Ольга Соловьева – Кататимно-имагинативная терапия. Примеры сессий Деньги: Мотивы хранения и накопления (страница 6)

Никита: Привычка. Старая привычка — сначала заплатить за квартиру, закупиться продуктами, закрыть какие-то срочные дыры, а потом смотреть, что осталось. Обычно ничего не остаётся. Нужно сделать наоборот, но это страшновато: а вдруг на квартиру не хватит?

Психолог: Это рациональное опасение. Но в этом и заключается суть планирования: если вы заранее знаете свои обязательные расходы, вы можете закладывать их в зелёный сейф, а процент в синий — это святое, неприкосновенное. Даже если это 5% от суммы. Важно начать. Пусть синий сейф наполняется медленно, но сам факт регулярности создаёт чувство защищённости, которое невозможно купить ни за какие деньги. Помните, как вы сказали в начале: «страх идёт от пустоты»? Так вот, пустота заполняется не только суммой, но и регулярностью, привычкой

.

Никита: Да, «регулярность важнее суммы». Я запишу это. Мне кажется, я наконец-то начинаю понимать что-то очень простое и важное, что мои родители, например, не могли мне передать. Они всю жизнь боялись, копили «на чёрный день», и этот день всё время наступал. А я не хочу жить в страхе. Я хочу, чтобы накопления были не «на чёрный день», а «на светлый» — на свободу, на выбор, на отдых, на помощь близким.

Психолог: Это колоссальный сдвиг в мировоззрении. Переход от парадигмы дефицита и страха к парадигме достатка и возможностей. Позвольте себе порадоваться этому открытию. Вы проделали огромную работу сегодня.

Никита: Да, спасибо вам большое. Я даже не ожидал, что так глубоко можно залезть. Я пришёл просто пожаловаться на усталость, а ушёл с планом реорганизации всей финансовой жизни.

Психолог: Так и работает глубинная психотерапия: мы лечим не симптом (усталость), а причину — внутренний конфликт, который эту усталость производит. Наш сеанс подходит к концу, до встречи. Жду вас в это же время. Хорошей недели, наполненной порядком в сейфах и теплом в душе.

Никита: (Встаёт, закидывает рюкзак на плечо, но движение уже не такое суетливое, как в начале, более размеренное). Спасибо, постараюсь. До свидания.

Диалог между Дмитрием и психологом

Дмитрий (52 года, он владелец небольшого магазина по продаже и ремонту бывшей в употреблении техники. Магазин расположен в цокольном этаже спального района, название «У дяди Димы» нацарапано на пластиковой вывеске от руки. Дмитрий работает там семь дней в неделю, иногда сам стоит за прилавком, иногда копается в схемах старых усилителей, иногда ругается с поставщиками запчастей из Китая. Он начинал двадцать лет назад с лотка на радиорынке, пережил три кризиса, две попытки закрытия бизнеса и бесчисленное количество обманутых ожиданий.

У него есть жена и дочь-подросток, которых он видит урывками, потому что «бизнес не отпускает». Отпуск он не брал пять лет — каждый раз кажется, что без него всё развалится, украдут, сломают, сдадут в металлолом. Дмитрий живёт с устойчивым ощущением, что он «едет на последнем колесе». Деньги, которые проходят через его руки (а проходят они немалые, техника бывает дорогая), не задерживаются: они уходят на закупку новых партий, на аренду, на зарплату единственному помощнику — племяннику, на непредвиденные расходы, которые случаются каждый день. То проводка сгорела, то налоговая начислила пени, то покупатель принёс нерабочий телевизор и требует возврата.

Накоплений у Дмитрия практически нет. Есть «заначка» дома, в старом чемодане, о которой жена, кажется, догадывается, но молчит. Банкам он не доверяет категорически: в девяностые «лопнул» банк, где лежали деньги его родителей, и этот сценарий Дмитрий усвоил на всю жизнь как аксиому. Кредитами пользуется с осторожностью, только если «прижмёт», и старается закрыть их досрочно, не высыпаясь ночами. Главный конфликт Дмитрия: он работает как вол, чувствует себя вечно должным и при этом испытывает глубокое недоверие к любым формальным системам хранения и приумножения денег. Его девиз: «Деньги должны быть под матрасом, а лучше — в товаре, который можно быстро продать». Но товар устаревает, ломается, обесценивается, и круг замыкается.

К психологу его привела жена. В последние полгода Дмитрий стал раздражительным, плохо спит, срывается на дочери, и однажды, придя домой, расплакался от того, что не может купить ей нормальный телефон — все деньги «ушли в контейнер с холодильниками». Он чувствует себя загнанной лошадью, но остановиться не может: страх потери бизнеса сильнее страха смерти).

Психолог: Дмитрий, здравствуйте. Проходите, присаживайтесь поудобнее. Как добрались?

Дмитрий: Здравствуйте. Нормально добрался.

Психолог: Я знаю, что ваша жена очень переживает за вас и что последнее время вам живётся непросто. Сегодня мы не будем сразу углубляться в тяжёлые переживания.

(Вводная часть сеанса построена по методу кататимно-имагинативной терапии. Психолог последовательно проводит Дмитрия через этапы стандартной релаксации: фокусировку на дыхании, сканирование тела и снятие зажимов, постепенное углубление расслабления. Это позволяет не только снизить уровень тревоги, но и переключить внимание с внешних раздражителей на внутренние процессы, подготавливая клиента к свободному образному мышлению, где бессознательное сможет говорить на своём языке — языке символов и метафор).

Психолог: Закройте глаза, сделайте глубокий вдох и выдох. Почувствуйте опору под ногами, спину, касающуюся спинки кресла. Вы в безопасности, здесь нет никаких дел, никаких срочных заказов, ничего, что требовало бы вашего контроля. Только вы и ваше дыхание.

Дмитрий: (Закрывает глаза, но веки подрагивают, дыхание пока поверхностное).

Психолог: Начинаем нашу подготовительную стадию. Я помогу вам мягко настроиться на восприятие свободно возникающих визуальных образов. Сделайте ещё один глубокий вдох… и медленный, очень медленный выдох. Почувствуйте, как с каждым выдохом напряжение покидает ваши плечи, они опускаются, становятся тяжелее. Ещё вдох — и на выдохе отпустите напряжение из челюсти, расслабьте лицо. Выдох — и тепло разливается по груди, по рукам, опускается в живот. Ваше тело становится спокойным, тяжёлым, удобным. Позвольте ему раствориться в кресле. Представьте себе, что вы стоите на зелёном лугу. Это безопасное, спокойное место. Небо над вами ясное, голубое, светит солнце, но оно не жжёт, а мягко согревает. Вы слышите, как ветер шелестит высокой травой, где-то рядом стрекочут кузнечики, а может быть, журчит ручей. Вы делаете шаг и чувствуете под ногами мягкую, упругую землю. Вы здесь одни, и здесь вы в полной безопасности. Никаких покупателей, никаких поставщиков, никаких долгов — только вы и этот луг. Оглядитесь… Что вы видите вокруг?

Дмитрий: Трава… зелёная. Небо… да, голубое. Солнце. Тишина. Птицы поют. Непривычно тихо. У меня в магазине никогда так тихо не бывает — то холодильник гудит, то покупатели заходят, то телефон трезвонит. А здесь… даже странно.

Психолог: Хорошо. Прислушайтесь к этой тишине. Она ваша. Насладитесь этим покоем ещё немного. Обратите внимание на то, как ветер касается вашей кожи, как пахнет трава и цветы. Это место принадлежит только вам, и вы можете возвращаться сюда в любой момент, когда почувствуете необходимость в отдыхе. А теперь, когда вы почувствуете готовность, посмотрите вдаль. На краю этого луга, или прямо перед вами, находится место, где хранятся все ваши накопления, все ваши сбережения. Это может быть что угодно: старинная сокровищница с массивными дверями, современный банк со стеклянным фасадом, сундук под деревом или что-то совсем иное. Не придумывайте, просто позвольте этому образу возникнуть. Что вы видите?

Дмитрий: (Долгое молчание. Он хмурится, потом брови поднимаются в удивлении). Я вижу какую-то будку. Или ларек. Маленький, железный, ржавый, стоит прямо посреди луга, но луг вокруг него какой-то… пожухлый, что ли. Как будто вокруг этого места ничего не растёт. Дверь облупившаяся, висит на одной петле, прикрыта, но не заперта. Похоже на мою первую точку, когда я на рынке начинал.

Психолог: Не оценивайте его, просто заметьте. Подойдите к этой будке поближе. Что вы чувствуете, глядя на неё?

Дмитрий: (Морщится). Чувство… знакомое. Какая-то тоска. Как будто всё временное, всё на соплях держится. Дверь вот-вот упадет, замка нормального нет, любой войдёт — и что там брать? Я даже не знаю, есть ли там что-то. Наверное, пусто, как обычно.

Психолог: Это важное ощущение: «как обычно, пусто». Сейчас мы имеем дело с вашей личной сокровищницей. А теперь, несмотря на это чувство, попробуйте войти внутрь. Просто откройте эту дверь на одной петле и загляните. Что вы видите внутри?

Дмитрий: (Дышит глубже, сосредоточен). Внутри темно. Свет только из щелей. Пыль, пахнет сыростью, как в подвале. Я вижу какие-то коробки, старые, картонные, размокшие. Стоят в углу. Я подхожу, открываю одну… Там детали какие-то старые, радиолампы, провода, разъёмы — всё, что я за двадцать лет насобирал, что «на всякий случай». Но это же не деньги, это хлам, который уже никому не нужен, кроме таких же старых дураков, как я. Ещё ящики стоят, навалом всякого.

Психолог: Значит, содержимое хранилища — это не деньги, а вещи, которые когда-то имели ценность, а теперь лежат мёртвым грузом? Или они всё ещё могут пригодиться?