Ольга Мастепан – Дневники угасающей звезды (страница 9)
– Боюсь это исключено, – пожал плечами Перта, выдохнув так, словно испытывал искреннее сочувствие ко всему происходящему, но ничем не мог помочь. – Мой долг, как владельца гостиницы, защищать своих постояльцев и их личную информацию. Если вы думаете, что с вашим другом что-то случилось, советую обратиться в службу безопасности. Когда вы вернетесь сюда вместе с ними, я с радостью покажу вам номер и отвечу на все вопросы. Однако, я не могу рисковать и открывать чужие номера всем, кто об этом просит без каких-либо реальных доказательств.
Таш, не готовая смириться с этой ситуацией, начала было спорить, с трудом выговаривая слова дрожащими от тревоги и досады губами, но Лисс прервала её, изобразив максимально невинное и спокойное выражение лица на которое она была только способна:
– Прошу прощения, а не подскажите где у вас здесь уборная?
Перта лишь кивнул в сторону соседнего коридора, не отрывая взгляд от болтавшей без умолку девушки, старавшейся убедить его выдать хоть какую-то информацию о нахождении её таинственно исчезнувшего друга. Таш, явно накрутившая себя за все время хождения между космопортом и гостиницей, теперь просто пребывала в истерике, не осознавая даже, что Лисс отошла в сторону, удаляясь в указанном владельцем гостиницы направлении. Отойдя на достаточное расстояние, странница выдохнула и бросила быстрый взгляд через плечо. Ей было искренне жаль Таш, но прямо сейчас её нежелание умолкать было Лисс даже на руку. Пока Перта был занят выслушиванием незваной гостьи, путешественница могла осмотреться и добраться до той самой комнаты, где остановился пропавший.
Свернув за угол, и поднявшись вверх по лестнице, Лисс принялась изучать номерки на дверях, пока наконец не нашла нужный. Узорчатый ковер приглушенно шелестел под подошвами ботинок, а в коридоре повисла подозрительная тишина, словно вокруг не было ни души. Изредка из холла доносились отголоски разговора между Таш и Перта, который упорно не поддавался и не отступал, при этом всеми силами разыгрывая сочувствие. Лисс быстро посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что вокруг больше никого не было. Стены из лакированных досок, украшенные картинами и гобеленами, создавали ощущение, что она попала в далекое прошлое, когда люди ещё не имели ни малейшего понятия о космических путешествиях, предпочитая заполнять небо выдуманными фигурами героев и монстров.
Лисс наклонилась к двери и практически мгновенно отшатнулась на шаг в сторону, когда из замочной скважины ей в нос ударил густой и едкий запах желчи. Этот странный и крайне неприятный аромат, лишь поверхностно замаскированный всевозможными запахами леса, дождя и легкой сырости, в непосредственной близости было попросту невозможно скрыть. Странница прикрыла рот рукой и отвернулась, делая несколько вдохов более приемлемого воздуха, прежде чем снова приблизиться к двери, но на этот раз уже задержав дыхание. Она то и дело бросала в сторону полные подозрения взгляды, борясь с иррациональным ощущением, что кто-то внимательно следит за каждым её движением, хотя она и осталась на этаже совсем одна. Тем не менее, по спине все равно пробегали мурашки, а затылок как дрелью буравило странное чувство, исходящее словно ото всех стен и углов одновременно.
Достав из кармана пару простеньких отмычек, Лисс попыталась взломать замок, осторожно поворачивая их и терпеливо дожидаясь нужного результата, прислушиваясь к каждому малейшему щелчку. Ей приходилось ранее вскрывать старые замки, которыми на планетах далеких от технологического прогресса по-прежнему закрывались забытые кем-то ящики или двери разрушенных временем зданий. Вот только нарушать закон Лисс ещё так нагло не приходилось, но что-то подсказывало ей, что она отнюдь не самый страшный преступник в пределах этого дома. Интуиция продолжала нагнетать тревогу, подкидывая самые разные идеи и образы, но странница не намеревалась отступать.
Отмычки застряли в замке, отказываясь двигаться с мертвой точки, а затем и вовсе начали затягиваться внутрь двери, будто бы что-то тянуло их с другой стороны. Лисс отдернула руку, наблюдая, как её инструмент исчез без следа, но прежде чем она успела отшатнуться от двери, вокруг её запястья что-то обернулось. Ручка двери, которая лишь секунду назад представляла собой непримечательный, хоть и до блеска начищенный кусок металла, теперь походила на вытянутый язык, обхвативший путешественницу с поразительной силой. Лисс попыталась вырваться, уже приготовившись кричать и звать Таш на помощь, но причудливое создание одним рывком дернуло её на себя, впечатав в дверь. Впрочем и здесь, привычного удара лбом об дерево не последовало. Вместо этого Лисс прошла дверь насквозь, ощутив на себе прикосновение чего-то теплого и влажного, словно её только что проглотили живьем.
Глаза начали слезиться, а дыхание перехватило от зловония. Подошвы ботинок прилипли к полу, завязнув в тягучей и склизкой жиже, источавшей слабое холодное свечение. Привычных стен и паркета более не было видно, а звуки не покидали замкнутого пространства. Вместо комнаты перед Лисс предстало пространство больше походившее на часть чьего-то желудка, и судя по ошметкам изумрудной ткани и оплавившейся окарине, валявшейся в дальнем углу, странница уже знала, кого Перта здесь так старательно переваривал. Вот только теперь куда важнее для нее было – не оказаться следующей в очереди.
Глава 5
Стены неприятно пульсировали, издавая хлюпающие и урчащие звуки. Подошвы ботинок начали истончаться, медленно но верно растворяемые липкими тускло светящимися соками, сочившимся из пола. Лисс, всё ещё упорно старавшаяся не вдыхать окружавшие её зловонные пары, с трудом удерживала баланс, чтобы не дать жиже добраться до других частей её тела. Может быть толстая походная обувь и представляла для этого организма некоторые проблемы, но вот человеческая кожа вряд ли смогла бы сопротивляться растворению столь же долго. Смахивая слезы с глаз, Лисс опустила голову, торопливо распахивая свою сумку и заглядывая внутрь. Внутри было не так уж много всего, что на самом деле было совершенно не удивительно, ведь странница совсем не планировала оказываться в подобной ситуации. Уходя с корабля она забросила в сумку лишь то, что могло потенциально пригодиться ей посреди бесконечного города: деньги, отмычки, бутылку с водой и небольшой перекус, а также простенькую зажигалку. Последнее не то чтобы часто ей пригождалось, и в черте мегаполиса использовалось преимущественно лишь тогда, когда кто-то просил прикурить.
Лисс задумалась, хаотично переводя взгляд с содержимого своей сумки на подвижные красноватые стены. Вероятно, у неё было не так много времени, прежде чем желудок начал бы активно заполняться соками с целью как можно быстрее избавиться от ненужного свидетеля. Придумывать гениальный план побега в таких условиях было сложно и приходилось рассчитывать на спонтанные и непроверенные идеи, ни одна из которых не имела под собой логичного обоснования. Странница вытащила из сумки зажигалку и несколько раз щелкнула металлическим колесиком, пока мелкие искры наконец не превратились в тонкий язычок желтого пламени. Пространство заполнилось слабым подрагивающим светом, образовывающим мрачные вытянутые тени, танцующие на и без того неспокойных поверхностях.
Лисс подняла зажигалку над головой, стараясь вытянуть руку настолько высоко, насколько позволял её рост. Огонь коснулся влажного потолка, сперва лишь легонько задев его, прежде чем обжечь с достаточной силой, оставив после себя болезненное бардовое пятно. По комнате пронеслась волна сильных вибраций, словно бы под зданием началось землетрясение. Липкая жижа всколыхнулась небольшими волнами, отчаянно пытаясь наброситься на путешественницу, но не достигая даже её икр. Лисс продолжала балансировать на трясущемся полу, удерживая зажигалку над головой, в попытках как можно сильнее навредить гигантскому созданию, опрометчиво решившему её проглотить.
Внезапно со всех сторон раздался оглушительный рык, отражавший искреннее негодование раздраженного монстра. Пол из упругой мягкой поверхности превратился в рыхлое подобие зыбучего песка, плотно обхватившего Лисс за ноги. Одним резким движением он утянул её вниз, выплевывая в совершенно другой комнате, отчасти напоминавшей кабинет. Стены здесь все ещё представляли собой розоватые пульсирующие мышцы, но пространство между ними не пустовало, заполненное такими же склизкими и влажными формами, словно неопределившимися являются ли они органами или предметами мебели. Письменный стол, стоявший чуть впереди, состоял из натянутых мышц, часть из которых приняли форму и цвет древесины, стараясь сформировать на его стенках резные узоры. Стоявший позади стола Перта, прижимал к своему лицу маску, впитывая пропускаемые через неё пары большими глотками. Ноги его больше не касались пола, из-за чего складывалось впечатление, что он висел на тонкой пластиковой трубке, крепко обернутой вокруг его шеи. Впрочем, когда Лисс присмотрелась, то поняла, что отдельная часть трубки позади него раздваивается, сливаясь с его позвоночником, или же и вовсе произрастая из него.
– Полагаю, это в первую очередь моя ошибка, – произнес мужчина, опуская маску и распахнув полные холодной расчетливости глаза. – Стоило догадаться, что переварить жертву, находящуюся в сознании окажется не так уж и просто. Особенно, когда большая часть моих жидкостей уже занята другими… постояльцами.