Ольга Олейник – Свекровь. Мама, ты нам больше не нужна (страница 4)

— Ты же понимаешь, нам с Настей после свадьбы хочется побыть одним. Всё-таки у нас медовый месяц. И раз уж мы не поехали пока в свадебное путешествие, то нам хотелось бы устроить его хотя бы здесь. И вот мы подумали… Ты не могла бы на лето уехать в деревню?

В деревню? Да, там у нас бабушкин дом, но он совсем старый и непригодный для проживания. Мы перестали ездить туда еще лет десять назад.

Сначала я еще надеялась, что мы сумеем сделать там ремонт. Но Денис тогда еще учился в университете, а на лето ездил вожатым в детский лагерь. И без мужчины в доме навести там порядок оказалось слишком трудно.

А с каждым годом дом всё больше ветшал. И когда лет пять назад я съездила туда на пару дней, то останавливаться пришлось у соседей — погода стояла холодная, и без печи там было не продержаться.

И сын это прекрасно знает.

— Денис, там крыша течет. И печь перекладывать нужно.

— Мам, ну это же только на лето. Сейчас тепло. Но если хочешь, то можно взять с собой обогреватель. А готовить ты можешь на электрической плитке. Зато какой там свежий воздух! И скоро пойдут ягоды и грибы. Ты же любишь их собирать. Да и Джеку там будет куда удобней, чем в городской квартире. А осенью мы за вами приедем, мам!

Погода действительно стоит чудесная. И я сама много раз задумывалась над тем, чтобы съездить в деревню. Всё-таки я провела там всё детство, и те места вызывают у меня приятные воспоминания.

— А мы договоримся с коллегой, и он отвезет вас на машине! — подхватывает Настя, видя мои сомнения.

— Тем более, мам, что тут вот-вот начнется ремонт. А это, сама понимаешь, шум и грязь. А там тишина, и никто не мешает.

Сборы занимают три дня, и уже в ближайшие выходные мы с Джеком отправляемся в деревню. Вещей набирается много, и мы забиваем ими весь багажник машины. Берем и обогреватель, и электрическую плитку, и теплую одежду, и корм для Джека, и продукты для меня. В деревне нет стационарного магазина, а автолавка приезжает лишь пару раз в неделю.

Варя выходит нас проводить и обнимает и меня, и Джека.

— Лидия Александровна, а можно я к вам как-нибудь приеду на выходные?

— Конечно, Варюша, что за вопрос? Приезжай в любое время. Будем тебе очень рады! Не уверена, что там будет хорошая связь, но я постараюсь позвонить, как только обустроюсь.

Я уверена, что сын поедет с нами, но он, как и Варя, просто обнимает меня перед тем, как мы забираемся в машину.

— А ты разве не поедешь? — удивляюсь я. — Я думала, ты поможешь открыть ставни и наносить воду.

— Мам, прости, у меня сегодня с обеда занятия. Неожиданно поставили, не успел перенести. И Виталика там не нагружай, пожалуйста, а то в следующий раз он откажется ехать. А помочь с водой и со ставнями попроси кого-нибудь из деревенских, ладно?

Виталик — коллега сына — оказывается милым молодым человеком, и мы с ним болтаем всю дорогу. Я рада лишний раз услышать, что Дениса ценят на работе, и что коллеги рады за них с Настей.

Несколько часов пути, и вот мы на месте. Напряженно вглядываюсь в мелькающие за окном пейзажи. Деревня за эти пять лет сильно изменилась. Многие дома выглядят заброшенными, а все поля и луга заросли борщевиком и ивовыми кустами. Во времена моего детства тут был крепкий колхоз, а сейчас нет даже ни одного фермера. И молодежи тоже почти нет.

Я объясняю Виталику, как проехать к нашему дому. Но когда мы подъезжаем к нему, мне кажется, что мы ошиблись адресом.

Дом совсем обветшал, а весь огород — в сорной траве. Мы с трудом добираемся до крыльца, и Виталик помогает мне открыть дверь.

— Лидия Александровна, а как же вы тут одна-то будете? Тут во всём нужна грубая мужская сила.

Я это понимаю и сама. Ступеньки на крыльце провалились, часть стекол в окнах разбита, печная труба рассыпалась на кирпичики.

— Ничего, — пытаюсь улыбнуться я. — Надеюсь, Денис на следующие выходные сумеет вырваться и всё подправить.

Я пытаюсь протестовать, но Виталик всё-таки приносит мне несколько ведер воды с реки, и на одну из ступенек крыльца набивает сверху доску, которую находит в сарае. Благодарю его, предлагаю деньги. Но он только смеется.

В его присутствии я пытаюсь держаться бодрячком, но как только он уезжает, я смахиваю пыль с табурета, сажусь к столу и реву, закрыв лицо ладонями. А Джек понимающе скулит и лижем мои руки своим шершавым языком.

Глава 7

Я изначально понимала, что в доме, в котором никто не жил уже много лет, многое будет выглядеть удручающе. Но даже такой настрой не позволяет мне избежать разочарования.

И первые пару часов я просто хожу по комнатам и по заросшему травой двору и не знаю, за что взяться. Мне страшно даже представить, что именно тут мы с Джеком и должны ночевать.

Но выбирать не приходится, и прежде, чем наступят сумерки, мне нужно привести в порядок хотя бы кухню и спальню. И я беру себя в руки, нахожу в комоде старую простынь, которую рву на тряпки, и принимаюсь за уборку.

Я привезла с собой и моющие средства, и салфетки, и веник, так что работа спорится, и через час я разбираюсь по крайней мере с толстым слоем пыли, что лежал и на мебели, и на полу. Протираю окна. Те из них, которые были закрыты ставнями, по крайней мере остались целы. А вот на веранде многие стекла разбиты. Но с этим я ничего поделать не могу. Может быть, где-то в сарае сохранились старые рамы, и тогда стекла можно было переставить в окна с них. Но даже для этого нужен специалист. А с этим, как оказывается, тут очень большие проблемы.

Об этом мне сообщает соседка, которая приходит к нам.

— Лида? — близоруко щурится она и достает из кармана фартука очки. — Давненько тебя тут не было.

Таисья Федоровна — ровесница моей мамы. Я помню ее хорошо, и она меня тоже. Поэтому мы тепло обнимаемся, и она приглашает нас с Джеком к себе на обед.

— Вам тут еще долго прибираться, посуду перемывать. А у меня уже всё готово.

И мы идем к ней в дом. Никогда еще я так не радовалась простому деревенскому быту с потрескивающими в печи дровами.

— Хоть и лето на улице, а печь хоть раз в пару дней топлю. Так воздух в доме суше. Да и по ночам на улице бывает холодно. А я уже в том возрасте, когда хочется тепла. Ох, Лидушка, а как же ты в своем доме без печи-то будешь. Трубу-то над крышей видела? Не вздумай топить.

— Ничего, мы как-нибудь, — пытаюсь улыбнуться я. — У нас с собой обогреватель и электроплитка.

— Ну, тогда ладно, — кивает она. — Да вы, поди, и ненадолго? До холодов-то всяко уедете. А землянику уже берут, да. И красную смороду. Помнишь, где угоры-то? Автолавка нынче раз в неделю только приезжает. Ага, по вторникам. Так что пиши списки покупок, чтобы ничего не забыть. Чаще-то ездить им нет резону. Тут, в деревне, никого почти не осталось. Это летом еще пошумнее. А к осени опять все разъедутся.

— А есть ли в деревне мужчины, которые могли бы помочь подлатать дом?

Денег у меня немного, но печь в доме выглядит целой, а за починку трубы, надеюсь, много не возьмут.

— Да откуда? — хмыкает соседка. — Одни старики с внуками на лето приезжают.

Я с удовольствием ем и суп, и второе, и пью чай. А Джек лакомится остатками вчерашнего ужина в виде макарон по-флотски.

Благодарю Таисью Федоровну за обед, и мы возвращаемся к себе. Как ни странно, но от электричества нас не отключили. Хотя проводка в доме старая, и следует быть осторожной. Подогреваю воду на плите и перемываю всю посуду из буфета. Стелю на стол новую скатерть, на окно вешаю новые занавески. В кухне сразу становится уютнее. Да и чай у нас теперь свой. Так что вечером ужинаем у себя.

Обстановка в спальне куда хуже. Шторы там тоже привезенные нынче из города. И постельное белье. А вот привезти еще и матрас я не догадалась. А старый влажный и изгрызенный мышами. Даже садиться на него мне не хочется. А уж спать…

Вытаскиваю матрас на улицу. Вместо него кладу на кровать найденное в сундуке ватное одеяло. Не слишком удобно, но что же делать.

Ближе к ночи включаю обогреватель. Воздух в доме влажный, а на улице и в самом деле холодает. И когда я укладываюсь спать, Джек тоже заскакивает на кровать и укладывается в ноги. Вместе теплее.

Я привезла с собой много продуктов из города. Но многое и забыла, так что в автолавке закупаюсь основательно. Но матраса в ней, конечно, нет.

За несколько дней я навожу в доме мало-мальский уют. И теперь уже Таисья Федоровна иногда приходит пить чай к нам.

— Ты погляди, у тебя двери-то не закрываются! — качает она головой. — Подтесать бы их надо. А то через такую щель и воздух холодный идет, и комары в дом летят.

— Сын в выходные приедет, подправит.

Впрочем, с дверью я справляюсь и сама, благо, что нужные инструменты находятся в чулане. Но и в доме, и в огороде еще немало работы для мужских рук. Денис у меня, конечно, больше по умственному труду, а не по физическому. Но уж выкатить из сарая бочки да поставить их под слив как-нибудь сможет. Да и траву скосить.

У соседки узнаю расписание автобуса и звоню Денису. Наверно, будет лучше, если он приедет один, без Насти. Ей тут точно не понравится. Да и спать тут не на чем.

— Мам, прости, но в эти выходные не получится. Сейчас как раз сессия идет, у меня завал курсовых. Ты же знаешь, как это бывает — студенты всегда всё сдают перед самыми экзаменами. Постараюсь приехать через недельку. Хорошо? Да-да, конечно, и матрас привезу.