Ольга Романовская – Ловушка с двумя неизвестными (страница 5)

— Постойте!

Артур попытался удержать меня, когда я свернула на одну из дорожек, ухватил за руку. Сверкнув глазами, прошипела:

— Вон, иначе я закричу!

— Я вовсе не хотел оскорбить вас, госпожа. – Понурив голову, Артур отступил. – И в мыслях не было. Я все думал о вас, не мог забыть…

— Поэтому залезли в чужой сад? Чтобы похитить – так, кажется, поступают кимры с понравившимися им девушками.

Щеки мои пылали, пальцы с трудом удерживали книгу. В памяти вставали рукописные строчки, но я не поддавалась искушению. Одно дело – приворожить собственного мужа, чтобы забыл о любовнице, другое – наградить незнакомого человека чесоткой.

— Я чистокровный ллоэгирец, — горделиво вскинул подбородок Артур.

— С чем вас и поздравляю.

Разговор начал порядком надоедать, пора сходить за стражей. Сама не пойму, отчего медлила. Злилась и одновременно хотела узнать, как далеко зайдет Артур. Про похищение я пошутила, вряд ли он осмелится.

— Увы, не с чем. Я безнадежно влюблен в прекрасную розу, взаимности которой не чаю добиться.

Артур понуро опустил голову, отвел взгляд.

Замерла, вся обратившись в слух.

Обычные слова, сколько я читала их в книгах, почему же сердце вдруг забилось чаще?

Искоса взглянула на Артура из-под полуопущенных ресниц. Он казался искренним, таким смущенным, растерянным. Вся бравада куда-то подевалась.

И надо же было именно в этот момент матери меня окликнуть!

— Жанна, девочка моя, ты здесь?

Встревоженный голос матушки доносился издалека, со стороны калитки. А вот и топот ног. Сомневаюсь, будто мама могла в одиночку наделать столько шума.

— Вас раскрыли. Быстро, сюда!

Ухватила Артура за руку и потащила к кустам терновника. Знаю, больно, но все лучше, чем объясняться перед разъяренным отцом.

Шикнула:

— Посидите здесь, пока не позову!

И, придав лицу выражение вальяжного спокойствия, неспеша направилась навстречу матушке. Как я и полагала, пришла она не одна: сад прочесывали слуги.

— Хвала Демиургу! – при виде меня матушка с облегчением выдохнула.

— А что случилось? Кого ищут? – притворилась, будто не понимаю, из-за чего переполох.

— Люди видели, как в сад залез разбойник, пока другой, притворившись благородным господином, отвлекал стражу.

— Разбойник? Здесь? – в притворном ужасе прижала ладонь к губам.

— Ты никого не видела?

Положив ладони мне на плечи, матушка пристально заглянула в глаза. На краткий миг показалось, будто она знает правду.

Я, наверное, великая грешница, потому как солгала, ничем не выдала себя:

— Никого, матушка.

Тем временем к нам с поклоном приблизился дворецкий и заверил, что тревога ложная, либо разбойник, заслышав голоса, испугался и сам сбежал.

— Куда только смотрит стража! – поджала губы матушка. – И сейчас тоже, где они, когда нужно, вечно нет.

Выждав минутку, вырвалась из-под родительской опеки:

— Ну раз мне ничего не угрожает, я еще немного почитаю?

Матушка рассеянно кивнула и в сопровождении дворецкого повернула к дому. Ну а я, с трудом дождавшись, пока стихнут их шаги, вернулась к Артуру.

— Эй, вы здесь, господин паладин? – шепотом окликнула я и предупредила: — Домой вам придется возвращаться пешком и в сумерках: ваш обман раскусили.

В терновом кусте послышалась возня, и изрядно помятый Артур выбрался на свободу.

— Что поделать, путь воина полон лишений, а путь любви и вовсе усыпан шипами.

Он с усмешкой указал на колючки, вонзившиеся в ладони.

— Ничего, потерпите. Будет вам уроком.

Пригрозила пальцем:

— Учтите, это в первый и последний раз, когда я вас спасаю!

Прислушавшись, убедилась, что слуги не вернутся, и предложила Артуру присесть на скамью у колодца. Сама уселась на вторую, по другую сторону – все приличия соблюдены.

— А теперь поговорим серьезно. Что вам угодно?

— Видеть вас, говорить с вами. Стать книгой на ваших коленях, чтобы вечно быть с вами.

Развела руками:

— Увы, вы будет сто первым в списке желающих.

Соврала, но не хотелось признаваться, будто не имею любовного опыта.

— А еще не самым знатным и богатым, — кивнул Артур и перевел взгляд на скаты крыши замка. – Я готов довольствоваться малым – надеждой. Вы ведь не отнимите ее?

Его пылающий взор обратился на меня, заставив трепетать колени.

Ком подступил к горлу. Здравомыслие требовало ответить: «Да», но я с трудом, через силу ответила: «Нет».

— Этого мне довольно, — просиял Артур.

В считанные мгновения он очутился у моих ног, запечатлел на руке быстрый поцелуй.

— Полно, милорд!

Поспешно вырывала руку, затравленно огляделась: не видел ли кто, и заговорила быстрым шепотом:

— Я, провожу вас, самим вам не выбраться. Вот только, — тут я смутилась еще больше, так, что кончики ушей покраснели, — вам придется испачкать лицо землей или навозом: я выдам вас за подсобного работника.

— Ради вас я готов на любые жертвы, — заверил Артур.

Обошлось, никто не заподозрил в чумазом мужчине, согнувшись, тащившем на себе корзины с навозом, лорда. Я намеренно держалась отстраненно, надменно, не уставая повторять, что он одним видом отбил у меня желание читать.

— Убирайся!

Чтобы все выглядело правдоподобно, выпроводив его за ворота, дала пинка. Надеюсь, Артур простит. После глубоко вздохнула, похлопала себя по горячим щеками мысленно вопросила себя:

— Что это было, Жанна?

Ответить я не могла, знали лишь только, что хочу разузнать об Артуре Оснее побольше: врун он или честный человек, кто его родители, какую жизнь он ведет? А еще мне нужно почаще гулять верхом. Ради цвета лица, разумеется, вовсе не в надежде как-нибудь случайно встретить Артура.

--------

[1]Котта – верхнее платье, надевалось поверх сорочки.

[2]Горячий напиток на основе створоженного молока.