Ольга Райская – Фея для ректора (страница 31)

Могу себе представить, что этот пушистый засранец наговорил богине, учитывая его полное непонимание нашего менталитета! И все же мне удалось сохранить спокойствие.

— Перед поездкой в заброшенные замки мурран, твоим подругам и тебе еще раз нужно посетить комнату с кристаллами-накопителями магии, — изрекла Мурра и добавила: — Чтобы прокачаться до левла.

Хмм… А она не безнадежна. Впитывает быстро. Интересно, как Мурчало ей все же пояснил мою просьбу? Спрошу при случае.

И вообще, за любой подарок судьбу, а в данном случае богиню, следует благодарить, что я, собственно, и поспешила сделать.

Пространство грез стало расплываться, но, прежде чем очнуться, я услышала последние слова очеловечившейся кошки:

— Берегите своих котов, девочки!

Своих… котов… О чем она? Хочет к нам подослать еще четверых Мурчал? Как по мне, так это перебор.

О большем я подумать не успела, потому что очнулась.

Меня посетило чувство дежавю, к которому на Итлане я уже стала, пожалуй, привыкать и воспринимать как нечто неотъемлемое от меня.

Рядом привычно и сосредоточенно хлопотала Пилюля, испытывая на мне свежеусвоенные методы магической медицины. Сама я, кажется, лежала на Варькиных коленях. Бледная Машка стояла в сторонке и теребила краешек накрахмаленного фартука. Гайка тоже вертелась рядом, лезла под руку Альке и, по всем признакам, нисколечко за меня не беспокоилась.

Что ж, из нас всех она хоть и имела специфический характер, зато мыслила максимально логично и быстро раскладывала события в математический алгоритм. А математика — это, я вам скажу, не интуиция, не магия, а наука точная, бескомпромиссная и зачастую безжалостная.

Динка давно просчитала, что видения меня не убивают, а только делают крепче, поэтому лишь с интересом наблюдала за реакцией мурран. А она была примерно одинаковая — страх. Грозные воины боялись — именно это я отчетливо читала в их аурах. Вот только боялись они не за себя и, если так разобраться, то и не за меня. Их пугала вероятность того, что древнее пророчество не исполнится, если с одной из землянок что-нибудь случится.

Так я думала, пока не перевела взгляд и не посмотрела на Уоррвика.

Он стоял неподалеку, тяжело опершись на стену. Бледный, всклокоченный, с воспаленными глазами и вмиг пересохшими губами. А уж его мысли я даже передать не смогу. Внутри него бушевала такая буря эмоций, что мне стало страшно. За себя стало страшно, потому что я вдруг очень ясно поняла: не станет меня — не будет и его.

Это стало откровением, проявлением новых способностей или магией, которую наконец почувствовала и осознала. Я не просто читала его ауру, я понимала и разделяла его мысли.

— Фея, сколько пальцев? — Альбина в своем репертуаре.

— У человека десять на руках и столько же на ногах, — ответила я, поднимаясь на ноги.

Временное головокружение прошло. Я обвела взглядом всех собравшихся и улыбнулась.

— Что-то важное? — спросил Муррлок.

— Неважного в вашем мире не бывает, — тихо сказала я.

— Ужин стынет! — спохватилась Машка. — Прошу за стол, лорды коты.

Коты…

Только сейчас до меня дошло, о каких котах говорила Мурра.

«Своих котов» — произнесла она. И что это значит? Что лорд Васс мой? Похоже на то, хотя он и сам пока об этом не догадывается.

И раз Уоррвик мой кот, то нужно идти и начинать его беречь, поскольку бледность с его смуглого лица не сходила.

Пока все рассаживались за столом, я улучила момент, подошла к нему и, взяв за руку, переплела наши пальцы. Что говорят в подобных случаях не ведала. На ум пришли слова из древних скрижалей, прочитанных еще в университете.

— Я дышу. Я живу. Я есть, — прошептала так тихо, чтобы слышал лишь он.

Услышал. Даже улыбнулся, хотя тревога из глаз так и не ушла.

— Я рад, — ответил он. — Мне нужно с тобой поговорить, Карина. После ужина.

— Сразу после ужина я не могу. Богиня желает, чтобы мы с девочками вновь посетили комнату с кристаллами. Но потом… Потом я обязательно смогу, — заверила его я.

Глава 21

Ужин прошел на удивление спокойно. Надо отдать должное нашей Маше, ее блюда не располагали к беседам, поскольку оторваться от еды не представлялось возможным.

Все ели, только у меня не было аппетита. Я вяло ковыряла вилкой в своей тарелке и все думала и думала над словами богини. Мой Уоррвик… Мой кот… Мой лорд Васс… Иногда, исподтишка я позволяла себе бросить на него взгляд. Он всегда его чувствовал и тут же отрывался от ужина, чтобы посмотреть мне в глаза.

Мой… Вик? Викки? А Димка? Димка остался там, за гранью миров, с красивой дамой из ресторана. И главное, мне было на это решительно наплевать. Даже воспоминания о бывшем женихе поблекли, их словно скрыл туман, а ветер перемен почти развеял все, что еще оставалось земное.

Я смотрела на девчонок с «их» котами, представляла сложившиеся пары. Все-таки, насколько тонко произошел отбор. Рыжий Маррс вполне мог укротить неистовый Динкин темперамент своей мягкостью, юмором и добротой. Она же, хоть и фыркала в его сторону, но поглядывала в наглые зеленые глаза собеседника с интересом.

Алька старалась скрыть свою увлеченность прекрасным, но до крайности странным котом Кинном. Сам он сидел по-прежнему безучастно, выглядел отрешенным и аморфным, как испорченное желе. Однако я почти физически ощущала, что в нем есть некая тайна, которая рано или поздно обязательно объединит его с Альбиной.

Огромный Ррич, как гора, возвышался над мелкой Машкой, но смотрел на нее с нежностью. Сама Пирожок бросала на громилу строгие взгляды, иногда что-то сердито шептала ему, но я могла поклясться — если вдруг что-нибудь случится, каждый из них не задумываясь встанет на защиту другого. Лишь бы им не мешали.

Варька вполне мирно разговаривала с Кссандером. Казалось бы молодые, красивые, имеют схожие увлечения, но почему-то я не ощущала их парой, словно нечто невидимое, но очень мощное разделяло их. Странно, ведь именно блондин стал куратором Громовой, а значит… Значит, теоретически является ее котом, если верить богине. Возможно, это я ошибалась, или Мурра что-то напутала.

Старейшина тоже прибыл с кураторами, но за все время не произнес ни слова. Еда его тоже не радовала, как и меня, и дело было не во вкусе, а в проблемах, которые беспокоили старого кота. Он хмурился, поглядывал на сложившиеся по свитку пары, что-то явно прикидывал в уме и очень хотел поговорить со мной, но не решался. Интересно, это галантность или опасение? Судя по всполохам оранжевого в его ауре, все же галантность и такт, но терпение заканчивалось.

— Карина, вы не желаете поделиться со мной подробностями последнего видения? Это ведь было оно? — не выдержал он.

— Особых подробностей нет, — покачала я головой. Не говорить же Киссену про котов, которых нам рекомендовали беречь. В конце концов, один из них племянник старейшины, и неизвестно, как Муррлок воспримет роман племянника с человечкой. — Богиня давала последние указания перед путешествием в заброшенные замки.

— И что она вам рекомендовала? — живо поинтересовался старый кот. Однако, я заметила, как его напряжение несколько уменьшилось.

— Еще раз посетить зал с кристаллами, чтобы раскрыть, заложенный в нас, потенциал магии, — не покривив душой, ответила я, поскольку это была чистая правда.

— Хороший совет, — кивнул старейшина. — Я провожу.

Оранжевые всполохи погасли, но небольшие красные лучики все еще поблескивали.

— У вас что-то случилось? — тихо и очень осторожно спросила я.

— Вряд ли это можно назвать «случилось у меня», сударыня, — грустно улыбнулся Киссен. — Пока я стою во главе Совета, вам нечего опасаться, но не все коты верят богине, многие считают пророчество сказкой, а вас — досадным совпадением.

— И что же нам делать? — не удержалась от вопроса я. Совет от мудрого кота не помешает.

— Нужен результат, Карина. Нужен такой результат, чтобы большинство отвернулось от Росса Фхшшаха и вновь обратило свой лик к нашей богине, понимаете? — Муррлок посмотрел на меня.

А я… Я вздохнула, поскольку мне стало неприятно. За счет простых девушек, волей судьбы оказавшихся в другом мире, пытались сейчас решить политические проблемы. Лично я за жизнь при любом раскладе, а политики пусть уж сами варятся в своем котле.

— Давайте начнем с зала кристаллов, а там посмотрим, — произнесла я и отвернулась, утратив весь интерес к Киссену.

А зря. Нужно было читать между строк, и эти непрочитанные строки пришли к нам сами.

Мы не успели даже пирог разрезать, над которым, между прочим, Машка трудилась, пока проводила мастер-класс для местных поваров, а в столовую ввалилась толпа стариканов. Впрочем, некоторые из них были гораздо моложе Муррлока. А тот, что стоял впереди, очень мне напоминал кого-то — кого-то, сидящего здесь же, за нашим столом.

— Отец? — удивился Ррич.

Отец был ниже ростом, не так широк в плечах и, как бы ни пыжился, в харизме сыну тоже проигрывал, но гонора и напыщенности ему отпустили на целый полк мурран.

— Почему заседание Совета прошло не в полном составе? — вместо приветствия спросил лидер ватаги стариканов.

Его голос мне показался неприятным, а прищур желтых глаз хитрым и злым. Кстати, в его сыне ничего подобного я не замечала, несмотря на клубящуюся внутри Ррича мглу. Может, громила в маму пошел? На этих двух котах земная поговорка не работала, и от осинки иногда могут родиться и апельсинки, на наше с девчонками счастье.