Ольга Райская – Фея для ректора (страница 29)

Нас в комнате было шестеро, но мне показалось, что я чувствую еще кого-то. Я прикрыла глаза и сосредоточилась на ощущении тепла живого тела. И да, даже с закрытыми глазами, мне удавалось видеть ауры — силуэты тех, кто находился сейчас в башне.

Седьмой человек был. Он стоял прямо за дверью. Неровные пятна выдавали его беспокойство, тревогу и сомнения. Вот и славно. Юноша сейчас будет весьма кстати и подействует на кошку не хуже успокоительного.

Проходя мимо Гайки, тихо сказала ей:

— Ты же не хочешь, чтобы из-за тебя наказали Марсси. Надо ситуацию исправлять.

— Знаю, что надо. Но не знаю как, — огрызнулась Динка. — А ты куда?

— Узнаешь, — улыбнулась я.

Машка беспокоилась только за Аррию, в остальном же была спокойна, а значит, ничего страшного произойти просто не могло.

— Не тормози, Диночка. Упустишь время, потом куратора твоего не соберем.

— Ну ладно, — решительно кивнула Гайка и вновь направилась к окну.

Я же впустила привлекательного молодого человека. Кстати, блондина. И если бы не отсутствие ушей и хвоста, то он вполне сошел бы за муррана по красоте сложения и атлетичности фигуры.

— Томми? — спросила я у мнущегося юноши.

— Да, а Аррия?.. — он с надеждой вглядывался в мое лицо, и я не стала его томить.

— Здесь твоя кошка. Иди и постарайся ее успокоить.

— Она моя подруга, — попавил меня юноша и проскользнул мимо меня. — Арри!

— Томми! О, Томи! — воскликнула мурранка, бросаясь на грудь своему человеку. — Там Марсси. Его накажут, и виновата в этом я!..

«Друг» ее обнял, бережно прижал к груди и очень нежно гладил по рыжим волосам, едва касаясь пушистых ушек.

— Допустим, виновата не ты, а я, — заявила ей Гайка. — И хватит тут сопли на кулак наматывать. Возьми себя в руки. Нам еще мир спасать, ну и братца твоего заодно…

— Но… — попробовала ей возразить Аррия.

Однако Гайка ее не слушала. Она приняла решение и свесилась из окна.

— Эй, охотник белобрысый! Да-да, вам говорю! — заорала она.

— Вы что-то хотели, сударыня? — спросил у нее лорд Аррс.

— Не хотела! — заявила ему Динка. — Но ваш совет мне сам навязал этого рыжего адепта. Это моя добыча, ясно вам? И на заседание он не пошел, потому что нужен был мне. Вы тут рассуждали об ответственности, так вот — желаете кого-то наказать, то наказывайте меня, но предупреждаю, у вас будут огромные неприятности!

— Хотите этого недоадепта? — зачем-то спросил лорд Арсс.

— Пока не хочу, но потенциал чувствую, — зачем-то очень честно призналась ему Гайка.

И ведь не покривила душой! Я, в отличие от лорда Крисса, видела ее истинные чувства.

— Забирайте! — огрызнулся он и замолчал. Равно, как и голоса адептов.

Очевидно, магистр ушел, разогнав всех свидетелей происшествия, поскольку почти сразу Марсси сказал:

— Сударыня, про потенциал вы, разумеется, слукавили. Ничегошеньки вы не чувствовали пока, но я готов дать его потрогать по первому требованию.

— Иди уже, давальщик, — отмахнулась от него Динка. — Пока не притянул очередные неприятности.

Она спрыгнула с окна, а снизу ей неслись заверения, что ради такой женщины, можно перетерпеть не только неприятности и магический кнут…

— Ну как я? — Гайка победно посмотрела на нас.

— Не грубовато, Диночка? — робко спросила Пирожок, но ответила за нее Варя.

— С таким непрошибаемым мужланом только так и надо! — заявила она, но добавила: — Однако с «моей добычей» Гайка несколько перегнула. Еще бы сказала — это наша корова, и мы ее доим…

Рассмеялись все, и даже кошка подхихикивала, хотя куда уж ей сердешной понять земную игру итланских слов.

Собственно, на этом все и разошлись. Конечно, у меня имелись некоторые вопросы к Аррии, но она после стресса пребывала в таком подавленном состоянии, что мы позволили красавчику Томми ее увести.

Сами же разошлись по комнатам, чтобы немного передохнуть, смыть с себя тяготы нового дня и переодеться к ужину.

По крайней мере, я об этом мечтала, но в спальне меня уже ждали.

Глава 20

— Вас-то я и искала, — улыбнулась я зависшему над кроватью Уррсу.

— А чего меня искать? — удивился хвостатый призрак. — Вот он я. Всегда здесь, зависший между мирами. Меня видят, но слышат лишь единицы.

— Я и мои подруги, Уоррвик — это уже немало, — возразила духу.

— О чем ты хотела со мной поговорить, землянка?

— У нас землянками называют избушки, вырытые в земле. Не могли бы вы называть меня по имени — Карина. А вообще, хочется переодеться.

— И что же тебе мешает, Карина? — усмехнулся призрак.

Чувствую, при жизни Уррс был тем еще шалуном и дамским угодником.

— Скорее кто, а не что, — осторожно ответила я. — Мне, знаете ли, платье сменить требуется, а для этого придется оголить зад.

— И?.. — сделал вид, что не понял моих сомнений дух. — В чем проблема?

— Боюсь, мой бесхвостый зад с вашей точки зрения, не слишком эстетичен.

— Знавал я бесхвостые зады повышенной эстетичности… — мечтательно протянул Уррс и откашлялся. — Все в прошлом. Все-все в прошлом.

Пока он мечтал, я успела переодеть платье, и когда дух снова на меня посмотрел, на его прозрачной физиономии явно читалась досада. Вот тебе и призрак.

— Вы ведь знаете, что из-за вашей ошибки в прошлом, теперь страдает Уоррвик, а до него страдали его отец, дед и так далее? — не стала ходить вокруг да около я.

— Кто сказал, что ошибка моя? — лукаво прищурился Уррс.

Нет, он не кот — он жук. Причем, такой жук, что жучее и придумать сложно.

— Все говорят. Разве это не так? — я тоже пыталась хитрить, но куда уж мне до того, кто интриговал сотни лет.

— Одно не исключает другого, — ответили мне фразой богини, которая уже успела поднадоесть. Вернее, не сама Мурра, а ее рекламный слоган, который написан на стене ее храма.

Двусмысленностей в жизни хватает, тут и спорить нечего, но вот на смерть как ни посмотри, это все равно смерть. И мурраны изо дня в день сами роют себе могилу, отговариваясь вот такими фразами.

— Значит, вы признаете за собой вину?

— Я этого не сказал, — тут же возразил Уррс.

— Не хотите говорить — не надо. Я только не понимаю, зачем вы ко мне прилетели? На бесхвостый зад посмотреть? Так шоу уже закончилось, и бармен протирает последние стаканы, — рассердилась я.

— Я унес эту тайну в могилу, а клятва навсегда запечатала мои уста, в каком бы из миров я не находился, — изрек призрак.

Ага. Если он кому-то поклялся об этом не говорить, выходит — тайна-то вовсе не Уррса, а чья-то другая. Следовательно, вины Вассов нет вообще или ода есть, но в незначительной доле. А это уже было кое-что.

— Ну и храните свою чужую тайну, боясь клятвы, — улыбнулась ему я. — Только не забывайте, что ваше молчание — это предательство по отношению к своему роду, в котором остался лишь Уоррвик. Он настолько перестал верить во что-то светлое, что почти отчаялся и живет по инерции.

— Так стань для него этим светлым, что разгонит отчаяние, — не изменил себе старый прозрачный интриган.

Не ну нормально? Они века обстановочку нагнетали, а я вот так возьми и стань!

— И стану. Можете даже не сомневаться! — совершенно неожиданно даже для себя заявила я.