Ольга Пашнина – Драконы обожают принцесс. Книга 1 (страница 28)

– И что ты мне сделаешь? Накажешь за неуважение? Думаешь, твой отец готов услышать историю о том, где принцесса привыкла развлекаться?

– Думаю, что даже если он тебе и поверит, то все равно придется отвечать за свое поведение сейчас. Тебя, конечно, будет очень греть мысль, что меня поставили в угол, когда у тебя отберут привилегии?

Эртан побледнел, а потом слился с алой драпировкой на стульях и банкетках.

– Я требую реванш!

– Это ты о чем?

– Ты победила нечестно! Я хочу новый бой! До того, как ты уедешь.

– Перетопчешься, – совсем не по-принцессовски отрезала я.

– Это еще почему? Боишься продуть?

– Вот если бы ты просто сказал, что хочешь реванш – завтра бы уже искали пустырь для боя. А с обвинениями в нечестных победах – иди ты к дракону под хвост, понятно? И чего это ты такой злой? Неужто расстроен, что сорвалась помолвка, на которую рассчитывал твой отец?

– Больно ты мне нужна.

– Видимо, больно, раз ты вцепился в меня, как упырь в добычу.

Поняв, что и впрямь выглядит нелепо, Эртан ослабил хватку.

– Вы могли бы и предупредить мою семью прежде, чем плевать на все договоренности.

– Думаешь, после встречи с тобой на боях я бы согласилась на брак?

– Думаю, что тебе как не давали права голоса, так и не собираются. Только не ври, будто выходишь за этого фальшивого герцога по большой любви.

– Ох, Эртан, я-то думала, ты не умеешь держать язык за зубами, только когда колдуешь. А оказывается – всегда.

Герцог Райленторгский злобно сощурился и склонился к моему лицу.

– Меня не волнует твой титул, Корнеллия, потому что он такой же фальшивый, как и твой жених. Может, формально ты и принцесса, но по крови – обычная дворняжка, которая должна кланяться каждый раз, когда я вхожу…

– Ай-яй-яй, – услышали мы наигранно грустный голос, – неужто мной овладела неведомая хворь, от которой слышится то, чего нет? Ваше высочество, мне послышалось, или его светлость кого-то оскорбил?

Лев Рогонда с насмешкой взирал на Эртана сверху вниз, будучи почти на две головы его выше. Правда, атмосфера резко перестала быть томной и превратилась в очень и очень напряженную, Эртан даже голову втянул в плечи от страха.

– Не знаю, я его не слушала. Эртан, господину начальнику магической охраны королевского двора послышалось?

– Послышалось, – сквозь зубы процедил он.

– Тогда, пожалуй, вам не стоит находиться рядом со мной. Вдруг это очень заразно? А если я стану буйным?

Я с облегчением выдохнула, когда Эртан испарился среди гостей. Быстро огляделась, увидела папу с фрейлиной, Линда – беседующего возле столов с Кристи, и Астара, слегка задолбавшегося – его вновь облюбовала Майя. Пока Эртан окончательно портил отношения со мной, его подружка времени даром не теряла.

– Принцесса? – Лев протянул руку. – Могу я пригласить вас?

С каким облегчением я согласилась! Терпеть не могу танцевать с незнакомыми. Правда, знакомых, как правило, жалко, но не настолько, чтобы ждать, когда кто-нибудь высмотрит венценосную жертву и вцепится в мою талию клещом.

– Он вас расстроил? – спросил Лев.

– Нет, Эртан дурак. Мы с ним… м-м-м… не сошлись во взглядах на некоторые магические законы.

– Да, – усмехнулся он, – я наслышан.

Округлив глаза от неожиданности, я быстренько спохватилась и сделала вид, что понятия не имею, о чем он. К счастью, Рогонда не стал развивать тему.

– Мне будет не хватать вас, Корнеллия. Дворец определенно станет очень скучным местом.

– Не расслабляйтесь, до свабли еще два дня!

Рогонда рассмеялся.

– Восприму эту угрозу со всей серьезностью, ваше высочество.

– Это не угроза. Скажем так, предупреждение.

Он вдруг посерьезнел.

– А если серьезно, вы сегодня удивительно выглядите. И я горжусь тем, что приложил руку к вашему воспитанию. Хотя иногда хотелось приложить ее к другому месту – не поймите меня превратно.

Я хихикнула, вспомнив, сколько раз Лев Рогонда находился на волоске от того, чтобы взять ремень и гонять меня им по замку. Папа, кстати, ни разу не был против. Видимо, только внутренние принципы не позволяли магу-охраннику пороть ребенка. Или опасался мести.

И как так получилось, что абсолютно чужой человек, наемный маг, относится ко мне теплее, чем родная тетя? Несмотря на все мои выходки, шутки и случайные… гм… разрушения.

А может, не такой уж и чужой. Могла ли мама обманывать отца? Это совсем не вязалось с ее образом, который до сих пор являлся символом безграничной доброты и порядочности. Но вдруг за закрытыми дверями покоев происходило что-то совсем не соответствующее радужной картинке?

Это на самом деле не такое уж из рук вон событие: роман королевы с магом-охранником. Об этом даже книжки пишут.

– Могу я у вас кое о чем спросить?

– Да, разумеется, – кивнул Лев. – Я не могу обещать, что отвечу, однако клянусь, что ни в едином слове не солгу.

– Все эти сплетни в газетах… в них всегда есть частичка правды. И зачастую эту правду знают всего несколько человек. Я давно пытаюсь выяснить, кто из дворца сливает сплетни, но не преуспела. Вероятно, когда я уеду, поток сплетен прекратится. Но если нет, вы дадите мне знать?

Рогонда слушал очень внимательно, и я даже прониклась благодарностью. Оказывается, здорово, когда с тобой общаются, как со взрослой. Умолчим, что для этого и вести себя нужно соответствующе, кому вообще нужны лишние подробности?!

– Вы не первая, принцесса, кто задается таким вопросом. Поверьте, мы с вашим отцом давно ищем источник внутри дворца. Регулярно под суд идут слуги и рабочие, но кто бы ни стоял за всем этим, он умен. Он никогда не передает информацию лично, использует пешек и заставляет их молчать. Я дам вам знать, если что-то выясню. И если статьи продолжатся. Думаю, репортеры найдут новую жертву. И у нас появятся зацепки.

Я закусила губу. Язык очень чесался спросить кое-что и…

Да кого я обманываю? Не сомневалась ни секунды.

– У вас с мамой был роман?

Не скажу, что Рогонда ожидал этого вопроса, однако он не поперхнулся воздухом, не споткнулся, не воздел глаза к небу, прося у богов прощения за мое кощунственное предположение. Он отреагировал так, словно весь вечер надеялся, что я не спрошу, и сейчас ужасно разочаровался.

– Я не вправе говорить с вами об этом, принцесса. Простите.

– Значит, да. Вы не хотите лгать, потому что обещали. И не можете сказать, что нет.

– Ваша мама была хорошим человеком, Корнеллия. Возможно, самым лучшим из всех, кого я знал. А ваш отец – достойнейший человек, не уступающий ей в доброте. Они действительно родственные души, и никто на свете не смог бы разрушить их любовь.

Опять туманные формулировки и куча комплиментов. Но тоску в голосе, когда мы говорим о маме, не скроешь. Кто бы ни подкинул газетчикам идею статьи, он, кажется, был к отцу куда ближе, чем я.

Я собиралась было засыпать Рогонду новыми вопросами, на этот раз о тетушке Мод, но прежде, чем открыла рот, мы услышали истошный визг, от которого замолкла музыка и остановились все танцующие.

Кричала Майя, и было из-за чего: на верхушке высокой прически, смачно посасывая ярко-розовый гребень, сидел Зомбудель. Комья влажной земли падали на пол, привнося в напыщенное убранство бального зала легкую нотку реальности. На платье Майи было больно смотреть. Судя по всему, на улице начался еще и дождь, потому что с Зомбуделя ручьями текла мутная вода.

Астар ошалело смотрел на свою партнершу, а Линд за его спиной мужественно пытался не заржать.

– А… – я открыла рот.

– Нет, – угадав мой вопрос, ответил Рогонда. – На этот раз я ни при чем. Но согласитесь, вышло забавно?

Папа, увы, так не думал.

– Корнеллия! – шикнул он.

– Это не я! Мне поесть спокойно не дают, все поздравляют! Когда бы я смоталась на могилку к Зомбуделю?!

– Я не сказал, что ты виновата! Но только ты с ним можешь управиться. Быстро бери своего жениха с дружком и унесите тварь отсюда!

– Папа, я уже не знаю, где его упокоить! Мы закапывали его везде!

– Да поселите его уже в какой-нибудь конуре, хватит хоронить того, кто сопротивляется! Может, хоть так он перестанет пугать окружающих…