Ольга Погожева – Вы все мои (страница 8)

Ожидавшие в коридоре Барри О’Салливан, отец О’Коннор и настоятельница выжидательно уставились на него, а Курт вдруг поймал себя на том, что дышит быстро и неровно. Потребовалось усилие, чтобы взять себя в руки под перекрёстными взглядами людей, которым он пока не мог доверять.

– Мне необходимо, чтобы Несса Уолш вернулась с нами в особняк мисс Мюррей, – стараясь, чтобы голос не дрогнул, заговорил он. – У меня остались некоторые вопросы, уточнить которые я смогу только по месту. Обещаю, это не займёт много времени: к вечерне мы доставим мисс Уолш в монастырь.

Преподобная мать ожидаемо не обрадовалась, но на его стороне оказался авторитет отца О’Коннора и корочка детектива О’Салливана. После короткой перепалки настоятельница сдалась, велев им ждать снаружи.

– Зачем нам монахиня? – громким шёпотом уточнил Барри, как только они оказались у автомобиля. – Не поймите меня превратно, Курт, но я ведь её уже опросил. Старуха умерла у неё на руках, и Несса тотчас оповестила всех в городе. Какое отношение она может иметь к убийствам?

– Возможно, никакого.

Курт не ответил больше ни на один вопрос, уставившись неподвижным взглядом в пожухлую клумбу. Садовница уже ушла, сделав своё дело, и цветник казался внешне ухоженным, но неизбежно увядающим. Поздняя осень на континенте приносила первые заморозки, но здесь, в Ирландии, природа просто засыпала, теряя часть красок и цветов.

Курт ощущал себя этой клумбой. Внешне вроде ничего, но по факту его время то ли ушло бесповоротно, то ли ещё не наступило. Не все цветы переживают зиму, и не всем дано распуститься вновь.

Дорога в особняк прошла в молчании. Отец О’Коннор пытался завести с Нессой разговоры о погоде, местных новостях и монастыре, но мисс Уолш отвечала хотя и приветливо, но весьма односложно, так что праздные беседы вскоре прекратились.

– Удачи, – пожелал священник, когда О’Салливан притормозил на главной улице Эшфорда. – И дайте знать, если понадобится помощь.

К особняку они подъехали втроём: отец О’Коннор остался в городе. Курт первым выбрался из автомобиля, распахнул заднюю дверцу, подавая руку Нессе Уолш. Послушница приняла ладонь, не поднимая глаз, и выбралась наружу, ёжась под пробирающими порывами осеннего ветра.

– Мы разожжём камин в кабинете, – пообещал Курт. – Внутри будет не так холодно.

О’Салливан покосился на коллегу и что-то пробурчал.

– Вы оставались тут на ночь? – Несса вскинула на него удивлённые глаза.

– Мы поздно приехали, – услышав предостерегающее покашливание Барри, отозвался Курт. – Решили заночевать в особняке и заодно понаблюдать, что здесь происходит ночью.

– И… что? – выдохнула Несса, не сводя с него взгляда.

– Ничего такого, что помогло бы расследованию.

Мисс Уолш кивнула, принимая туманное объяснение, пока О’Салливан воевал с замком.

– Почему монастырь прислал именно вас? – негромко спросил Курт, не глядя на Нессу. – Они знали, не могли не знать, что представляла из себя Морриган Мюррей.

Несса вновь поёжилась под грубым монашеским плащом.

– Сёстры боялись, – просто ответила она. – Никто не хотел сюда идти. Кроме того, я дипломированная медсестра, а мисс Мюррей так страдала перед смертью… Никто не должен умирать в одиночестве, мистер Леманн. Преподобная мать просила, но не настаивала. Я сама вызвалась.

– Курт, – поправил он бездумно. – Значит, сострадание…

Встречал он искренне сострадание, благие намерения и хитрые манипуляции руководства, чтобы заткнуть пробоину удобной, безотказной затычкой. Собственно, сам-то он как здесь оказался? Та же история, старая, как мир. Ни он, ни Несса не отказали бы горячо любимым наставникам. И те, разумеется, этим пользовались.

О’Салливан сделал вид, что придерживает двери, чтобы Курт с Нессой могли войти первыми. В свете дня особняк вовсе не выглядел пугающим, но тишина нежилого дома действовала гнетуще на впечатлительного детектива.

– Хоть бы кофе здесь водился, что ли, – пробурчал Барри, дёргая из кармана портсигар.

– В кухне есть, – тут же отозвалась Несса. – На второй полке, сразу над чайным сервизом. Питьевая вода в колодце. Если желаете…

– Желаю! – оживился О’Салливан. – Займу руки делом, пока вы щебечете в кабинете.

Курт пропустил Нессу вперёд, отмечая бесшумный шаг послушницы. Мисс Уолш была среднего телосложения, однако ни одна половица не скрипнула под её ногой, в то время как каждая ступенька отзывалась недовольным треском на поступь самого Курта.

На первом пролёте Несса остановилась.

– Детектив говорил, что тут погибла девочка, – печально произнесла она.

Курт отвёл глаза от силуэта, набросанного мелом на ступенях, и молча обошёл мисс Уолш, показывая путь.

– Как здесь запущено, – вновь грустно подметила Несса, проходя вслед за ним в кабинет. – Не думаю, что гости здесь убирались. Я пыталась хоть немного навести порядок, пока ухаживала за мисс Мюррей, но потом… Видимо, они не чувствовали себя здесь хозяевами, – покачала она головой.

Курт не стал переспрашивать, как чувствовала себя сама Несса Уолш в чужом доме, и молча занялся камином, пока девушка обходила кабинет. Послушница остановилась у окна, выглядывая во двор. Особняк покойной Морриган Мюррей обладал внушительной придомовой территорией, с относительно ухоженным парадным входом и дикими зарослями там, где полагалось быть саду. Если бы не болтливый призрак, Курт навсегда бы поселился в одной из ловушек, скрывавшихся под густой порослью.

– Они ведь и не были хозяевами, – разгибаясь, заговорил Курт. – Если не ошибаюсь, согласно завещанию, всё имущество и состояние банковского счета принадлежало её племянникам в равных долях, с исключительным правом на особняк и прилагающиеся к нему земли тому, кто успеет на встречу с тётушкой первым. Странное условие, – помолчав секунду, добавил Курт.

– Что странного в том, чтобы повидаться с родными перед кончиной? – возразила Несса. – Жаль, что ни один из них так и не явился. Впрочем, они не знали условий завещания.

– Иначе прискакали бы, толкаясь локтями, – усмехнулся Курт. – Присаживайтесь, мисс Уолш.

– Несса, – отозвалась послушница, отталкиваясь от подоконника. – Вы ведь просили называть вас по имени.

Потрескивающие поленья и весёлый огонь сделали своё дело: Несса Уолш подошла ближе, протянула руки и присела на диван. Тот самый, на котором Курт провёл свою первую ночь в Эшфорде.

Курту досталось кресло.

– Мисс Мюррей велела погасить все огни в доме, – задумчиво проронила Несса, глядя в камин. – Всё кричала, что повсюду пламя, и ей нечем дышать… Её агония была ужасной, – дрогнувшим голосом закончила послушница, поднимая на Курта ясные глаза. – Я знаю, это неправильно, люди говорили про неё ужасные вещи, но… мне стало её так жаль… она так мучилась…

Треснуло прогоревшее полено.

По щеке Нессы Уолш скатилась одинокая слеза.

– Как много вы видите, Курт?

Леманн с трудом оторвал взгляд от прекрасной послушницы и шумно выдохнул.

– Я вижу мир иначе, – тяжело признался он. – Для меня нет границ между миром живых и мёртвых. Вижу магические ауры, потусторонние явления… всё, что упоминается в Писании и всё, чему там не нашлось места. Это не значит, что я могу на что-то повлиять, – предупредил Курт. – Я не святой, не подвижник, даже не колдун. Последнее – к счастью, разумеется.

– Но вы можете пообщаться с мисс Мюррей? – встрепенулась Несса.

– Если её тень осталась на земле, то могу. Но не очень хочу, – тут же признался Курт. – Видите ли, Несса, я не люблю смотреть на ту сторону. Я был там однажды. И мне не понравилось.

То ли мисс Уолш отучили задавать щепетильные вопросы, то ли ответы она знала и без них.

– Но ради истины? – мягко подтолкнула она. – Может, мисс Мюррей подскажет, что произошло в доме после её смерти?

– Я могу общаться с мёртвыми, а не призывать их к жизни, – напомнил Курт. – Например, с нашим общим знакомым Рафаэлем я весьма плодотворно пообщался. Потому что он сам бросился мне навстречу.

Несса вздрогнула и перекрестилась.

– Вы о призраке? – догадалась она. – Простите, я так испугалась в тот раз…

– Что заточили несчастного обратно в поглотитель душ, зашвырнули его в подсобку и наложили на неё магическую печать, – спокойно завершил Курт, глядя ей в глаза.

Послушница побледнела.

Курт дал ей время отдышаться, прежде чем заговорил вновь.

– Отвечая на ваш вопрос, я могу поговорить с ходячими мертвецами, неупокоенными душами и даже бесами, если те явятся. Это не значит, что для меня это пройдет без следа. Не всякая беседа заканчивается мирно. Но я могу это сделать.

– Что вы видите во мне?

Голос послушницы оказался так тих, что Курт едва расслышал вопрос. Несса Уолш вновь мёрзла, невзирая на тепло камина и грубую, но плотную накидку. Даже съёжилась на диване, становясь совсем маленькой и потерянной.

Он не стал её испытывать.

– Я вижу, что вы носите то, что вам не принадлежит.

Несса вскинула измученное лицо. В глазах её, светлых, чистых, дрожали слёзы.

– Ни один из наследников не явился на зов тётушки, – медленно проронил Курт, не сводя с неё взгляда. – Но у неё были вы. Единственный человек, которого она могла коснуться…

– Она не хотела! – тут же вскрикнула Несса. – Даже велела мне убираться! А потом звала вновь… и так страшно кричала… так просила…

Несса не выдержала и закрыла лицо ладонями. Дрогнули девичьи плечи под накидкой.