Ольга Райтер – Должница. Ты будешь на меня работать (страница 15)

Однако знание не облегчало боль. Она почувствовала себя использованной, и это было хуже, чем любое унижение, которое он придумывал раньше.

Потому что раньше она знала правила. Была должницей, а теперь Вера не понимала, кто она для него.

Девушка отставила чашку и легла, свернувшись калачиком. Спать она не могла.

В голове крутились одни и те же мысли: «Ты позволила ему войти в твоё тело, но не впускай его в свою голову. Он не стоит этого. Он никогда не будет стоить».

Она почти убедила себя, когда услышала шаги в коридоре. Мягкие, осторожные. Шаги Александра.

Они остановились у её двери. Вера замерла, не дыша. Она ждала — стука, голоса, чего угодно.

Но Воронов стоял там, с той стороны, и молчал. Минуту. Две. Пять. Потом шаги удалились.

Вера прикрыла глаза, чувствуя, как по щеке скатилась слеза. Она не вытерла её.

«Если он хочет быть холодным, я буду холоднее, — решила Вера. — Если он хочет держать дистанцию, я дам ему такую дистанцию, что он замёрзнет».

Она не знала, сможет ли. Но знала одно: больше не позволит ему видеть свою слабость.

***

Утром Вера спустилась к завтраку первой. Когда Александр вошёл, она уже допивала кофе.

— Доброе утро, — сказала Вера ровно.

Он кивнул, сел напротив. Лидия Павловна подала завтрак. Молчание было привычным, но теперь в нём чувствовалось что-то новое. Вера первой закончила, встала.

— Я буду в кабинете.

Она вышла, не оглядываясь. В кабинете села за свой стол, открыла ноутбук и начала работать.

Когда Александр вошёл, Вера не подняла головы. Он сел за свой стол, тоже открыл компьютер. Тишина стояла такая, что слышно было, как тикают настенные часы.

— Ковалёва, — сказал он через час.

— Да?

— Отчёт по проекту «Южный» готов?

— Готов. На вашем столе.

Он взял папку, пролистал. Вера знала, что отчёт безупречен — она проверила его трижды.

— Хорошо, — сказал Воронов.

Это было первое «хорошо» за три дня. Она не ответила. Он отложил папку и посмотрел на неё. Девушка чувствовала его взгляд, но не поднимала глаз.

— Вера.

— Да, Александр Сергеевич? — она подняла голову.

— Вы… — он запнулся, что было на него не похоже. — Вы сегодня рано встали.

— Я плохо сплю в последнее время.

Он помолчал.

— Может, вам нужен выходной?

— Зачем? — спросила Вера, и в её голосе прозвучала едва заметная горечь. — Выходные не предусмотрены контрактом.

Она снова опустила глаза в бумаги. Больше он не пытался заговорить. Вечером, когда девушка собиралась уходить в свою комнату, он окликнул её:

— Вера.

Она остановилась у двери, не оборачиваясь.

— Да?

— Я хотел бы… — он замолчал. Пауза затянулась.

Вера обернулась. Он сидел за столом, и впервые за три дня его лицо не было непроницаемым. Воронов выглядел уставшим, растерянным и потерянным.

— Что вы хотели? — спросила она.

Он посмотрел на неё, и в его глазах Вера увидела ответ, который он не мог произнести: извинение, просьбу и страх.

— Если ничего срочного, я пойду, — сказала она. — Завтра рано вставать.

Вера вышла и закрыла за собой дверь. В коридоре она остановилась, прижалась спиной к стене.

Сердце колотилось где-то в горле. Она сделала то, что должна была сделать: не позволила ему видеть свою боль, не позволила думать, что может приходить и уходить, когда захочет.

Но внутри всё болело. Потому что она видела его лицо. Потому что всё ещё хотела верить, что там, за холодной маской, есть кто-то, кто боится потерять её.

— Ты глупая, — сказала она себе. — Он не боится потерять. Он боится признать, что ему нужно.

Вера пошла в свою комнату, легла и долго смотрела в темноту, прислушиваясь к шагам в коридоре. Но в эту ночь Воронов не пришёл.

Глава 10

Вера заметила, что Александр стал другим. Не тем холодным, отстранённым, каким был последние дни, а напряжённым.

Словно внутри него завёлся механизм, который работал на пределе, готовый вот-вот сломаться.

Он отвечал на звонки коротко, резко, иногда выходил из кабинета и надолго исчезал.

Отчёты, которые Вера приносила, он подписывал не глядя. Один раз она застала его смотрящим в окно с таким выражением лица, что ей стало не по себе.

Что-то точно происходило, но она не спрашивала. После той ночи и последовавшего за ней молчания девушка держала дистанцию.

Работа, отчёты, документы — вот то, что их объединяло. Всё остальное осталось за дверью, которую она сама захлопнула.

Но в пятницу, когда Вера задержалась в кабинете, чтобы закончить сводку, дверь открылась и вошёл мужчина, которого девушка никогда раньше не видела.

Ему было около пятидесяти, одет в дорогой, но неброский костюм. Седина на висках, цепкий взгляд, улыбка, которая не касалась глаз. Он вошёл без стука, словно имел на это право.

— Александр Сергеевич, — сказал незнакомец, закрывая за собой дверь. — А вы не отвечаете на звонки.

Александр поднял голову. Вера никогда не видела, чтобы его лицо менялось так быстро.

Маска, которую он носил всегда, стала ещё непроницаемее, но в глазах вспыхнуло что-то опасное.

— Корсаков, — сказал он. — Вы не были приглашены.

— Я всегда прихожу без приглашения. Вы это знаете.

Мужчина — Корсаков — перевёл взгляд на Веру, и его улыбка стала шире.

— А это, видимо, та самая девушка, которая подписала договор?

Вера замерла. Она чувствовала, как этот взгляд сканирует её, оценивает, как товар на витрине.

— Вера, выйдите, — сказал Александр. Его голос был спокоен, но Вера услышала в нём металл.

— Не стоит, — Корсаков махнул рукой. — Пусть послушает. Ей будет полезно узнать, с кем она связалась.

— Я сказал, выйдите, — повторил Александр, и теперь в его голосе не было сомнений.