить после всего мистера Анселла или кого-то из его приближённых, например, Айзека. Что они теперь о ней думают? Как… будут реагировать на её внезапный приход, когда она обещала уйти и больше не возвращаться?
«Глупо получилось» — девушка съежилась, неловко зажмурилась и поджала губы. «Надеюсь, меня там не съедят. Боже, хоть бы не съели».
К дверям офиса она дошла уже тогда, когда на город опустился плотный сумрак. С неба сыпалась густая мга, из-за неё мисс Бауэр успела прилично намокнуть. Так сильно, что одежда начинала прилипать к телу. Сезон дождей и землетрясение… плохо между собой сочетались.
К счастью, в офисе никого не было. Фотограф отперла пустую осиротевшую студию и устало вошла внутрь. Отчего-то не хотелось даже включать свет, словно он мог привлечь чьё-то ненужное внимание, хотя в помещении даже не было окон.
Она устало села на ближайший случайный стул. Замученный стрессом взгляд на мгновение стал пустым.