Ольга Сергеева – Ведьма из Луриджаны (страница 7)
Всё было сделано так, как сказала Алесса. Через несколько минут ребенок открыл глаза. Счастливая женщина бросилась обнимать Алессу:
– Ты спасла моего сына! Спасибо тебе!
Двое молодых парней, Мартин и Ян, ранним утром покинули спящую деревню, растворившуюся за их спинами в предрассветном тумане. Они недавно присоединились к движению «Дети Ночи» и считали это увлекательным приключением. Ян с горящими от любопытства глазами шагал нетерпеливо по лесной тропинке, тогда как более осторожный Мартин, верящий в предания, с тревогой оглядывался. После того как Алесса и ее друзья нашли в церкви пленников секты, старейшины приказали новым адептам найти другое тайное убежище для «Детей Ночи». Их целью была заброшенная усадьба на краю болота, о которой в Луриджане ходили ужасные легенды. Говорили, что семейство, обитавшее там, мистически исчезло, и теперь в усадьбе хозяйничают нечистые силы.
Дорога оказалась трудной. Тропинка среди густой растительности была едва различима и вела парней сквозь сырой и темный лес. Воздух, наполненный запахом болотной тины и прелой листвы, был тяжелым. С каждой минутой усиливалось чувство тревоги, и ребятам уже не казалось приключением это опасное задание. Мартину всё казалось зловещим: крики ночных птиц, шорох ветра в кронах деревьев. Он вслушивался в каждый звук, то и дело останавливаясь. Наконец они увидели усадьбу. Дом, окруженный полуразрушенной, но высокой стеной, выглядел мрачно и уныло. Окна, похожие на пустые глазницы, были заколочены досками. Над домом склонялись темные раскидистые деревья, словно пытаясь поглотить.
Отчетливо чувствовалось нечто трудноуловимое и неприятное, пропитанное запахом сырости. Оно присутствовало в воздухе, который был еще тяжелее вокруг усадьбы. В одной из стен парни обнаружили пролом. Ян прошел первым, вооружившись факелом. Мартин последовал за ним с колом наперевес, который он подобрал в лесу на всякий случай. Внутри царила тьма, воздух был затхлым и пах плесенью и пылью, покрывавшей пол толстым слоем. Осторожно ощупывая руками остатки мебели и стены, ребята медленно продвигались по темным коридорам. В одной из комнат они нашли толстую книгу, исписанную крупным почерком. В ней рассказывалась история семьи,
жившей в этом доме. Многие страницы книги были заложены старыми письмами, свидетельствовавшими о царившей в доме ненависти, жестокости и бесконечных ссорах. Почерк казался беспорядочным и нервным, что говорило о неустойчивом психологическом состоянии авторов писем.
Ян нашёл старинный дневник с записями о ритуалах, проводимых жителями усадьбы, об их отчаянии и страхе. В самой дальней комнате друзья нашли маленькую куклу, сплетенную из кусков ткани и травы, с иголкой, воткнутой в грудь. Это был один из символов темных сил. Внезапно факел погас, и они оказались в полной темноте, окруженные только скрипом досок и другими жуткими звуками. Медленно отступая назад, с сердцами, трепетавшими от страха, парни выбрались из проклятого дома. Благодаря судьбу за то, что остались живы, Ян и Мартин все же остались с чувством выполненного долга. Они нашли подходящую резиденцию для «Детей Ночи» и больше не сомневались в том, что раньше казалось им выдумкой.
Возвращались парни, когда декабрьское солнце уже поднялось над горизонтом. Первым шагал Мартин. Его заляпанная грязью обувь оставляла едва заметный след на тропинке. Ян тяжело дышал и вытирал рукавом поношенной куртки пот со лба. Он нес узелок с провизией, которую ребята прихватили с собой, чтобы перекусить в дороге. Утренний лес просыпался медленно, покой нарушали только шум ветра в кронах сосен да пение птиц. Молодые люди, осторожно перешагивая через заросли шиповника, пробрались вдоль рва, окружающего усадьбу. Журчание ручья, текущего внизу, заглушало их шаги. Пройдя метров двести вдоль рва, Мартин и Ян вышли к лесной полянке. Воздух был холоднее, и они собрались присесть отдохнуть, попить воды и перекусить, но их заставила замереть открывшаяся перед ними картина: за величественной дубравой на солнце блестело озеро.
– Что это за водоем? – удивлённо спросил Мартин.
– Ноджи рассказывал, что недалеко от усадьбы должно располагаться Запретное Озеро.
– Что еще за озеро?
– В деревне ходят легенды, – ответил Ян, – что в его глубинах живут загадочные существа, охраняющие затерянные сокровища.
Ребят снова переполнило чувство приключения. Они представляли себя открывателями новых земель, настоящими исследователями. Лес снова показался им немного страшным и таинственным. Атмосферу тайны создавали и скрип ветвей, и пение птиц. Перекусив, они пошли вдоль лесной тропинки к деревне, то сбиваясь с пути, то находя его снова.
Тайное общество
Двое молодых людей стояли возле канавы на улице Виадель и со страхом косились на нее. Источая запах чего-то сладковато-душного и гнили, канава зияла темной пастью перед рядом полуразрушенных домов. В глубине ее, едва различимые в полумраке и липкой грязи, колыхались неясные силуэты. Парни нетвердо стояли на ногах, у обоих карманы заметно оттопыривались, из них выглядывали горлышки бутылок. Поправив помятый воротник рубашки, один из парней, Кальвин, сказал:
– Сегодня старейшины здорово расщедрились, раздав всем мужчинам вино на Рождество.
– А ты не понял, для чего они это сделали? – с циничной усмешкой на лице отозвался второй, Лука. – В церкви на проповеди отец Раф снова пугал народ своими «легендами». Он с ними заодно. Им же надо, чтобы люди напились и стали видеть все эти кошмары в канаве!
– Но ведь они действительно там… живут, – Кальвин недоверчиво покосился на товарища. – Старейшины говорят, что это тени, выброшенные за ненадобностью самим Создателем.
– Или же плод безумия тех, кто слишком долго вглядывается в эту канаву, – засмеялся Лука.
Кальвин сглотнул. Липкий и холодный страх вполз ему под кожу. Конечно, он верил в легенды предков. Они рассказывали об обитающих в канаве существах, питающихся грехом и отчаянием, бестелесных, способных сводить с ума и проникать в сны. Его друг, Лука, смеялся над суевериями, но старейшины призывали избегать бродить ночью вблизи канавы.
– Что, если они действительно существуют? – прошептал Кальвин, голос его дрожал.
– Существуют? – Лука усмехнулся еще шире. – Конечно, существуют! Только они другие, не такие, как их рисуют старейшины в своих сказках. Они приспосабливаются к страхам людей. Ты можешь увидеть существо с клыками и когтями, другой – свой собственный кошмар во плоти и крови. Старейшинам выгодно, чтобы ты боялся, понимаешь? Так они имеют власть над тобой. – Лука достал из кармана бутылку и отхлебнул из горлышка. – Знаешь, я не верю ни в ангелов, ни в дьяволов. Верю только в то, что вижу. А я вижу простую канаву, а не отверстие в реальность, где единственной валютой является страх, а все правила ломаются.
Он бросил в канаву пустую бутылку. Она ударилась с глухим стуком о что-то твердое, но не разбилась. Кальвин в ужасе отшатнулся. Ему показалось, что из темноты донесся тихий визг, заставивший его задрожать от страха.
– Вот видишь? – сказал Лука. – Это только твое воображение. Чем больше ты боишься, тем больше тебе кажется.
Кальвин не смел произнести ни слова. Что-то ужасное проникало в его душу, оставляя после себя привкус неизбежного. Канава притягивала их обоих, и оставалось только гадать, какой облик примет его кошмар, когда выберется на свет из темной пасти. Кальвин вырос в семье, где в церковь ходили каждый день и верили в проповеди о легендах предков. Главное влияние оказала на него бабушка с её непрерывным потоком сказок о домовых, русалках и леших. Когда он был ребенком, обычный ночной ветер за окном превращался в вой призраков, шуршание листьев становилось шепотом злых духов, а ветка каждого скрипучего дерева – когтистой лапой. Кальвин был рад иметь такого друга, как Лука, тот умел вложить ему в голову хоть какой-то здравый смысл. И действительно, товарищ продолжал наставлять его:
– Не дело это, что старейшины пытаются укрепить свою власть таким идиотским способом. В церкви люди должны обретать покой, а не заряжаться под завязку россказнями отца Рафа о ночных завываниях в канаве. Я знаю парня, его зовут Марк. Говорят, что его девчонка научилась лечить людей, у нее есть какая-то сила, недоступная другим. Надо бы поговорить с ними.
– Девчонка этого Марка стала ведьмой?! – испугался Кальвин. – Водить с ней дружбу может быть опасно, Лука!
– Не опасней, чем вступить в секту отца Рафа. Давай-ка заглянем к ним завтра утром, у меня есть дело к Марку, ответил Лука.
На следующее утро Кальвин и Лука, направляясь к дому Марка, встретили его на улице вместе с Алессой. Не зная, с чего начать, двое друзей смущенно переминались с ноги на ногу. Марк понял, что парни пришли поговорить, и пригласил их войти. В доме, где он жил с отцом, царил безукоризненный порядок. Лука был удивлен, увидев множество книг на полках: в Луриджане не только немногие имели дома книги, но и читать-то умели далеко не все. Марк пригласил гостей сесть и первым начал разговор:
– Вижу, вы пришли по делу. Можете не стесняться, в этом доме можно говорить свободно. Наш разговор никогда не выйдет за пределы этих стен. О чем вы хотели мне сказать?