Ольга Обская – Приговорён любить, или Надежда короля Эрланда (страница 25)

Надежде повезло, что Эрланд не догадывается о её чувствах. Повезло, что по-своему понял инцидент с розой — подумал, что Надя сломала её, чтобы показать недопустимость сближения. Так будет лучше.

— Это хорошо, Ваше Величество, что вы понимаете — мы должны держать дистанцию. Вы мой клиент — я ваш психолог, вы мой король — я ваш Советник. Но вы можете быть уверены во мне — преданный Советник. Если позволите — друг. Я всегда буду на вашей стороне. Я здесь, чтобы помочь.

И как только Наде хватило сил, произнести слова уверенно и спокойно? Колени подкашивались, а губы хотели промямлить совсем другое. Но она сказала то, что должна была — ДРУГ. Хорошее слово. Сильное, но безопасное.

— Я ценю вашу преданность, Надежда.

И почему Наде кажется, что Эрланд тоже хотел произнести что-то другое, но сказал то, что велел долг?

— Начнём наш сеанс? — она прошла к креслу.

Эрланд сел напротив. Сможет ли она сегодня продолжить свою непростую историю о Королеве, когда мысли лихорадочно скачут, а в горле пересохло до хрипоты.

— Не отказалась бы от стакана воды, — попросила Надя. — Или чашки чая.

Эрланд позвал прислугу и попросил принести горячие и холодные напитки.

Надя с жадностью сделала несколько глотков обжигающей жидкости.

— Сегодня будет ход Королевы? — спросил Эрланд.

— Наша Королева спит, — напомнила Надежда. — Сейчас ход доктора. Он собирается в дорогу. Он убит горем. Придавлен им, как стопудовой гирей. Он не может понять приказ Короля. Сердце рвётся от жалости к Королеве. Его прекрасной Королеве, его тайной страсти, его навечно неразделённой любви. Именно она, любовь, придаёт ему сил. Он хочет всё предусмотреть. До Горного Монастыря несколько дней пути. Королева ни в чём не должна нуждаться ни в дороге, ни по прибытию. Десять повозок загружены доверху, десять карет со слугами, няньками-мамками, снаряжены в путь. В одиннадцатую, самую роскошную, вносят спящую Королеву. Можно отправляться. Но всё ли доктор предусмотрел?

К нему спешит дородная женщина.

«Я должна поехать с вами», — горячо убеждает она доктора.

Она работает кухаркой при королевском дворе уже несколько лет.

«Именно мои блюда наша Королева любит больше всего», — заверяет женщина. — «Монастырские стряпухи не смогут потешить изысканный вкус нашей Королевы».

Доктор даёт распоряжение разместить кухарку в одной из карет, и процессия трогается…

Стук в дверь прервал рассказ.

— Войдите, — позволил Эрланд, явно недовольный, что кто-то посмел потревожить в неподходящий момент.

Но как только он увидел вошедшего, выражение лица поменялось. Это был тот же неприметный письмоносец, что явился к Его Величеству во время турнира. И снова с посланием. Эрланд пробежал глазами строчки и кивнул вошедшему:

— Распорядись, чтобы мне подготовили лошадь.

Тот мгновенно испарился.

— Прошу извинить, — Его Величество посмотрел на Надю. — Продолжим завтра.

Куда он? К ведунье? Любопытство, тревога, смятение — дружной оравой навалились на Надю. Но ничего. Завтра она, наконец, всё выяснит при личной встрече с этой таинственной предсказательницей.

Эрланд поднялся и направился к двери, но на полдороге развернулся:

— Да, забыл предупредить. Я назначил вам охрану.

— Охрану? — опешила Надя.

В её сознании её собственная персона никак не вязалась с этим громким словом. В голове почему-то промелькнули кадры из мультика про Бременских музыкантов: «Ох, рано встаёт охрана».

— Да. Мы разговаривали с Арчибальдом. Он считает, что у вас могли появиться враги. Так будет спокойнее.

Ну, спасибо, Арчи, удружил.

— Мне кажется, это как-то слишком. Советник просто очень уж опаслив и осторожен.

— Я с ним согласен. Мне тоже так будет спокойнее, — Эрланд вышел из кабинета. Таким размашистым непоколебимым шагом, что стало понятно: пытаться убедить его отменить приказ — бесполезно.

— А кто меня будет охранять? — подскочила Надя вдогонку.

— Братья Вильгельм и Феликс, — бросил Его Величество на ходу.

— Что?

— Они самые ловкие и сильные рыцари. Не отступят от вас ни на шаг и не позволят и волосинки упасть с вашей головы.

Ловкие-то они ловкие. Особенно если их ловкость да в мирное русло. Но вот засада — а как же завтрашняя прогулка к ведунье?

Глава 29

Бодигарды

Личная охрана поджидала на выходе из кабинета. Братья выглядели серьёзными и сосредоточенными — просто вылитые два Кевина Костнера из бессмертного «Телохранителя». Они поприветствовали кивками головы и всё. Никакого тебе благоговейного «О, прекраснейшая из дам, вы самая прекрасная…» от Феликса или пылко-угрожающего «Миледи, я добьюсь вашего поцелуя…» от Вильгельма. Положение, как говорится, обязывает.

Надя пошла коридорами к себе, и рыцари последовали за ней почётным хвостом, соблюдая расстояние в несколько метров. Сомнительное удовольствие. Она ускорила шаг — они тоже начали передвигаться резвее, замедлилась — и они сбавили скорость. Нырнула в боковой коридорчик — они за ней. Вынырнула — почётный хвост следом. Усмехнулась сама себе — что за развлечения? Что за детство? Ну, просто, это очень-очень странные ощущения, когда к тебе приставили телохранителей.

Его Грозное Величество постарался на славу — добавил Наде головной боли. Нет, в предусмотрительности ему, конечно, не откажешь. Теперь братья при деле — постоянно в поле зрения друг друга: каждый проследит за сотоварищем, чтобы тот обошёлся без необдуманных поступков, а оба вместе проследят, чтобы необдуманных поступков не совершила Надя. Эрланд будто чувствовал, что она собралась прогуляться в сомнительное с точки зрения приятности место. Ничего, Надя придумает способ оторваться от охраны. Она, если что, может свою экскурсию к ведунье перенести на тёмное время суток. Не будут же братья под дверью её покоев всю ночь дежурить? Или будут?

— До завтра, милорды, — попрощалась она с рыцарями, перед тем как зайти к себе.

Те снова обошлись кивками головы, занимая позицию по разные стороны от двери. Значит, собрались-таки провести здесь всю ночь? Ну и ладно. Пусть бодрствуют до утра. Тогда следующей ночью их уж точно возьмёт сон, и Надежда сможет выскользнуть из дворца незаметно.

Она позвала Лизи помочь переодеться. С одной стороны, Надя никак не могла привыкнуть к этому местному ужасу, что снять и одеть платье в одиночку практически невозможно, но с другой стороны — какой это чудесный повод поболтать непринуждённо о том о сём, узнать свежие сплетни или выведать какую-то информацию. А сегодня у Нади была очень интересная тема для разговора, навеянная портретом трёх женщин, который она обнаружила в кабинете Эрланда.

— Лизи, у матери Его Величества было две сестры, ведь так?

— Так, миледи Надя, — ответила помощница, ослабляя шнуровку лифа. — Алисия и Сэмюэлла. Сэмюэлла — самая старшая.

Ну, вот, спасибо Лизи. Теперь Надя хотя бы имя этой таинственной третьей сестры знает — Сэмюэлла.

— Я видела портрет Её Величества двадцатилетней давности. Там она с сёстрами. Такая необыкновенно красивая.

— Да. Наша покойная королева Дайана была изумительно прекрасна. Хотя я тоже видела её только на портрете. Я была совсем ребёнком, когда случился тот страшный пожар.

— Как это произошло?

— Это так ужасно и так грустно, миледи Надя, — вздохнула Лизи. — Король и королева были в беседке, когда та вспыхнула от удара молнии и мгновенно сгорела дотла.

Помощница стянула с Нади тесное платье и накинула на плечи пеньюар из мягкого нежного материала.

— Представляю, каким потрясением эта трагедия стала для леди Алисии, — Надежда послушно села на стул возле туалетного столика, к которому подвела Лизи.

— Да, говорят, она была убита трагической смертью сестры, — помощница принялась расчёсывать Наде волосы. — Но ей нельзя было отдаваться горю. Нужно было позаботиться об оставшемся сиротой Эрланде.

— А старшая сестра? Она тоже помогала растить племянника?

— Нет, — движения гребня стали медленнее. — После того пожара леди Сэмюэлла пропала.

— Как пропала?

— Она не смогла перенести горя — тронулась рассудком. Говорят, — Лизи перешла на шёпот, — она винила себя в смерти королевской четы.

— Но если речь про молнию, при чём тут Сэмюэлла?

— Не знаю. Только леди Алисия, похоже, тоже считала сестру причастной к несчастному случаю. Когда Сэмюэлла пропала, та даже не стала её искать.

Какая странная история. Очень-очень странная и подозрительная. Так ли всё спокойно в Датском королевстве, как Наде показалось сначала?

Лизи умчалась за тёплым молоком и печеньями, без которых, по её мнению, и вечер не вечер, и вернулась с подносом, где кроме вышеперечисленного ещё и фрукты имелись.

— А эти лорды — Вильгельм и Феликс, они теперь так и будут у вас под дверью стоять? — полюбопытствовала она, давя улыбку. — Уже ведь поздно.

— Такова тяжкая доля бодигардов, — усмехнулась Надя.

— Бодигардов?