Ольга Романовская – Лед и пламень (страница 7)

– Не надо! – пискнула я, закрыв лицо руками.

Не знаю, почему я это сделала, Альдейн бить не собирался. Видимо, впитанная с молоком матери защитная реакция.

Некромант шумно выдохнул и обернулся к королеве. Та уже оправилась от неприятного разговора и едва заметно улыбалась, наблюдая за разыгравшейся на ее глазах сценкой.

– Хорошо, воля ваша, молчите. Я не стану настаивать.

Чуть поклонившись, Альдейн направился к двери и оперся на нее ладонями. По дереву тут же заплясали синие нити. Переплетаясь с зелеными, оставленными Геральтом, они образовывали неповторимый узор. Жаль, быстро гасли. Отлепившись от двери, некромант обошел спальню по периметру, оставляя после себя такие же паутинки чар. Интересно, почему они разного цвета, даже если назначение у заклинаний одинаковое. Нужно запомнить и при случае выяснить у Геральта.

Закончив, Альдейн отвесил каждой из нас по кивку, но попрощался только с королевой:

– Спокойной ночи, ваше величество, на рассвете ваши кошмары закончатся.

И растворился, будто его и не было. Я изумленно ахнула. Ни щелчка пальцев, ни запаха озона. Как некроманту это удалось?

– Соланж особенный, – рука королевы потянулась к бокалу. Она задумчиво повертела его в руках и пригубила терпкий напиток. – Ему подвластно многое. Уверена, мы не знаем и половины его секретов. Признаться, я бы и не стала узнавать: меньше знаешь… Вас, наверное, удивила фамильярность Соланжа? Ничего необычного, он имеет полное право называть нас с Оллосом по имени.

– Но хватит на сегодня откровений, – спохватилась ее величество, мгновенно из старшей подруги превратившись в государыню. – Лучше расскажите мне о Мире воды. Недолго: я устала. Заночевать можете на диванчике.

Прочистила горло и задумалась: что же рассказать?

Волнение все никак не желало уняться, и с разрешения королевы я налила себе вина. Практически не пила, просто держала бокал в руках и смотрела на рубиновую жидкость.

Так о чем же?

Решила начать с безобидного: землеописания.

Ее величество оказалась благодарной слушательницей. Она не перебивала, умелыми вопросами помогала выстроить рассказ в красочное полотно. Постепенно я расслабилась, успокоилась и с упоением описывала красоты побережья. Вино тоже сослужило добрую службу, разогнав мурашки.

Заметив, что королева зевает, предложила на сегодня закончить. Ее величество кивнула и, дождавшись, пока я устроюсь на диванчике, хлопком погасила свечи.

Сон все не шел. Я напряженно прислушивалась, пытаясь уловить отголоски охоты. Ничего. Это одновременно радовало и пугало: нет ничего страшнее неизвестности.

Королева спала. Я слышала ее мерное дыхание. Дорого бы заплатила за такое спокойствие! Ворочалась, силясь найти удобную позу, – бесполезно. И на проделки луны не свалишь: шторы плотно задернуты. Не выдержав, встала, на ощупь отыскала бутылку вина и, нарушив правила хорошего тона, глотнула из горла. Нет, найдись способ зажечь свет, не потревожив ее величество, я бы налила вина в бокал, но, увы, я не владела даже талантами балаганного фокусника, не говоря уже о ночном зрении.

После вина полегчало, хотя бы голова отяжелела. Аккуратно, надеясь не уронить, поставила бутылку на место и вернулась на диван. Закрыла глаза, задумалась… и не заметила, как заснула.

– …Да не светите ей в лицо, пусть спит, – донесся будто издалека голос.

Медленно возвращающееся сознание различило стук металлических набоек по камням. Кажется, меня несли. Ну да, знакомый запах хвойного мыла. Альдейн. Странно, не перекинул через плечо, взял на руки.

Вокруг темно, только трепещет позади огонек. Не понять, магический ли или обычная свеча.

– Вы поклялись! – шипящим шепотом напомнил Геральт.

Значит, и он здесь. Тогда воистину все будет хорошо, навсей не даст в обиду. Поискала его глазами и тут же потупилась, натолкнувшись на взгляд короля. Почему я решила, будто это именно его величество? Да потому, что именно он нес странный светильник – колбу, полную светлячков. Выглядел король странно, шел тоже, будто ковыляя.

– Не смотрите! – раздался шепот Альдейна.

От неожиданности я аж подпрыгнула.

– Чувствую ведь, что очнулись, – в голосе некроманта сквозила улыбка. – Дышите иначе, ресницы трепещут. С его величеством все в порядке, пройдет. Последствия заклинания.

– Одержимый? – догадалась я.

– Он самый. Ушел из-под носа! Теперь затаится и нанесет удар в спину, – с досадой пробормотал Альдейн и, склонившись к самому уху, чтобы никто другой не слышал, зашептал: – Некроманту во время ритуала надлежит верить, даже если кажется, что он собирается убить. Мне придется немного изменить первоначальный план. Понятия не имею, сколько это продлится, поэтому заранее прошу прощения за боль.

– Боль? – губы едва разлипались от ужаса.

Что же задумал некромант?

– Сначала от удара, затем от натяжения связей. Видите ли, когда душа находится вне тела, она испытывает неприятные ощущения. Первые два часа практически не приносят дискомфорта, но потом… Я сотру воспоминания, – быстро добавил он, видимо, ощутив обуявший меня липкий страх.

Темнит Альдейн! Король ранен, враг сбежал, ритуал изменен, а некромант, похоже, сомневается в успехе дела.

– Я – сомневаюсь? – раздался в ухе издевательский смех. – Переживаешь ты и твой любовник, а я знаю.

Весь вопрос: что?

И только сейчас сообразила: Альдейн без труда прочел мои мысли. Разве экранирующий медальон перестал работать?

– Руны, – хмыкнули мне на ушко. Губы некроманта практически касались кожи. Неприятно и жутко неуютно. – Нам ведь предстоит тесное воссоединение. Они пока не активированы, но помогают общаться. И да, медальон и все другие защитные чары я с тебя сниму. Надеюсь, согласишься раздеться при свидетелях?

Икнула, представив безрадостную картину: обнаженная я в море света и трое мужчин. Только одному бы я согласилась показать все.

– Вседержители, Дария, – раздраженно прокомментировал мои опасения Альдейн, – меньше всего на свете кого-то интересуют твои прелести!

Вздохнула и согласилась. Разве был выбор? Надеюсь, унижения на этом закончатся, а некромант не выдумает новый ритуал.

– Не беспокойся, – заверил Геральт, – я убью Альдейна, если он причинит тебе вред. В присутствии его величества даю слово чести, что вызову на дуэль.

В глазах некроманта мелькнуло раздражение. Я скорее почувствовала его, нежели увидела. Но Альдейн и не думал скрывать недовольства. Некромант остановился и всем корпусом, вместе со мной, обмякшей на сильных, даже не дрожавших от натуги руках, обернулся к Геральту.

– Мне напомнить о первом праве на поединок? – в голосе Альдейна звучала неприкрытая угроза. – Вы, граф, ворвались в мой дом, избили моих слуг, нанесли мне увечья… Я простил вас, насколько подобное можно простить, но, видимо, придется воскресить обиды в памяти.

Навсей с шумом втянул воздух и вытянул руку. Пальцы тут же сжали материализовавшийся из воздуха посох.

– Остыньте вы оба! – прикрикнул на подданных король. Лоб пересекла глубокая горизонтальная морщинка, брови насупились. – Нашли время!

В гневе монарх даже притопнул ногой. Пальцы щелкнули, огненными искрами озарив темный каменный коридор. Ой, где это мы? Неужели в подземелье? Завертела головой, пытаясь сообразить, мы над или под землей.

– Удалю от двора обоих, если сцепитесь, – пригрозил король.

Я отчего-то не сомневалась, что он не шутит. Но если Геральт склонил голову в смиренном поклоне и развеял посох, то Альдейн, наоборот, горделиво вздернул подбородок и нагло заявил:

– Не сдержите слова.

– Соланж! – шикнул на него король и как-то сник.

Неужели он боялся некроманта?

– Что – Соланж? Я всего лишь посоветовал не давать необдуманных обещаний. Говоря начистоту, – в голосе Альдейна звенел металл, – меня ничего не держит, Оллос. И вам, и вашему покойному отцу известно, что герцогский титул и королевские милости – слишком мало для цепей. Я легко могу уйти и не вернуться, только выиграет ли от этого Веос?

В воздухе повисла вязкая, нехорошая тишина.

Король шаркал носком сапога по пыльным плитам, старательно делая вид, будто заинтересовался столь важным занятием. Геральт хмурился, то краснел, то бледнел, пару раз порывался что-то сказать, но всякий раз прикусывал язык. Я дышала через раз, гадая, стоит ли сползти с теплых рук некроманта или остаться.

– Вы правы, Соланж, – с видимой неохотой, переступив через себя, произнес король, когда тишина уже давила на плечи. – Я слишком многим вам сегодня обязан, чтобы отчитывать.

– Всего лишь жизнью, – пожал плечами некромант и, наклонившись ко мне, шепнул: – А вы не слушайте, спите.

Все же, странная сложилась ситуация: Альдейн несет меня на руках. Абсолютно чужой человек абсолютно здоровую девушку. Заерзала и запросилась на пол. Некромант не стал возражать и вручил мою ладошку Геральту. Сам с видимым удовольствием размялся, прогнулся в спине и прибавил шагу.

Огонек запылал сильнее, выхватывая из темноты то железное кольцо, то спешившую по своим делам крысу.

Геральт одной рукой крепко сжимал мою ладонь, другой обнимал. Я жалась щекой к пропахшей потом, горячей от жара тела рубашке. Если бы могла, зарылась бы носом в жилет и замерла, слушая биение чужого сердца.

– Милая моя! – изловчившись, навсей на ходу поцеловал в лоб. – Скоро все закончится, и мы уедем.