Ольга Пашнина – Принцесса на замену (СИ) (страница 22)

У меня язык не поворачивался сказать категорическое «нет», хотя я и понимала, что в таком платье незаметно слиться со стеночкой уж точно не получится. До последнего момента у меня еще была надежда на это.

– Возьми его, – напирал Тамир.

Некоторое время я колебалась, но в итоге все же нашла в себе силы сказать:

– Пожалуй, на первый выход оно слишком шикарное. Мирна, покажи, пожалуйста, оставшиеся два варианта.

Четвертое платье оказалось довольно приятного фасона – прямое, из тяжелой матовой ткани. Корсаж был, правда, странный, словно сотканный из разноцветных нитей, но в целом оно смотрелось в меру празднично, скромно и стильно. Вот только противный персиковый цвет мне совершенно не шел. Даже на голограмме было видно, что платье добавило мне лет десять и изрядно испортило фигуру.

– И последнее, – прокомментировала Мирна.

Последним шло темно-синее платье с широким ремнем. Само платье было совершенно обычным, с пышной длинной юбкой, свободно ниспадающей прямо от талии. Но к нему шел совершенно потрясающий аксессуар, на Земле мне не встречавшийся. К большим серьгам-кольцам были прикреплены хрустальные цепочки, они были заведены назад и красиво вплетались в сложную прическу. Камни в украшении поблескивали, и внешне обычное платье смотрелось торжественно.

– Неплохо? – неуверенно спросила я.

– Неплохо, – согласился Тамир. – Но и только. А то – шикарное.

– Шикарное. Но не мое. Мирна, закажи это, мне нравится.

Голограмма пропала, и система снова впустила в апартаменты дневной свет.

– Поля, ты себя недооцениваешь. Платье очень красивое, и тебе нужно его взять.

– Я выбрала платье. И выбором довольна.

– Вредное высочество. Подумай о нем, Паулина. Пообещай, что подумаешь.

– Подумаю, – тут же согласилась я, просто потому, что с такими, как Тамир, проще было согласиться и молча сделать по-своему.

– Ну, чем займемся? – спросила Мирна.

Она явно подобрела и уже не смотрела на Тамира волком.

– Предложил бы прогуляться, да клятвенно обещал нашему наставнику не таскать принцессу по полям и лесам. Поэтому идей никаких.

– Фортем говорил с тобой о нашей вылазке? А мне только намеками. Я думала, он не может доказать, что я выходила.

– Да все он может, но ему эти доказательства не нужны. – Тамир поморщился. – Просто понимаешь, ты вольна творить все, что угодно, – он не может тебя толком наказать, не те полномочия. Император тоже не станет любимую сестренку сильно наказывать. Ну и Фортем бесится.

– Не так уж безосновательно, – флегматично подметила Мирна.

А я промолчала, что меня-то наказать он как раз может, и очень хорошо. Зато будь на моем месте Сашка, лорд-ксенофил бы повесился. Вот уж у кого энергии было не занимать, так у настоящей принцессы. Я по сравнению с ней образец спокойствия и рациональности.

Пока пили чай, я рассказала об увиденном в музее. Тамир, к моему удивлению, согласился с Люком:

– Это нормально, обычная ошибка системы. Всем занимаются роботы, но программы для них пишем мы. А мы – мешочки с мясом и эмоциями. Не думаю, что кто-то намеренно хотел показать вам эту сцену, хотя кто знает, вдруг среди сотрудников музея попался ярый ненавистник императорской семьи. Всякое бывает. Кстати о ненавистниках. Говорят, Поля, ты завтра присоединишься к нам на занятиях.

– Да, Люк что-то такое упоминал. Вся эта информация не укладывается в голове. Ночью чип впихивал в меня законы, и, кажется, они все в голове перепутались. Не надо было так ею трясти.

Тамир хотел было что-то сказать, но мелодичный голос системы объявил:

– Господин Ортес, разговор с вами запрашивает леди Ортес. Желаете, чтобы я вывела ее звонок сюда?

– Мама, – вздохнул Тамир. – Нет, я поговорю с ней у себя через несколько минут, спасибо. – И уже нам: – Так, меня сейчас будут воспитывать, а потом ужин и астрономия. Завтра на занятиях встретимся и после обязательно где-нибудь развлечемся. Даже в пределах дворца можно найти приключения. Не скучайте, дамы.

И унесся, оставив нас в полнейшей тишине.

Мы с Мирной долго и задумчиво смотрели ему вслед. Активный молодой человек, ничего не скажешь. И вроде как даже дружелюбный. Я вообще в дружелюбие и светлые намерения парней и мужчин не верила. Сфера общения была не та, девушки моего круга интересуют парней в не самых платонических смыслах.

Но очевидно, что здесь порядки были другие. Постоянно приходилось себе напоминать, что отныне придется дружить с ровесниками, особенно в стенах дворца. И вообще как-то жизнь дальнейшую строить. Я все не могла привыкнуть, что этот фарс продлится всю мою жизнь. Слишком уж зыбким и временным казалось положение.

Казалось бы, короткая прогулка и просмотр пяти нарядов не могли вызвать усталость, но сказалась отвратительная ночь, и я начала клевать носом. Так и уснула на диване, а Мирне не удалось уговорить меня перейти в постель. Озадаченной горничной и в голову не пришло, что за этот небольшой и твердый диванчик месяц назад я отдала бы все на свете. Девушка принесла одеяло, и я, завернувшись в него с головой, счастливо уснула.

А когда проснулась, уже стемнело. Меня никто не будил, я чувствовала себя отлично отдохнувшей и готовой к вечерним занятиям. Планировала поужинать, прогуляться по саду и почитать что-то в постели. Вообще праздный образ жизни мне неожиданно понравился, хотя от какого-нибудь общественно важного занятия я бы не отказалась.

Ну там… мир спасать или детей воспитывать.

– Как думаешь, – спросила я у Мирны, надевая темно-серое платье к ужину, – мне больше пойдут шорты поверх разноцветных трико или фартучек?

– Что? – удивленно моргнула девушка.

– Да думаю, кем стать, супергероем или домохозяйкой. Вообще кем может быть принцесса… ну… помимо принцессы? Чем заниматься? Люк говорил заняться какой-то концепцией, но как выучиться этому? Есть университет или курсы какие?

– Все императорские дети учатся в замке. Обычно формируется класс человек на десять. Дети императора и приближенных людей. Их учат всему, что может понадобиться для управления. Тамир здесь с шести лет, а некоторых отдали и того раньше. Тебе придется наверстывать.

Я только вздохнула, завтрашний урок у Фортема превратится в испытание похлеще бала. Быть самой тупой среди детей аристократов и без того малоприятно, так ведь рептилоид еще и пройдется по этому, как пить дать, ткнет в больное место.

– Сегодняшний ужин в звездном зале, – сказала Мирна. – Там красиво.

Но «красиво» оказалось не тем словом, каким можно было описать зал. Он, по сути, и залом-то не был, скорее большой беседкой с единственным столиком у балкона. Высокие белоснежные колонны поддерживали прозрачный купол, через который было особенно хорошо видно звезды. Видимых источников света не было, он лился откуда-то сверху, но совершенно не мешал любоваться садом, раскинувшимся внизу.

– Да… впечатляет.

Я повернулась к Мирне:

– Садись со мной. Скучно.

Но та лишь покачала головой:

– Не имею права, ластиар. Мне попадет, если я нарушу правила… если кто-то увидит.

– Правила, – пробурчала я. – Сплошные правила, уже и задружить ни с кем нельзя.

Пришлось рассматривать ужин и пробовать на зуб новые продукты в гордом одиночестве. И, несмотря на то что до сих пор я не сталкивалась с врачами и лекарствами (хотя должна была, неужели мой желудок идеально приспособлен к иноземной кухне?), проблем с усвоением пищи не чувствовала. Постепенно появлялись любимые продукты, постепенно я узнавала названия блюд.

Передо мной стояла стеклянная бутылка с темно-оранжевой жидкостью – вином с одной из планет Адары. Оно оказалось легким, фруктовым и с кислинкой. Пожалуй, очень близким к облепиховому, если бы у нас такое вино вообще существовало. Я задумчиво потягивала напиток, глядя вдаль, на сияющие огни Альсахла.

– Обдумываете акт мести, ластиар?

Фортем. Я почти не вздрогнула, услышав его голос. Видимо, подсознательное ожидание обещанного Люком ужина не дало искренне удивиться.

– У вас все мысли об… актах? Или вы иногда и о государстве думаете?

– Ты у меня с государством пока не ассоциируешься.

Он уселся напротив, задумчиво вперившись в меня взглядом. И этот взгляд мне как-то не слишком понравился.

Разговоры с Фортемом еще никогда не заканчивались безграничным счастьем и безудержным весельем. Я сжала ножку бокала, чтобы не выдать волнения. Мы ведь все давно обсудили, зачем он снова пришел? Вряд ли мне удастся угадать.

– Слышал, ты подружилась с чудесным юношей по имени Тамир Ортес.

– Подружилась – громкое слово. Познакомилась.

– Довольно тесно, раз доверила ему собственную жизнь.

Крыть было нечем, и я промолчала. Мы так и сидели несколько минут: я рассматривала пустую тарелку, Фортем рассматривал меня. Потом он вдруг поднялся, и я с облегчением выдохнула – уйдет! Увидит, что я не настроена на перепалку, и оставит в покое.

Куда там!

Ксенофил остановился около меня и протянул руку. Пришлось взглянуть на него, чтобы вообще понять, что от меня требуется.

– Что ты собираешься делать на празднике, если тебя пригласят танцевать?

«Упаду в обморок», – почти вырвалось у меня.

– Я не хочу с вами танцевать, – почему-то вышло сказать это шепотом.

– Если когда-нибудь я решу спросить о твоем желании, непременно учту.