Ольга Петрова – Не морозь меня! (страница 5)

– Ты ступила на скользкий путь, – донесся голос из-за спины, и я замерла, не поверив своим ушам. Осторожно откинула капюшон, повернула голову и встретилась взглядом с Данилой. Он еще несколько мгновений подержал меня, удостоверился, что я крепко стою на ногах (потому что окаменела от изумления) и отпустил. Я смотрела на него, смотрела, и никак не могла насмотреться. Он выглядел похудевшим и бледным в своей черной куртке, в его остриженных волосах серебрились снежинки, а в серых глазах застыл лед.

– Данила, – беззвучно прошептала я.

– Сколько лет, сколько зим, – тихо проговорил он.

Сзади захрустели шаги.

– Вот это сюрприз! – раздался голос Кости. – Ты как здесь очутился?

Он протянул руку кузнецу, а другой приобнял меня. Взгляд Данилы стал еще холоднее, но он пожал протянутую руку и со смешком произнес:

– Не поверите, но я задаю себе тот же вопрос.

– Как идут дела в Заречье? – спросил Костя, уверенно хозяйничая на моей кухне. Он сначала было выставил на стол чашки, потом пробормотал: – Здесь нужно нечто покрепче, – и отправился в комнату за коньяком.

А я сидела напротив Данилы, продолжала смотреть на него и не могла вымолвить ни слова. Показалось, что и его взгляд понемногу теплеет. Но вернулся Костя с бутылкой, достал бокалы и разлил коньяк со словами:

– За крайне неожиданную встречу!

– Я так понимаю, вам тоже есть что отметить, – Данила не спешил пить, согревал бокал в руке, катая янтарную жидкость по стенкам.

– Да, мы собираемся пожениться в апреле, – живо подтвердил Костя, с удовольствием делая глоток.

– Поздравляю, – прозвучало так, будто молот по наковальне ухнул.

Не о такой встрече я тщетно запрещала себе мечтать. Слов так и не появилось, и я молча взяла свой бокал и залпом осушила его. Слезы выступили из глаз. Я сделала вид, что это от коньяка.

Шарик, который поначалу пританцовывал, радуясь встрече со старым знакомым, и перетаскал ему все свои игрушки, понял, что гость не настроен на игры, и улегся под его стулом, внимательно прислушиваясь к разговору.

– Так как идут дела в Заречье? – повторил Костя вопрос.

– Многое изменилось, – задумчиво проговорил Данила. – И не все к лучшему. – Потом немного посветлел лицом. – У Дианы с Никитой пополнение.

– Мальчик? – я наконец-то обрела дар речи.

– И мальчик. Два мальчика. Близнецы, – и пока мы с Костей издавали восторженно-изумленные возгласы, добавил: – Уже два с половиной года пацанам, болтают без умолку.

– Как это два с половиной? – опешила я.

Костя сориентировался быстрее:

– Сколько времени прошло с тех пор, как мы покинули Заречье?

– Больше трех лет, – отозвался тот, и, начиная понимать, уточнил: – А сколько прошло для вас?

– На два года меньше, – пробормотала я, решив не афишировать, что этот срок я могу назвать с точностью до дня.

– Ах вот как, – задумчиво проговорил Данила. – Тогда все еще непонятнее.

О чем он? О том, что с точки зрения пространства и времени параллель не так уж и параллельна, или про то, как быстро мы с Костей…

– Мы провели в параллели два месяца, а когда вернулись, оказалось, что здесь прошло всего два дня, – попыталась объяснить я.

– То есть вы хотите сказать, что пока я пребываю здесь, в моем измерении могут минуть недели, а то и месяцы? – заволновался кузнец.

– А сколько времени ты уже здесь… пребываешь? – спросила я.

Данила замялся:

– Несколько дней. Возможно, неделю. Я не следил за временем.

– Как ты здесь оказался? – невольно хором спросили мы с Костей, отчего кузнец поджал губы, Костя снисходительно улыбнулся, а я досадливо поморщилась.

Данила задумался.

– Я и сам не очень понимаю, – проговорил он, подбирая слова, – но похоже, произошел обмен. Я поменялся местами со своим двойником, тем художником, про которого вы мне рассказывали. Я попал в ваш мир, а он, видимо, отправился в мой.

– То есть просто так, взял и поменялся? – недоверчиво переспросил Костя, и, заметив, какими взглядами обменялись парни, я быстро попросила кузнеца:

– Расскажи все по порядку.

Данила потянулся привычным жестом убрать волосы, но на полпути вспомнил, что убирать нечего, и смущенно взъерошил и без того лохматую шевелюру. Потом потянул кожаный шнурок на шее и вытащил из-за ворота висящий на нем медальон.

– Возможно, дело в этом.

Костя с интересом воззрился на медальон, в нем немедленно проснулся археолог-любитель.

– Глаз дракона.

Эти слова всколыхнули что-то в моей памяти. Где и когда я могла их слышать?

– Зара! – осенило меня. – Она говорила что-то про глаз дракона, помнишь, когда смотрела на карту. В этот знак сложились в конце концов линии на карте!

Ну конечно, Костя все помнил и все знал. Глядя на амулет, представляющий собой символ Y, чьи свободные концы соединялись линиями, образующими равносторонний треугольник, он выдал следующее:

– Мощный амулет, по мнению древних германцев. Его часто изображали на холмах и прочих возвышенностях. Исходя из концепции Великого Аркана, представляет вариант изображения его верхней части и описывает процесс зарождения реальности.

– А что такое «концепция Великого Аркана»? – заинтересовался кузнец.

Вспомнив, что он, как всегда, окружен дилетантами, Костя по своей хорошей привычке не стал отвечать на сложные вопросы, а пояснил более простыми словами:

– Символ связан с элементом огня, так как дракон – существо огнедышащее. И с творчеством, с которым связано значение глаза.

– Значит, неудивительно, что я обнаружил его, разбирая в кузнице старый дедов сундук, – подытожил Данила, отпил, наконец, глоток из своего бокала, удовлетворенно хмыкнул и продолжил: – Удивительно то, что было дальше. Я надел его на шею, чтобы посмотреть потом в Сети, что это такое, да и забыл о нем. Провозился в кузне допоздна, решил там и заночевать. И в результате проснулся абсолютно в другом месте, и как оказалось, в другом варианте реальности.

– В доме Дани-художника, – догадалась я.

– Представляете, открываю глаза и понимаю, что оказался в бывшей своей комнате в нашей городской квартире. Кругом холсты, красками пахнет. Беспорядок неописуемый. И мама – моя мама! – зовет меня завтракать. Пометавшись по студии, я обнаружил паспорт и телефон. Когда шок прошел, и я понял, куда угодил, решил, что единственное, что могу сделать в данной ситуации – выдать себя за своего двойника. Прежде всего для этого надо было подстричься, чтобы соответствовать фото на паспорте и родительским представлениям о сыне, так что я быстро оделся, натянул капюшон на голову и вылетел из дома.

Я в первый раз внимательно оглядела его стрижку. Не такая короткая, как у Дани, поэтому слегка вьющиеся волосы не торчат ежиком, а создают на голове живописный беспорядок, который так и тянет пригладить рукой.

Я сцепила пальцы в замок. Итак, он случайно оказался в нашем мире. Я даже не знаю, вспоминал ли он обо мне за это время, которого, кстати, для него прошло гораздо больше. За три года что угодно могло произойти, и пополнение семейства могло быть не только у Дианы.

– Как ты нас нашел? – спросила я совсем не то, что хотелось бы спросить.

– Ах да, вас, – Данила допил коньяк и продолжил рассказ:

– Ничего, кроме имён, я про вас не знал. Поиск в соцсетях у художника не дал результатов. Единственным связующим звеном было Заречье. Так что я обратился к «своим» родителям и принялся их расспрашивать о деревенских знакомых.

– А родители не догадались, что ты – это не ты?

– Нет, даже ничего не заподозрили. Мама только спросила про очки, а я сказал, что решил носить линзы. Так вот, расспросы вывели на Варвару, я связался с ней, и она сама напомнила про встречу в Заречье, раскопки и посиделки у костра, мне лишь поддакивать оставалось. Она дала номер Макса, но вот незадача – его телефон молчал. Я отправил ему сообщение и ждал несколько дней, пока наконец он вышел на связь и прислал ваши адреса и телефоны. Вот и всё.

– И что теперь? – осмелилась спросить я.

– Вас можно назвать опытными путешественниками по дорогам между нашими мирами, раз уж вы прошли туда и обратно. Думаю, только вы сможете помочь мне вернуться домой, и, кстати, вернуть обратно моего двойника. Пока меня нет, он там неизвестно что может натворить.

Вот все точки и расставлены. Он здесь вовсе не из-за меня, а по досадной случайности, недоразумению. Медальон ли тому виной, наследственные связи с «неведомыми силами», или знакомство с нами? Кто знает, возможно, «попаданство» заразно. Сидит, словно скрытая инфекция в организме, а потом раз – и срабатывает.

Я заставила себя, во-первых, запрятать поглубже чувства, а во-вторых, послушать Костю, ибо он, как водится, выдавал крайне разумные рассуждения:

– Самое плохое, что он может натворить, это раскрыть себя. Обычные люди не склонны воспринимать идею мультивселенной вне контекста фантастических фильмов и книг, и, если он будет настаивать на том, что заявился из параллельной реальности, то скорее всего, в ближайшем будущем окажется в психушке. А там полностью утратит связь с любой реальностью.

– Не самый оптимистичный сценарий.

Данила нечаянно задел Шариков мячик, тот покатился по полу. Песик немедленно кинулся вдогонку, принес игрушку к его ногам и, забавно склонив голову набок, вилял хвостом, приглашая продолжить игру. Кузнец в первый раз по-настоящему улыбнулся, и я улыбнулась вслед, ощутив неуместную, но абсолютно нескрываемую радость от того, что просто могу видеть его улыбку.