Ольга Райская – Фея для ректора (страница 21)

— Скажешь тоже… — смутилась Пилюля, но ей была приятна похвала.

— Прекрасный план, Варенька! — улыбнулась Машка. — Я знаю, что нужно делать!

И она первая убежала из мастерской. Варя права, привычное дело могло прекрасно отвлечь от страшных мыслей.

А такая мысль была. Я не могла не думать об Уоррвике. Как один из самых сильных мурранских магов, он наверняка отправился на передовую. Беспокойство за него оказалось настолько сильным, что даже дыхание сбилось.

Мне сейчас было абсолютно все равно, чем заниматься, лишь бы заниматься. Я положила руки на стол, чтобы подняться из кресла, и случайно дотронулась до одной из рун на столе. Она засияла под пальцами, я же уплыла в короткое и, кажется, первое желанное видение.

Я летела по коридорам замка, пыталась запомнить дорогу и для этого считала повороты. По пути попадались мурраны. Встревоженные, потные, грязные. Многие были в крови и странной синей слизи.

Я миновала вход в нашу башню и подлетела к соседнему — точно такому же. Здесь пахло травами, горечью и… кровью. Скорее всего, целительское отделение академии находилось здесь.

Где-то там слышались стоны, деловитые голоса. И, кажется, одним из них, был голос Пилюли Сергеевны.

— Конечно, так я вам и позволила ему ногу оттяпать! Да у мальчишки еще вся жизнь впереди! — на кого-то злилась Алька.

— Кому нужна такая жизнь! — взвизгнул, надо полагать, юный воин. — Убейте меня и тварь тоже!

— Если желаете сохранить ногу этому трусу, зовите Васса. Только его магия настолько сильна, что сможет с этим справиться, — ответил Пилюле целитель Ашшен.

Его голос я тоже узнала. Однако в столовой он был вежлив и тих, сейчас же раздражение сделало его тон излишне резким.

— Не стоит меня звать, я уже здесь, — произнес Уоррвик.

Я обернулась. Ректор казался осунувшимся и очень уставшим. Через бровь на глаз шел порез, из которого сочилась кровь, но держался он прямо.

Живой…

Живой!

Радость переполняла меня…

И вдруг я вновь очнулась на кресле в мастерской истинной магии.

— Карина, ты как? — хмурилась Пилюля.

— Опять видение? — спросила Варя.

Я же сделала пару вдохов, чтобы прийти в себя, и направилась к двери.

— Идемте, я знаю короткий путь к целителям, — сказала подругам.

— Хоть кто-то здесь что-то знает! — воскликнула Динка.

— Аль, — позвала я Пилюлю. — Не дай Муррвису ампутировать у мальчишки ногу. Его можно спасти, и богине это зачем-то нужно.

Она кивнула в ответ.

Глава 16

Признаться, никогда не считала себя смелой. Возможно, я не стала психотерапевтом только потому, что этому обучают в медицинских ВУЗах, а там морги, анатомия и прочите радости для сильных. Я в этом плане сильной никогда не была, и при виде обильного кровотечения могла даже грохнуться в обморок.

Но все мои страхи и слабости остались на Земле. Возможно, потому что на Итлане надеяться приходилось лишь на себя, а возможно, потому что я впервые чувствовала себя не просто нужной, а необходимой. Ощущала себя на своем месте, на правильном и единственно возможном. Это было такое чувство, которое и словами не опишешь, оно мобилизовывало все внутренние резервы, придавало сил и заставляло действовать.

Никогда мне не приходилось видеть столько физических страданий. Никогда я не видела таких страшных ран. Несмотря на это, сами пострадавшие воины не жаловались, не скулили и не просто терпели, а еще обменивались шутками с товарищами по несчастью, обсуждая, как они вломили какой-то темной гадине.

Что сказать о мурранской медицине? Она была… Она была как… Она была как божественное исцеление. Целитель Муррвис и несколько его помощников творили уникальные вещи: заставляли раны затягиваться на глазах, выращивали органы и конечности, сращивали кости. Пилюле Сергеевне лишь один раз достаточно было посмотреть на тот или иной прием, чтобы она могла повторить его.

— Магистр Ашшен, сломался перевязочный артефакт, — доложил один целителей.

— Тьма его побери! Четвертый раз за цикл выходит из строя, да еще тогда, когда без него никак! — рыкнул Муррвис. — Где я должен искать ремонтника, когда даже сопливые котята у разлома?

— Ремонтник уже нашелся, — усмехнулась Гайка. — Чип, он же Дейл спешит на помощь. Показывайте агрегат.

— Прямо здесь? — почему-то покраснел коллега главного целителя и добавил, понизив голос: — Это же неприлично!

— Эй, хвостатый, вам артефакт-то нужен, или мы о твоих тайных желаниях говорить будем? — нахмурилась Динка. — Надо же… Агрегат у него!

— А вы действительно сможете его починить? — не обращая внимания на странный диалог, спросил старейшина Ашшен.

— Я, конечно, не волшебник, а только учусь, но могу посмотреть, а у вас все равно нет выбора, — очень логично ответила ему Гайка.

Муррвис устало кивнул и приказал помощнику:

— Покажи сударыне все, что она попросит, Ссекси.

— Все?.. — побледнел кот-целитель.

— Ссекси… — хихикнула Гайка. — Пошли уже. Мне твой агрегат до лампочки, а котятам перевязки нужны.

Перевязочный артефакт оказался машиной на магической тяге, совсем как маслобойка в таверне. В него загружался рулон ткани, а на выходе получали стерильные, еще теплые бинты.

Я не сомневалась, что Динка справится с задачей. Варе тоже доверили очень важное дело. Прямо в башне располагалась такая же печать, как в зале перемещений. Нам пояснили, что ее вторая часть всегда перевозится на место разлома, чтобы раненых смогли доставить как можно скорее. Это было очень удобно.

В помощь Варе дали двух котов-санитаров и показали, где расположить нуждающихся в лечении.

— И поговорите с ними, сударыня, — попросил Ашшен. — Иногда слово лечит лучше, чем магия.

— Ага, типа доброе слово и кошке приятно… — проворчала подруга. — Знать бы еще, о чем говорить?

— Коту, — поправил ее Муррвис. — А говорить лучше о чем-то хорошем, вселяющем надежду. Уверен, у вас получится.

И у нее действительно получалось. Правда, хорошим Варька почему-то считала боевые приемы, оружие, случаи из армейской жизни, но все это нашло отклик и живой интерес раненых.

Мне же, в связи с полной неспособностью что-либо предпринять в такой ситуации, ничего персонального не доверили. Я была на подхвате у Пилюли Сергеевны, смотрела, с какой ловкостью она пользуется магией, и даже придерживала паренька, пока Альбина выращивала на его голове новое пушистое ухо взамен оторванного.

— Фея, а тебе ничего здесь странным не кажется? — спросила она.

— Как это ничего? — изумилась я. — Здесь все странное, Алька. Магия, отросшее ухо, а вон у того кота — нога. Чудеса же да и только!

— Я не про это, — отмахнулась Альбина. — Вот скажи, если на Земле человек заболевает, или, не дай бог, попадает в ДТП, получает травму, ожог, то к нему кто приходит?

— Как кто? — не сразу и вопрос поняла. — Близкие, друзья, родственники.

— Вот именно, Кариша! Родственники! И первыми приходят матери, жены или на худой конец сестры. А тут ты видишь хоть одну сестру, переживающую за брата?

Я зачем-то обвела помещение взглядом, хотя точно знала, никаких мурранок здесь нет. И вообще, единственная виденная мною мурранка — была закутанная с ног до головы в легкие покрывала дама, которую я встретила в коридоре замка в самый первый вечер. И то сейчас сомневалась, не приглючилось ли. Может это, как Уррс, был еще один дух?

Что ни говори, а Пилюля права, все что касалось местного слабого пола, держалось в строгом секрете. Коты предпочитали об этом не говорить и все время переводили тему, если вдруг разговор становился опасным.

— Не вижу, — ответила я, подтверждая правоту Альки.

— То-то и оно. Кстати, ты говорила о какой-то ноге, которую ни в коем случае нельзя ампутировать. Пока вроде никто ничего подобного не делает, — заметила она.

Я сама об этом думала, и даже стала сомневаться в правдивости своего видения. Хотя, до этого момента они меня не подводили. И не ногу ждала, а Уоррвика. Мне очень хотелось увидеть его, посмотреть в усталые глаза и удостовериться, что с ректором все в прядке.

— Разлом удалось закрыть. Это последний, — объявил один из санитаров, кивнув на раненого.

Мы обернулись к телепорту.

Нет, видения не ошибаются. Никогда не ошибаются. Там, прямо на печати переноса, на носилках лежал тот самый паренек, который просил убить его. Его голос мне снился.

— Я опасен. Слышите? Опасен для всех! — вопил он, к нему уже спешил магистр Ашшен.

— Фея, ты чего побледнела, словно приведение? — переполошилась Алька. — Это он? Его ногу спасать нужно?

— Его… — откликнулась я.